Пароль
Шрифт:
Выныривание произошло удовлетворительно
Симуляция закончится через 3… 2… 1
Кирилл снова оказался на берегу реки, перед ним возвышался огромный оборотень. Берендей прижимал к скуле лапищу. Кирилл обнаружил, что в правой руке он сжимает сосновую шишку.
— Ну и здоров же ты бросаться, бродяга, — хмыкнул оборотень. — Чуть глаза не выхлестнул. Что, ты вообще не отдуплял, где находишься?
— Я был на мосту, вместо тебя видел тролля. И ещё у тебя была отвратительная рожа, —
— Мда, жестоко вас обработали, — произнес берендей. — Ладно, я всё про тебя увидел. Бежим обратно, а то девки нас уже хватились.
— Ну как, можно мне доверять спину? — спросил Кирилл.
— Можно. Сегодня ещё твою руку подлечим, а завтра уже сможешь даже сумки на ней носить. Женские, нетяжелые, — хмыкнул берендей и бросился в чащу леса.
Обратный путь занял всего двадцать минут. Кирилл на этот раз вырвался вперед невзирая на проступающую сквозь повязку кровь.
Женщины сидели на крылечке и щелкали семечками. Кириллу пришлось относить одежду спрятавшемуся за сараем оборотню, который не хотел показываться голым перед женщинами. Не хотел перед Мариной, чтобы Иринка не заревновала, как объяснил он Кириллу.
— Ну и где вы были? — спросила Ирина тоном заботливой жены, у которой за спиной пряталась скалка.
— Бегали, — пожал плечами Михаил Иванович. — Футболку нюхать будешь?
— Пошли спать, — улыбнулась Ирина. — Утро вечера мудренее, может тогда не станешь отвечать фразами из рекламы.
14
«А вообще я считаю, что жизнь —
это компьютерная игра .
Сюжет дрянной, зато графика отличная»
Человек-осьминог
Утро встретило четверку сумрачным небом. Тучи хмурились, как будто вчера весь день праздновали, а сегодня их рано подняли на работу. Они медленно ползли и явно не спешили скрыться за горизонтом.
С таким же настроением открыл глаза и Кирилл. Он тоже представил, как сейчас нужно будет тащиться в Москву и что там его ожидает. В очередной раз кольнула мысль – а не бросить ли всё? Послать всё к хренам и скрыться в неизвестном направлении?
И в очередной раз он одернул себя – он же обещал! Обещал тому, кто вытащил его из пасти Вселенной. Пришлось сцепить зубы и подняться.
Кирилл едва не выругался от удивления, когда задел больной рукой стену, а та не вспыхнула привычным огнем. Он попробовал пошевелить пальцами и те послушно отозвались на мысленный приказ.
Да что же за лекари такие эти берендеи? В больничке его заставили бы не меньше месяца таскать повязку и хранить руку от сотрясений, а тут… Всего за день…
Прямо волшебство какое-то.
— Да не волшебство, а древнее знание, — прокомментировал его
— Михаил Иванович, позвонить дашь? — прервал его Кирилл.
Хозяин дома запнулся. Взглянул на гостя, но кивнул. Принес трубку радиотелефона и протянул её Кириллу.
— Ой, извини, — проворчал Михаил Иванович, когда Кирилл перед набором номера взглянул на него. — Сейчас выйду.
Проворчав что-то о нынешней молодежи, которая совсем не хочет слушать стариков, Михаил Иванович скрылся за занавеской. Кирилл нажал цифры и, после трех гудков услышал родной голос:
— Алло?
— Люда, привет, — что-то сдавило горло Кирилла и слова с трудом вырвались наружу.
— Киря? Киря, это ты? — послышался взволнованный голос Людмилы.
— Да, я, — Кирилл не смог удержаться от кивка.
Пусть Людмила не видит, но так он подтвердил сам себе, что он всё ещё «Киря».
— Киря, как ты?
— Нормально, думаю, что скоро увидимся. Как… как у вас дела?
— У нас тоже всё хорошо, — в голосе Людмилы послышались слезы. — У тебя всё хорошо? Что это за номер?
Кирилл посмотрел на свою забинтованную руку, опять пошевелил пальцами и улыбнулся:
— Да, всё хорошо. Номер знакомых. Заскочили к ним переночевать… Что там Максимка делает?
— Доламывает грузовик. Всё пытается разобраться в устройстве машины. Весь в папу, — хихикнула Людмила.
Для неё он всё ещё в бегах. Для Людмилы он находится в опасности и старается решить проблемы, которые заставили его спрятать её в недрах Владимирской области. Для неё и для маленькой копии Кирилла. Для Макса.
Сердце Кирилла забилось сильнее. Прямо-таки застучало, словно старалось проломиться сквозь грудную клетку, вырваться наружу и улететь к родным. Он сцепил зубы, выдохнул воздух и только потом произнес:
— Я скоро буду, родные. Скоро буду…
— Киря, не пропадай. Береги себя. Мы тебя любим и ждем.
Людмила замолчала. Молчал и Кирилл.
О чем говорить? Об убитых стритрейсерах или мертвом хоррорщике? О ребятах, которые насиловали Марину? О тех, кому не повезло оказаться в «Кабаньей голове»?
— Вы… — в груди опять сдавило, — вы аккуратнее там.
— Да-да, я ни с кем не разговариваю. Мама… мама не звонит почему-то.
— Люд, скоро всё кончится и тогда…
Кирилл не смог сказать, что всё будет хорошо. Он сам в это не верил.
— Киря, мы ждем тебя, — послышалось в ответ. — Мы любим тебя…
— Я тоже люблю вас, родные. Поцелуй Макса за меня, — огромная рука, сдавившая сердце, не хотела отпускать.
Кирилл нажал на кнопку отбоя и отложил в сторону телефон. Глаза застилали слезы, но он силой заставил их не покидать пределы ресниц. Хотелось выть, но нельзя – нельзя показывать чувства.