Пароль — Родина

Непрерывной чередой идут годы. Подрастают, становятся на ноги дети и шагают в жизнь, в распахнутый перед ними мир труда, творчества, дерзаний, борьбы. Седеют, старятся отцы и матери, передают эстафету молодежи и вместе с

нею продолжают марш, начатый давным-давно, в дни своей мятежной, суровой и неповторимой юности.

Неповторимой?.. Нет, юность отцов повторяется в детях. И как хочется, чтобы в каждом событии, большом и малом, которые сохранила для нас память, они, дети наши, молодежь наша, сумели увидеть величественные приметы эпохи, прекрасные черты советских людей — патриотов своей социалистической Родины. Увидеть, понять — и стать продолжателями их скромных и героических дел.

Отшумели грозы Великой Отечественной войны. Тела, погибших за честь и свободу Советской Родины лежат сейчас в братских могилах, разбросанных на бескрайних просторах земли, бывшей когда-то полем боя, линией фронта. Но тысячи и миллионы патриотов прошли сквозь грозы, закалились в них и вернулись к обычной жизни, от которой их оторвала война. Бывшие воины, партизаны, подпольщики снова стали мирными тружениками своей Отчизны — в больших городах и далеких таежных селах, на шумных новостройках и предприятиях, в тихих, наполненных строгой сосредоточенностью учреждениях и лабораториях…

И везде вместе с молодежью — бывшие фронтовики, ветераны войны. В пиджаках, галстуках, спецовках, комбинезонах… Кажется, будто все прошлое забылось. Но нет!.. В дни праздников и юбилеев, а иногда и на семейных вечеринках, когда встречаются друзья и соратники, поседевшие, но не постаревшие душой, «бойцы вспоминают минувшие дни и битвы, где вместе рубились они». И как бодрят эти воспоминания! Трудные походы и стремительные атаки, суровая партизанская жизнь, налеты на вражеские гарнизоны, ночные переходы и вылазки в тылы фашистских войск, секретные явки, многокилометровые путешествия «на своих двоих» с фиктивными документами и пропусками, под чужими фамилиями, для встречи с руководителями партийного подполья — все это уже стало историей. Но советские люди черпают в героических фактах и эпизодах прошлого новые силы для новых дел. А все дела эти — служение Родине!

В этой повести будет названо много фамилий бойцов, партизан, подпольщиков. За каждой фамилией — живой или погибший товарищ со своей биографией, своей судьбой. Но все их биографии и судьбы в дни войны слились в одну, как сливаются отдельные ручейки и притоки в одну большую, полноводную и могучую реку.

Готовя книгу «Пароль — Родина» к переизданию, авторы переработали ее с учетом критических замечаний и пожеланий многих участников описанных событий, внесли необходимые дополнения, поправки и уточнения на основе более тщательного ознакомления с архивными данными, с новыми документами. Благодаря этому появилась возможность ярче осветить ряд интересных фактов, в частности касающихся деятельности командира сводного отряда Владимира Жабо и комиссара Михаила Гурьянова.

Большую помощь в подготовке настоящего издания оказали товарищи из Калужского обкома КПСС, Герой Советского Союза Н. А. Прокопюк, участники боев в Угодском Заводе А. М. Курбатов и С. В. Щепров, которым авторы приносят глубокую благодарность.

Люблинский район столицы. Здесь, в микрорайоне

печатников, берет свое начало прямая как стрела зеленая улица Гурьянова. Вдоль нее посажены липы. Как и сама улица, липы молоды, стройны. Они чуть слышно шелестят кронами и далеко по округе разносят мягкий, слегка пряный аромат.

Текст памятной доски скорбен и предельно лаконичен:

…Улица Гурьянова названа в 1971 году в память Героя Советского Союза, комиссара партизанского отряда М. А. Гурьянова, председателя Угодско-Заводского райисполкома, казненного фашистами в ноябре 1941 года.

1903—1941 гг.

Безулыбчатым и суровым выглядит Михаил Алексеевич на фотографиях сорок первого года. Война сделала его таким. С первых же дней войны Гурьянов в самом «котле событий». День его заполнен до отказа, тревогам, волнениям и заботам нет конца.

Гурьянов еще не закончил райисполкомовских дел, но уже боец партизанского отряда. Командиром отряда назначен молодой лейтенант, недавний пограничник, комсомолец Виктор Карасев. Карасев новый человек в здешних местах. Времени в обрез, фашист прет да прет. Михаил Алексеевич вместе с работниками райкома партии обстоятельно вводит лейтенанта в курс дела, знакомит с людьми, всячески помогает крепить дисциплину.

Иногда нет-нет да и сорвется у того или иного бойца партизанского отряда привычное «Гурьяныч». Так обычно «на гражданке» звали председателя Угодско-Заводского райисполкома. Но тогда другое дело, а сейчас нельзя, не положено, Теперь в каждом шаге, в каждом поступке — военная дисциплина!

«Гурьяныч». В это ласковое слово люди вкладывали сердечность и доброжелательство. Оно и понятно, ведь всю свою сознательную жизнь Михаил Гурьянов подчинил, поставил на службу людям. А жизнь его сызмальства была трудной, колючей. Мальчонкой пошел он в услужение к мелкому хозяйчику, владельцу местной чайной. Бывало, только и слышались сердитые окрики хозяина:

— Мишка, куда задевался, паскудник!

— Быстрее вертайся. Что, ноги отсохли?

А иногда доставались то подзатыльник, то зуботычина. Чего церемониться с пареньком из бедняков? Ради крохотного заработка для семьи, ради гривенника или пятиалтынного такой все стерпит. Спуска давать не надо! Пусть ценит доброту хозяйскую.

Два года работы в чайной явились для Михаила не только годами тяжелой, изнурительной работы и каждодневных унижений, но и большой подготовительной школой труда. Четырнадцатилетний подросток стал учеником токаря на Тушинском заводе, а с двадцати лет — рабочим на Манихинской суконной фабрике. В эти годы он уже был много повидавшим, бывалым человеком, умевшим распознавать и по-разному ценить людей.

А время шло. Крепла Советская власть. Вместе с ней мужал и креп Михаил Гурьянов, плечистый, атлетически сложенный юноша, большелобый, с пытливыми серыми глазами. Активного коммуниста заметили и выдвинули на самостоятельную работу: поначалу председателем сельского, потом поселкового Совета, а с января 1938 года руководителем исполкома Угодско-Заводского районного Совета. Здесь Гурьянов нашел себе дело по нраву и по плечу.

— Мы все его любили за неуемную энергию, за деловитость и хозяйскую хватку, а главное — за неиссякаемый оптимизм. Любил работать и умел других «зарядить».

Так характеризует «довоенного» Гурьянова его давний друг и соратник, один из секретарей Угодско-Заводского райкома партии, позднее секретарь подпольного райкома. Александр Михайлович Курбатов.

— «Гурьяныч» насквозь человека видел. Чем дышит, куда идет. Лихачества и бахвальства терпеть не мог. От таких, говорит, на версту дурным запахом несет, — рассказывают угодчане, вспоминая своего председателя.