Чтение онлайн

– Иду, иду, – заторопился я.

Позавтракали. Я сходил в церковь. Злата в это время покормила рыбок в ближайшем пруду.

Пошли гулять по карловарским холмам. Я повёл свою женщину к Оленьему скоку. Мимо памятника Марксу наверх. Злата скакала по дорожке. Я, кряхтя, полз следом. Она смеялась надо мной. Возвращалась. Вновь бежала вверх.

Буквально

несколько дней назад она не могла встать из-за месячных с кровати. А вот сейчас носится по горам, как молодая козочка. Я был в хорошей физической форме, но сейчас мне за ней было не угнаться.

Добрались до площадки. Постояли, обнявшись, на беседке, которая возвышалась над городом. Солнце светило в глаза. Пели птицы. Приятный ветерок дул нам в лицо.

– Мне надо уехать, – сказала Злата, – мне мама утром звонила. Когда я в бассейне была. Бумаги какие-то оформить. И помочь ей.

– Надолго? – спросил я, чувствуя, как ухает вниз сердце.

– Дней на пять, максимум на недельку, – виновато ответила Злата.

– Так долго, – протянул я, – целую неделю без тебя.

– Соскучишься, крепче любить будешь, – улыбнулась мне моя Злата.

– Я тебя и так крепко люблю, – ответил я, – крепче некуда.

– Вот и увидим, – закончила Злата наш разговор, – а теперь вниз, я кушать хочу.

Мы спустились. Пообедали во французском ресторане La Marche. На веранде. Было хорошо. Изумительная еда, тихое ворчание речки, любимая женщина рядом. Я сидел на плетёном кресле и наслаждался каждой минутой, каждой секундой этого дня.

И я старался продлить этот день. Не торопясь заказал десерт, потом кофе. Злата вначале сидела смирно, так же, как и я, ловя наши счастливые мгновенья. Но потом начала вертеться и поглядывать на часы. Со стороны она мне напоминала непоседливую озорную девчонку.

– Нам ехать пора, – сказала она, допивая кофе.

– Раз пора, поехали, – согласился я.

Расплатился за обед. Вернулись в отель. Собрали вещи.

Ехали молча. Моя любимая успокоилась и смотрела в окно. По радио крутили старые чешские песни. Злата встрепенулась,

когда зазвучала песня Frantiskovy L'azne. Начала подпевать.

– Хочу на курорт, – сказала она, – но не в Франтишковы Лазне, а на море.

– Хочешь, поедем, – предложил я ей.

– Обязательно, – улыбнулась она, – только сейчас мне надо на автобус. Мы не успеваем за моими вещами заехать. У меня в квартире вторая сумка осталась. Пусть полежит. Там грязное шмотьё. Не трогай его, пожалуйста.

– Твои вещи будут ждать тебя в целости и сохранности, – заверил я её, не переживай.

На Флоренц мы приехали вовремя.

– Не провожай меня, – сказала мне Злата, – я тебе позвоню.

Чмокнула в щёку и убежала. А я поехал домой.

Приехал, принял душ, разобрал вещи. Посидел за компьютером, проверил почту. Побродил по сайтам женской одежды. Запутавшись в них окончательно, закрыл крышку ноутбука.

Зазвонил телефон. Хотят посмотреть квартиру. Договорился встретиться через час. Не торопясь попил чай. Переоделся. Сел на свой любимый трамвай под номером 9.

Ехал и думал о Злате. О том, как мне хорошо с ней. О её непостоянном и взрывном характере. О её изумительных глазах. Хотя цвет им дают всего лишь линзы.

Доехал до Вацлавака. Поднялся к квартире. Интересующиеся уже ждали меня. Две молодые студентки из Казахстана. Чёрненькая и беленькая.

Показал девчонкам квартиру. О случившимся некоторое время назад происшествии, естественно, умолчал. Поторговались. Поговорили о ценах на жильё, о трудностях изучения чешского языка, о кризисе. Было видно, что квартира им понравилась. Но восточное воспитание не позволяло договориться о проживании, не поторговавшись. В итоге договорились, что они мне позвонят завтра.

Вышли на улицу. Распрощались. Только сделал пару шагов от подъезда дома, как раздался телефонный звонок. Я остановился. Ответил. Звонил Виктор. Они втроём – он, Гонза и Саша – сидели в винной галерее на Вацлаваке и ждали меня.

Конец ознакомительного фрагмента.