Чтение онлайн

Мишель Рено действительно была хороша собой, но совершенно не походила на своего брата. У нее были каштановые волосы с рыжеватым отливом и голубые глаза, такие живые и веселые, даже беззаботные. Она не могла сидеть спокойно на своем месте, все время вертелась и отвлекала соседей. "Сколько в ней энергии!
– думала Адель.
– Она может привлечь любого, а тем более Патрика, такого неразборчивого. Хотя такие девицы часто глупы. Вот если бы она была такой, то я бы не удивилась". Подумав об этом, Адель задала вопрос аудитории. Она сама еще не успела сообразить, кого бы спросить, как Мишель уже подняла руку и, не дождавшись разрешения сказать, выпалила тот ответ, который и ждала Адель. Сказать, что Адель удивилась?

Нет, она была раздосадована. А потому решила впредь не испытывать эту девушку и не судить о ней предвзято.

Сразу после лекции она поспешила к врачу, потому что не делала этого с того момента, как узнала, что беременна. Это было очень неосмотрительно со стороны Адель и вообще на нее не похоже, потому что она всегда тщательно заботилась о своем здоровье. Но при сложившихся обстоятельствах и переездах у нее совершенно вылетело из головы, что беременность требует постоянного наблюдения. Однако малыш ее не беспокоил, не было ни болей, ни токсикоза, которые так изматывают многих женщин, а поэтому Адель не видела причин для беспокойства.

Адель еще не успела выйти из здания, как к ней подошла Мишель и завалила кучей вопросов, предварительно спросив, есть ли у мадам Фавье время, чтобы поговорить с ней. Адель не смогла отказать студентке, которая явно интересовалась ее предметом и предложила пройти в кафе, где они смогли бы все обсудить.

Мишель оказалась очень интересным собеседником, она не только много спрашивала, но и многое знала сама. Адель нашла ее обаятельной, но чересчур импульсивной. Она с таким жаром могла доказывать свою точку зрения, что лучше было согласиться, чем продолжать спор. Мишель могла спорить, даже если не была до конца уверена в своей правоте или не имела веских аргументов. В споре она самовыражалась. Адель было интересно слушать ее, хотя повышенные тона, на которых разговаривала Мишель вдруг начали утомлять ее, превращаясь в головную боль. Взглянув на часы, Адель обнаружила, что давно опоздала к врачу. Однако оставаться долее со студенткой она не хотела, ей вдруг стало нехорошо.

– Простите, что задержала вас, мадам Фавье, - сказала Мишель к великому счастью Адель.
– Значит, вы принесете мне те книги?

– Да, конечно, - Адель попыталась припомнить имя девушки, но не смогла.
– Всего вам хорошего, - пробормотала она и направилась к машине.

Ей было как-то обидно. Встреча сначала с Патриком, а теперь с его пассией привела ее в упадок, вот почему она так плохо себя чувствовала.

Остаток недели Адель нехотя собиралась на работу, хотя сначала загорелась преподаванием. Она не хотела встречаться с Патриком и меж тем постоянно думала о нем. Сомнений не было, Адель влюбилась, а потому настороженно относилась к Мишель, которую считала чуть ли не своей соперницей. Влюбленная женщина настолько мнительна, что порой не замечает элементарных и очевидных вещей. Адель даже в голову не пришло, что у Патрика и Мишель одна и та же фамилия.

В пятницу Адель совсем захандрила от непонятного волнения, которое не давало спать ей всю ночь. Она лежала с открытыми глазами и думала. Вспоминала все, что произошло с ней за прошедший год. Мужчины вереницей пролетали перед ее глазами, и она не хотела задерживаться ни на Этьене, ни на Николя, ни на Джордано - сейчас ее волновал только Патрик, но она считала, что для нее нет никакой возможности быть с ним рядом. Адель чувствовала себя такой несчастной, что не могла сдерживать слез и в эту ночь вволю нарыдалась. Утром она совершенно была разбита, а мысль о том, что ей опять придется видеть Мишель, снова повергла ее в слезы.

Адель, как и в остальные дни на этой неделе ее преподавания, опаздывала. Она долго не могла найти место для парковки, от чего начала нервничать, пришлось оставить машину далеко от здания. "Не хочу, не хочу", - упрямо

повторяла она, лавируя между машинами студентов. Ей хотелось повернуть и пойти домой, где ее никто не достанет. Эта мысль стала расти в ее мозгу и превратилась в идею оставить работу. "Трусиха!" крикнула она на себя и посмотрела на здание колледжа. Прямо перед собой, метрах в десяти она увидела Патрика и Мишель. У Адель даже перед глазами потемнело. Она почувствовала внезапную пронзительную боль внизу живота, от которой невольно вскрикнула. Сначала ей показалось, что боль утихла, но она поднялась с новой силой, с каждым толчком нарастая больше и больше. Все закружилось у Адель перед глазами, она перестала соображать, где находится и что с ней происходит. Тело рвало на части, лишая способности мыслить. Она только смогла схватиться за машину и начала сползать на землю. Последнее, что она увидела, это лицо Патрика, который наклонился над ней. Он ни о чем не спрашивал, или она просто не слышала. Но Адель точно знала, что это он. В следующее мгновение она потеряла сознание.

Мишель сразу подбежала за братом и в ужасе наблюдала, как он щупает у Адель пульс и пытается понять, что с ней произошло. В экстренных ситуациях Патрик всегда вел себя хладнокровно, но сейчас он нервничал, потому что был лично знаком с пациентом.

– Патрик, что с ней?
– плача спросила Мишель.
– Она умерла?

– Что ты несешь, - огрызнулся Патрик.
– На телефон, быстро звони в скорую.

Он протянул ей телефон, но Мишель стояла как вкопанная и не шевелилась.

– Да что ты стоишь, дура, - заорал он, - звони, иначе она точно умрет.

Скорая приехала через долгих 10 минут, за которые Патрик точно понял, что случилось с Адель. Однако ясность не принесла облегчения. Теперь он серьезно стал опасаться за ее жизнь, потому что женщина даже не приходила в себя.

Адель привезли в отделение скорой помощи, где работал Патрик. Сегодня на дежурстве был Люк.

– Что здесь?
– спросил он, заметив Патрика.

– Боль в правой подвздошной, вагинальное кровотечение, пульс не прощупывается, давление упало.

Они уже подъехали к операционной, куда собирался войти и Патрик, но Люк не пустил его.

– Стой, Патрик, тебе туда нельзя. Ты слишком взволнован, а здесь нужна трезвая голова.

И перед ним закрылись двери. Тут же в холл ворвалась Мишель. Она ехала в машине Патрика и была не в курсе происходящего последние десять минут.

– Она может умереть?

– Может, - мрачно сказал Патрик и взглянул на Мишель.
– Поэтому предохраняйся. И ходи к врачу.

– Она что беременна?
– глаза Мишель округлились.

– Была. У нее внематочная беременность. Так что ни о каком ребенке не может быть и речи, главное ей жизнь спасти.

– Ты ведь и раньше был с ней знаком...
– снова заговорила Мишель, надеюсь, это был не твой ребенок?

В ответ Патрик уставился на сестру, показывая всем видом, что за глупости она говорит. Он был уверен на все сто, что отцом несчастного ребенка был Николя, при мысли о котором у Патрика сжались кулаки. Почему она расстались, когда Адель в положении. Или он не знал, или они оба были не в курсе. Вряд ли Николя бы бросил ее, если бы знал.

***

С появлением Адель в жизни Патрика, каждая теперь мелочь воспринималась им, как следствие снова начавшейся полосы неудач. А задуматься было над чем: едва успели закончиться праздники, как ни с того, ни с сего, буквально из ниоткуда появилась Рене. Да вдобавок ко всему в весьма интересном положении. Теперь Патрик не мог сказать, что не верит ей, что она ждет ребенка. Это и так было очевидно, и, хотя живот был едва заметен под пальто, но талия округлилась, Рене потеряла девическую стройность. Она вообще неважно выглядела, лицо похудело и стало бледным.