Парадокс любви
Шрифт:
– У тебя дома есть кто-нибудь?
– Нет.
– Пошли к тебе, - настоятельно потребовала подруга.
Девушки молча поднялись в квартиру Рудаковой, когда они оказались внутри и яркий свет упал на Ирину, Наташа в первый момент опешила: на ней была порванная одежда, размазанная тушь, на щеке красная ссадина.
– Ничего не спрашивай. Я, приведу себя в порядок и сразу же уйду. Дай, пожалуйста, какой-нибудь одежды. Я, завтра верну.
– Ира, что происходит? Отказываюсь тебе помогать, пока
Ирина несколько секунд раздумывала, затем тяжело вздохнула, села на диван.
– Помнишь те деньги, на которые мама поехала с Юлей в Москву. Так вот теперь я, их отрабатываю. Как? Думаю, сама догадалась?!
– Ирка, ты чего! Так нельзя!
– Наташа села к подруге и обняла её.
– Всё, сегодня никуда не пойдёшь!
– Наташ, это не люди, а звери, если не буду спать с теми, кого они приводят, пострадает моя семья! Я, им должна очень много денег. Теперь мне из этого так просто не выбраться.
– Ирина замолчала, грустно смотря в окно.
– Дай мне одежду. Тебе лучше со мной больше не общаться.
– Дай мне самой решать, с кем мне общаться, а с кем нет! Ира, мы обязательно, что ни будь, придумаем и как тебе выпутаться из этой грязи.
ЧАСТЬ 2. Ветер перемен.
ГЛАВА 1.
Девяностые.
Костя во сне, вновь и вновь, уносился в прошлое - в детство. Небольшой компанией - Мишка, Ира, Натка и он играли в казаки разбойники, их команда разбойников пряталась в разных местах. Наташа сидела на корточках рядом, её светлые волосы развивались на ветру, девочка ему улыбалась и что - то рассказывала, не слушая её, он просто смотрел в большие серые глаза.
Внезапно Натка подскочила и побежала, оборачиваясь, она звала Костю бежать за ней, но его словно что - то держало, он не мог сдвинуться с места. Семёнов видел, что девочка бежит в сторону обрыва, ещё немного, и она упадёт. Пытаясь её предупредить, Костя хотел крикнуть, но голос не повиновался. Всё покрылось серым туманом как при пожаре, в лёгкие стал попадать едкий дым...
Закашлявшись, Костя открыл глаза, и сон оказался явью, камера заполнялась дымом, который шёл из коридора. Заключённые метались по помещению, не понимая, что происходит.
– Мужики, мы здесь все сдохнем!
– крикнул Блохатый, наводя панику, люди превратились в одно мгновение в животных - каждый пытался спасти свою жизнь любой ценой, они толкались, сбивая друг друга, продвигаясь к двери.
– Всем стоять, - страх и безнадёжность положения придала силы Косте.
– Братва, надо действовать сообща, иначе нам не выбраться отсюда!
– Чего Пацан*, конкретно предлагаешь?
– выкрикнул Лысый.
– Начальника!
– крикнул он, его тут же подхватили сокамерники.
Пробегающий мимо охранник остановился около камеры и недовольно прокричал.
– Чего ломитесь? Не до вас.
– Где начальник зоны?
– спросил Семёнов.
– Занят! Медпункт и столовая горят. Все на пожаре, тушат.
– Открой дверь, мы поможем, - предложил Костя, крикнув сквозь железную дверь.
– Не положено!
– Кравцов, чего застрял, беги в медпункт, там дверь заклинило. Пожар уже туда перекинулся. Людей и так не хватает, а он тут прохлаждается!
– послышался голос второго охранника.
– Серёга, давай этих из восьмой камеры возьмём с собой, пускай нам помогут?
– Не положено!
– Сам знаю. Мы, там одни не справимся!
На некоторое время голоса затихли, охранник обдумывал слова сослуживца.
– Хорошо! Давай!
Раздался лязг открываемого замка и дверь распахнулась, выпуская зеков. Весь коридор был в дыму, резало глаза.
– Пошли, - скомандовал Костя.
– Погоди, а кто тебя назначил главным?
– спросил Блохатый, вор в законе.
– В медпункте, задыхается братва. Среди них есть мой кум, - заметил Лысый.
– Я, с тобой Калита.
– Я, свами.
Один за другим зеки приняли сторону Кости...
Когда они подошли к медпункту, из кабинета валил сильный дым. Ручка дверей так раскалилась, что к ней нельзя было прикоснуться. Навалившись все вместе, попытались выбить дверь, но она не поддавалась.
– Давайте, попробую вскрыть, - предложил Ржавый, подходя к кабинету.
– Дайте скрепку.
Через минуту дверь была взломана, в помещении от проникшего воздуха пламя разгорелось ещё больше, охватив полкомнаты. Костя, прикрыв тканью одежды лицо, прошёл внутрь. Семёнов подхватил первого попавшегося человека и вытащил его из медпункта. Его примеру последовали бывшие сокамерники.
Огонь продолжал разгораться, ещё немного и он перекинется на камеры, где находились заключённые, не задумываясь о том, что следующий его поступок может быть опасным для жизни, Калита снял с себя робу и, размахивая, стал сбивать пламя. Но огнь продолжал полыхать.
– Всё, всё, - взяв его под локоть, потащил к выходу Блохатый.
Всех заключённых собрали во дворе зоны, подъехавшие пожарные тушили пламя. Только теперь Семёнов почувствовал, как болят его обожжённые руки, он опустил глаза, рассматривая волдыри покрывшие кожу. От запаха жженого мяса закружилась голова и к горлу подступила тошнота.
– Эй, Пацан! Ты, чего?
– заметил его состояние Лысый, он проследил за взглядом Калиты.
– Капитан, врача срочно!