Шрифт:
В маленьком городе Тайдарайда жил некий портной, весёлый человек с козлиной бородкой. Звали его Юзеф Ниточка. Он был очень тоненький. Все портные тоненькие. Так уж повелось на свете, что все они похожи на иголку с ниткой, а наш портняжка был тоненький-претоненький. Он был такой тонюсенький, что мог пролезть в ушко иголки, которую держал в руке. Он не ел ничего, кроме макарон, – только макароны
Пан Ниточка был очень добрый и всегда улыбался. Свою бороду из ста тридцати шести волосков он на праздники заплетал в косички, чтобы выглядеть нарядней.
Так бы и жил он, не зная забот, если бы не цыганка. Однажды она нечаянно поранила ногу. Рана была очень глубокая, и пан Ниточка взялся её заштопать. Он сделал это так искусно, что ничего не было заметно. Из благодарности цыганка погадала ему по руке, и вот что она сказала:
– Выйди в воскресенье из города, иди всё время на запад, и ты станешь королём.
Портной не поверил и от души рассмеялся, а ночью ему приснилось, что он и в самом деле король и от великого безделья стал толстым, как бочка. Проснувшись, портняжка подумал: «А если это правда? А? Что тогда? Ну-ка, пан Ниточка, собирайся в дорогу!»
Он уложил в котомку сто иголок и сто катушек ниток, напёрсток и утюг, большие и маленькие ножницы и пошёл узнавать у людей, где запад. Никто в городе Тайдарайда понятия об этом не имел. Всё же нашёлся один старенький старичок ста шести лет; он подумал и сказал:
– Кажется, запад – это на западе.
Мудрость старика была очевидна, и пан Ниточка пошёл, куда ему указали. Не успел он выйти из города, как поднялся ветер. Собственно говоря, не ветер, а слабый ветерок, но пан Ниточка был такой тонюсенький, что ветерок легко подхватил его и понёс.
Портняжка летел и хохотал во всё горло. Впервые в жизни ему приходилось летать, и он очень радовался.
Вскоре ветер устал и отпустил его. Сначала пан Ниточка ничего не понял, потому что он кувыркался в воздухе, потом он кое-что смекнул, но в этот миг он как раз свалился кому-то на плечи и кто-то закричал не своим голосом:
– Это что за фокусы!
Оказывается, пан Ниточка сел верхом на плечи Пугала, сторожившего от воробьев пшеничное поле. У Пугала были потёртые брюки, выцветшая куртка и сломанный цилиндр, но всё же оно выглядело весьма нарядно. Вместо ног у него торчали две палки, а вместо рук – тоже две палки.
Пан Ниточка снял шапку, низко поклонился и сказал учтивым голосом:
– Моё почтение, уважаемый, извините, если я вас нечаянно ушиб. Я пан Ниточка, портной.
– Пустяки! – воскликнуло Пугало. – Мне приятно познакомиться с таким вежливым человеком. Я граф Пугало. Я отпугиваю воробьев, но эта работа не по мне, а львы и тигры страшатся меня и редко приходят есть пшеницу. А куда вы путь держите, пан Ниточка?
Пан Ниточка трижды высоко подпрыгнул. Ему казалось, что именно так кланяются знатные господа.
– Я иду на запад, чтобы стать королём.
– Вот как! Разве это возможно?
– Ещё бы! Цыганка сказала, что мне так на роду написано.
– Соглашусь, – отозвался граф. – Мне тут ужасно надоело. Но я слегка обносился, а по дороге как раз собираюсь жениться. Может быть, вы почините мне одежду?
– С огромным удовольствием! – сказал пан Ниточка и принялся за дело.
Через час платье и цилиндр Пугала выглядели как новые. Правда, над графом стали подсмеиваться воробьи, но он не обращал на них внимания и с большим достоинством следовал за паном Ниточкой.
Во время путешествия пан Ниточка и граф Пугало крепко подружились. Всё время они шли по солнцу. Спали обычно в хлебах, и пан Ниточка, чтобы его опять не сдуло ветром, привязывал себя на ночь ниточкой к Пугалу.
Однажды на путешественников напали дворовые собаки. Пугало с привычным хладнокровием выдернуло свою ногу и швырнуло в собак. Собаки бросились врассыпную, и Пугало вставило ногу на место.
Как-то вечером вдали забрезжил огонёк.
– Пойдём туда, попросимся ночевать, – предложил пан Ниточка.
– Пойдём, окажем честь, – согласился граф. Приблизились. Видят, дом какой-то странный, на четырёх мохнатых лапах стоит, переминается. Ходуном ходит.
– Должно быть, хозяин – весельчак, если его дом всё время пляшет, – заметил портняжка.
Путники подождали, пока дом повернётся к ним дверью, и переступили порог. Огляделись – вот так диво! Лето в разгаре, а тут в печи поленья потрескивают. Хозяин сидит на плите, греется. Посидит-посидит, схватит горсть горящих углей и отправит в рот.
При виде гостей хозяин соскочил с плиты, поклонился и говорит:
– Заходите, пан Ниточка, заходите, граф Пугало!
Очень удивились гости, что он их знает, но ничего не сказали, только поклонились в ответ: пан Ниточка трижды подпрыгнул, а граф Пугало приподнял цилиндр.
Хозяин говорит:
– Оставайтесь у меня, поужинаем вместе, а завтра чуть свет – в путь. Сейчас я жену, дочку, родню позову.
Он хлопнул в ладоши, и комната вмиг наполнилась людьми.
Дочка хозяина оказалась прехорошенькая, только смеялась она, как лошадь. Пан Ниточка ей приглянулся; она сказала ему, что мечтает именно о таком муже.
Сели за стол. Портняжку и графа на скамью усадили, а родня уселась на железные печки с горящими угольями.
Это ещё больше озадачило гостей.
Хозяин говорит:
– Не удивляйтесь, гости дорогие, у нас в роду все зябкие. Подали суп в котле. Только пан Ниточка зачерпнул ложкой, а Пугало его за полу дёргает, шепчет:
– Не ешь, пан Ниточка, это не суп, а кипящая смола! Стали гости тайком выливать суп под стол.
Приносят новое блюдо: варёных лягушек в мышином соусе. Потом жареную саранчу, дождевых червей, приготовленных, как макароны, с пармезанским сыром. А на третье – тухлые яйца.