Чтение онлайн

Сейчас ребята со смехом вспоминали свои страхи в первую ночь. Как же было не смеяться, если кричали тогда, напугав их до смерти, не кто иные, как… зайчонок, козел и филин!

Федя чувствовал себя в тайге как дома. В чтении следов он делал такие успехи, что дедушка диву давался. Компас на руке разведчик носил только для порядка. Зачем он, когда всегда перед глазами не менее верные указатели дороги? Солнце, звезды, ветви и кора деревьев, дупла птиц, муравейники, породы леса на склонах гор — все показывало разведчику: «здесь север» или «здесь юг».

Дядя Коля

сказал правду: за три дня экспедиция продвинулась вперед не меньше чем на шестьдесят километров и не встретила ни одного человека и никаких признаков его присутствия. Если бы не таинственный «Кислый», ребята бы вдоволь нарадовались. Здесь, видимо, действительно еще не ступала нога человека.

Что же такое «Кислый»? Где падь Золотая?

С высоких гор ребятам открывались десятки падей и распадков — на севере, западе, востоке. Правильно ли идут? Может, пройден незамеченным «Кислый», и одна из остающихся в стороне падей и есть она — Золотая…

Неужели сказочное богатство этой пади так и останется не открытым? Неужели они не выполнят суровой и страстной просьбы славных героев: «Товарищ! Найди падь Золотую!»?

Дедушка как мог успокаивал ребят. Но успокаивал он как-то странно, неуверенно, вроде смущаясь. Видимо, его тоже угнетали неизвестность и сознание того, что он, следопыт, не может ничем помочь. Да, здесь его искусство было бессильным. Любой, даже самый заметный след, какой оставили за собой великие партизаны, не мог сохраниться долгие двадцать шесть лет. Помятые ими кусты за это время успели состариться и погибнуть, уступив место молодым, а надломленная сосенка превратилась в высокое дерево.

Но, несмотря ни на что, ребята не унывали. Этому способствовало, пожалуй, то, что каждый день с утра до вечера был заполнен делом. На привалах дедушка придирчиво и строго проводил учения по стрельбе. Этих часов все ждали с нетерпением.

Учились стрелять навскидку, влет, днем и в сумерки. Однажды стреляли даже ночью. Это была тренировка к знаменитой стрельбе на слух. Дедушка, привязав длинный шнур к полену и находясь рядом со стрелком, дергал за шнур. Полено, подпрыгнув, стучало. По этому короткому звуку надо было определить, где цель, и поразить ее. Ребята не попали, отличилась опять Наташа — перебила дробью шнур рядом с поленом. Но в охоте на вредных птиц она участия не принимала, отговариваясь разными причинами. Остальным же эта охота приносила много радости. Женя с Федей сбили влет по одному ястребу-тетеревятнику. К огорчению ребят, вредных птиц было не так уж много. Большей частью птицы, даже из семейства коршунов и ястребов, вопреки убеждению ребят, оказались полезными, и их, конечно, не стреляли.

Вечерами у костра долго не умолкали разговоры и смех. Женя искусно вырезал из осины шахматные фигурки, и все участвовали в турнире. По-прежнему каждый старательно выполнял свое дело. Сытная и вкусная пища в положенное время подавалась от костра. Мягкая и теплая постель манила к себе уставших за день ребят. На одежду любо было смотреть: хоть вся в заплатах, но чистая, без единого пятнышка, без болтающейся пуговицы. Утром и вечером зачитывались

приказы по экспедиции. На привалах слушались подробные донесения разведчика о том, что интересного вблизи. Федя уже легко вел маршрутную карту и заносил на нее всё: озера, речушки, хребты. По утрам все так же подавалась команда: «На север!»

Изредка над бескрайной тайгой пролетал пожарный самолет. Летчику, хотя он не мог их видеть, ребята кричали, свистели, махали. И только иногда то тот, то другой вдруг замолкал на полуслове и задумывался: «Где же ты, падь Золотая?»

А впереди ребят ожидало настоящее испытание их мужества, ожидала катастрофа…

Кто весел, тот смеется, Кто хочет, тот добьется, Кто ищет —тот всегда найдет!.. —

напевала Наташа.

— Хорошая песня, Паша? — спросила она.

— Хорошая, — не оборачиваясь, ответил Паша. — Мы не унываем, мы ищем, над «Кислым» думаем.., Не мешай, Наташа.

— Фу-у! — отрываясь от «Описания», улыбнулся и поерошил волосы Женя. — Вот, Наташа, все-таки загадка так загадка. Ну, никак!.. Правда, Паша, хватит думать, давай постель делать.

Боря и Алик, разбирая многочисленные мешочки с продуктами, тихо переговаривались.

— В обед опять осталось, — сказал Алик. — Ребята что-то едят хуже… Может, Боря, невкусно?

— Вкусно. Ты молодец, научился! Беспокоятся ребята, вот и едят меньше. Да и мы немножко виноваты — всесуп да суп… А в норму все равно не вошли…

Отношение ребят к Алику все еще было настороженное. Правда, с ним говорили, смеялись, но не так, как между собой. Один Боря относился к нему просто, как ко всем. Но Федя точно не замечал Алика: не отвечал на вопросы, не обмолвился с ним ни одним словом.

— Женя ругался: «Не можете, говорит, сварить что-нибудь вкусное, чтобы хорошо поесть», — продолжал Алик.

— Сам слышал, — нахмурился Боря. — Наэкономили мы с тобой… Сегодня компот сварим.

— Компот? А сахару мало.

— С конфетами…

— Много конфет надо. Совсем из нормы выйдем.

— Это ничего. Как «Кислый» найдем, все повеселеют. Тут и подадим чай без конфет. Веселые будут — не заметят.

Возвращение Феди прервало разговор. По его оживленному виду ребята поняли, что он разведал что-то интересное.

— «Кислый» нашел? — встрепенулся Паша.

— «Кислого» пока нет. Не беспокойся, не пропущу. Зато я свиней разведал… Дедушка, большой табун свиней! — оживленно рассказывал Федя. — Следов много — близко и свежие. Дальше пошел, смотрю: огромный свинячий след. Будто у изюбра. Ветер от меня, ну я и прошел немного по следу… Вижу, стоит кабан. Вот это кабан так кабан! Ростом с барана, клыки изо рта большущие торчат — четверти на две… Женя, вот такие! Посмотрел его — и потихоньку назад.

— Говоришь, много свиней? Гм… — Дедушка пошевелил усами. — Свиньи без человека тоже жить не будут. Выходит, Федя, что колхоз близко?