Пациентка
Шрифт:
– Ладно, – пробурчала Аля, – пойду покупать тетрадки. Сам говоришь: «Время – деньги».
– Приятно, когда тебя цитируют при жизни, – усмехнулся Ян. На выполнение задания – неделя, – Ян взглянул на часы, – И время пошло. Следующая встреча в воскресенье в семнадцать минут четвертого.
– А место? – со вздохом уточнила Аля. От предстоящего задания ей стало не по себе. Исписать столько страниц! Немыслимо.
– А давай в кафе «Пушкин»! По- моему, символично, как думаешь? – еле сдерживая смех, спросил Ян.
– Издеваешься?
– Нет,
Глава тридцатая «Авдиевы конюшни»
По дороге домой Аля купила две одинаковые тетрадки в коричневой обложке, первые попавшиеся, в общем. Почему- то хотелось писать, продолжая внутренний спор с Яном, а заодно и с самой собой. Хотелось доказать свою правоту и разбить в пух и пах самоуверенные аргументы Яна.
Как только пришла, сразу засела за Тетрадку № 1 с темой: «Делает ли женская помощь мужчин сильнее».
Начала быстро, строчки, будто сами фонтаном вырывались из нее. Пронеслась мысль: «Ян назвал бы это словесным поносом». Она старалась писать разборчиво, так как Ян хотел ознакомиться с результатом ее размышлений. Получалось плохо, потому что мысли неслись быстрее, чем рука водила по тетрадке. Ей всегда делали замечание за плохой, неразборчивый почерк. Но, в конце концов, она же пишет для себя, получая при этом злорадное удовольствие.
Аля бодро начала перечислять случаи из литературы, потом остановилась – не пойдет! Стала вспоминать свою семью, родственников, соседей. Она воодушевилась, и начала со своей мамы: вот идут с отцом рука об руку, и сейчас в трудное для всех перестроечное время, мама берет дополнительные часы индивидуальных занятий по математике, и получает копеечки, чтобы покормить семью.
И она молодец, потому что понимает, что лихие времена когда-нибудь пройдут, и что она делает все возможное, чтобы поддержать отца, который уже год как не получает зарплату. И это нормальное, человеческое отношение. И во всех семьях такое, по всей стране, в каждый дом шагнула перестройка, гласность и демократия.
А кому легко, слом системы. Но нужно немного потерпеть, пройдет год, ну максимум два, и все наладиться, как говорят по телевизору рынок и конкуренция сделают свое дело. И откроются новые фабрики, которые выпустят красивые, современные телики, видеомагнитофоны, холодильники и прочее по списку!
И создадутся новые рабочие места, где каждый работник станет хозяином своего предприятия. Ведь недаром, на производствах ваучеры сейчас выдают номиналом в 10 000 руб., на которые можно купить акции любых заводов и фабрик!
Аля выдохнула – перспективы открывались головокружительные и приятные. И что плохого в том, чтобы некоторое время жена поддержала мужа? Если так обстоятельства сложились? Что плохого если у женщины больше деловой хватки и бизнес чутья?
Пусть женщина тогда
Ручка бодро летала над очередной страницей, доказывая Алину уверенность, что помогать мужчине это не плохо, а с точность наоборот – хорошо! И что вместе, горы можно вернуть! А кто основной, добытчик- какая разница?
Сколько образованных женщин на рынках, в палатках сейчас стоят? И не жалуются ведь. Но на этом месте Аля призадумалась. Она уже четыре месяца работала у Валерии и видела всякое. Конечно, уставали эти хрупкие женщины таскать на своих плечах баулы, бодро торговаться с китайцами, а потом продавать добытое добро в киосках целый день с утра до вечера, а часто и без выходных.
Однажды она видела, как к Марии, их соседке напротив, подошел мужчина в меру веселый и пьяненький. Валерия сказала, что это ее муж. На Алин вопрос, почему его не видно здесь, и почему в воскресенье не подменит за прилавком жену, Лера ответила, что ему ничего доверить нельзя, вытащит кассу и прогуляет в ближайшем кабаке.
Как оказалось, муж эффектной Марии, бывший рыбак, временно безработный уже в течение полутора лет. На все предложения поискать что- то на берегу, либо совершать совместные торговые вояжи в Китай, он отнекивается и говорит, что это не для него, и он не торгаш. Место электрика в центральном универмаге за 5 000 рублей в месяц его, морскую душу, конечно, тоже не прельщает.
Вот так и сидит на ее шее. Но ладно бы тихо, так нет! Покупает для себя виски и пиво в алкогольном магазине «Пеликан», открывшемся недавно в центре, и пока Мария затаривается в Суйфенхэ, гуляет по кабакам в приятной компании.
Она, конечно, знает о том, что ее разлюбезный ходит туда не один и разбрасывает ею заработанные деньги на молоденьких девчонок, добрые люди рассказали, но терпит его, не выставляет за порог – жалко, куда он пойдет, что ж она его бомжем сделает!
Аля вспомнила, как Валерия брезгливо фыркала, рассказывая всю эту историю Але. Почему- то она сейчас всплыла в памяти. «Неужели это то, что говорил ей Ян? Неужели Мария своей жалостью делает из мужа свинью?» – вдруг четко мелькнула мысль, как молния на голубом небе ее безупречных рассуждений о терпении и доброте, о временных трудностях.
Вспомнился и сосед, по ее родительской квартире, молодой еще мужчина повесился на бельевой веревке, потому что не смог прокормить семью, его сократили из штата механиков, строительный трест, в котором он отработал пять лет еще в советское время, с приходом перестройки приказал долго жить.
Конец ознакомительного фрагмента.