Озноб
Шрифт:
Ольга взглянула на сестру с упреком:
– Слушай, я же не в парикмахерскую прошусь и не на свидание с мужиком… Мне нужно это место, понимаешь! Я буду зарабатывать в два раза больше!
– Да иди, иди, я не отказываюсь. – Взглянув на детей, успевших самостоятельно включить телевизор, Ирина отправилась на кухню, ставить чайник.
Из спальни высунулся полуодетый Егор:
– Оля, ты? Опять на нас детей повесила, угадал?
– Всего на полдня! – поспешила его утешить Ирина. А Ольга, уязвленная таким явным отсутствием восторга на лице зятя, заметила:
– Вам это полезно, глядишь, своего
Егор, поморщившись, скрылся в спальне, а Ольга направилась на кухню, вслед за сестрой. Получив из ее рук чашку растворимого кофе, женщина повела носом:
– В самом деле, у вас до сих пор все, как у студентов! Даже не готовишь ему как следует, и кофе у тебя из банки! Скажи спасибо, он все терпит!
– Каждый живет по-своему, – уклончиво ответила Ирина, задетая упреками, которые, впрочем, слышала не впервые. – А насчет детей ты не права. Мы оба не против, просто до сих пор этого не случилось.
– Разреши спросить, вы обследовались? – Обмакнув сухарик в кофе, Ольга замерла, заинтересовавшись щекотливой темой. – Вы здоровы? Бывает, что люди и не подозревают…
– Здоровы, – бросила сестра, отворачиваясь к плите. Она боялась, что на ее лице слишком ясно отражаются эмоции. Обследование, на которое она решилась больше года назад, закончилось ничем, точно так же, как и у Егора. Оба они были вполне способны иметь детей… Но почему-то их не имели.
– Значит, вы просто не хотите ничего! – авторитетно заметила Ольга, отправив наконец в рот размокший сухарик. – Бывает, что из-за этого не получается. Конечно, дети – это отрыв головы! Особенно такие, как мои, а когда их еще двое, а я одна… И все же не представляю, как бы я без них жила! Прихожу вечером домой, тащу их под мышками из садика, усталая, голодная, еле на ногах держусь… Упаду на диван, лежу, себя жалею… А они с двух сторон прижмутся, как два котенка, – сочувствуют!
– Еще кофе?
Ольга протянула чашку. В это время на кухню вошел Егор, волоча за собой упирающихся племянников:
– Вот бесенята, добрались до моего компьютера, хорошо, не взломали код! Ну-ка, сидите смирно, или я вас в зоопарк сдам! Или вот, с тетей Ирой в деревню на месяц поедете, будете в подвале сидеть!
– Какая деревня? – Заинтригованная Ольга усадила детей за стол и вручила им предусмотрительно заготовленное печенье. – Ир, ты куда-то едешь?
– Она сняла дом, на месяц, с условием, что никто из нас там не покажется! – саркастически улыбаясь, заявил мужчина. Встретив укоризненный взгляд жены, он удивился: – Я что, исказил факты?
– Я вообще не хотела это больше обсуждать, – пробормотала Ирина.
Она предчувствовала бурную реакцию сестры и не ошиблась. Та взвилась, как укушенная:
– Решила уехать, меня не предупредив?! Знаешь, так не делают, я же на тебя рассчитывала! Куда это, зачем? Егор, неужели правда в деревню?!
– Правда, – опередив мужа, ответила Ирина. Она старалась говорить спокойно, но в ее голосе невольно звучал упрек. – Мне ведь тоже надо работать, а здесь я на части разрываюсь. Если не сдам книгу в срок, подведу огромный коллектив, она ведь стоит в плане на январь. Так что, ничего не поделаешь, до пятнадцатого января придется тебе обходиться своими
– До… – Ольга запнулась, ошарашенная услышанной датой. – Целый месяц?! Это мне одной с ними мучиться на праздники?
Она справедливо полагала, что на Егора рассчитывать не стоит. Тот всегда относился к детям как к помехе и только терпел их присутствие. Мужчина, на мгновение задумавшись, кивнул:
– В самом деле, вот еще один плюс! Я здесь тоже от твоих бандитов отдохну, а то бы ты их обязательно притащила к нам за город!
– Эгоист! – в сердцах бросила Ольга и повернулась к сестре: – Это не розыгрыш, нет? Ты уезжаешь одна? А как же Новый год, Рождество?
– Посмотрим, – сдержанно ответила та.
– Ребята… – Ольга переводила взгляд с Ирины на Егора и обратно. – Вы, часом, не поссорились? Может, я чего-то не знаю?
Ирине так и не удалось полностью разубедить сестру, что в их отношениях с мужем по-прежнему царит мир. Ольга уехала, заметно озадаченная и подавленная, явно решив, будто от нее что-то скрывают. Даже мальчишки, обычно шумные, слегка притихли, почувствовав настроение матери, и принялись хныкать, едва та ушла.
– Ну, завели песню! – с досадой бросил Егор, отыскивая на кухонном столе журнал с телепрограммой. – Пропал единственный выходной!
Ирина вскоре утешила племянников. Она отыскала большую коробку пластилина, купленного специально для таких экстренных случаев, и дети под ее руководством принялись лепить зоопарк, где недавно побывали, опять же в обществе тетки. Увлекшись делом, мальчишки окончательно присмирели, их измазанные пластилином мордашки выражали самое сосредоточенное внимание и комичную серьезность. «Они так любят с тобой оставаться! – не раз убеждала ее сестра, не то искренне, не то руководствуясь дальним расчетом. – Потом хоть могут рассказать, что делали, что видели. А со мной орут и безобразничают, им все равно, гости, цирк или утренник в театре! Ты прирожденный воспитатель!»
«Может, и так. – Облокотившись на стол, Ирина наблюдала за племянниками, грустно улыбаясь. – Хотелось бы проверить это на собственном ребенке. Какую глупость она сказала, будто мы ничего не хотим! Егор не раз говорил, что из меня бы вышла отличная мамочка, и я уверена, он был бы счастлив… Мне тридцать четыре, ему тридцать восемь, это, можно считать, еще молодость. Каждый раз, когда становится ясно, что снова ничего не произошло, я говорю себе – ничего страшного, мы еще успеем. Но… Я уже слишком давно повторяю эти слова!»
Она принесла детям сок и печенье и заглянула в спальню к мужу. Тот валялся на разобранной постели и с желчным видом листал журнал. Завидев жену, он поманил ее к себе:
– Подозрительно тихо! Все в порядке?
– Они лепят зоопарк. – Ирина присела на край постели. – Скажи, как по-твоему, мы не слишком грубо даем Оле понять, что она нами злоупотребляет? Если рассудить, что ей делать?
– Если бы мы молчали, дети вообще жили бы у нас, – фыркнул Егор, беря руку жены. – Деликатность тут неуместна, да она и не слишком обижается, твоя сестрица! Если ей так трудно, могла бы провернуть дельце с квартирой. Она живет в вашей родительской, трехкомнатной, ей с мальчишками столько места не надо. Сдала бы ее и сняла двухкомнатную, а на разницу наняла хорошую няню.