Чтение онлайн

— Ложись на живот, — велел он. — Руки сложи на пояснице. Я возьму все, что нужно, и приду.

В глазах Джоузи не мелькнуло и тени страха. Только румянца на щеках прибавилось. Ее дыхание участилось. Наверное, она уже представляла, как это будет происходить. Джоузи легла на живот, послушно приняв требуемую позу.

Эш достал из шкафа кожаный ремень. Наверное, Джоузи такой ремень доставит немало наслаждения. С той же полки он взял моток шелковой веревки.

Бросив ремень на кровать, Эш взял веревку и, упираясь коленом в бедро Джоузи, связал ей запястья. Судя по

ее дыханию, она напряглась. Убедившись, что руки Джоузи связаны крепко, Эш отошел.

— А теперь вставай на колени, — велел он, добавив своему голосу властности. — Зад кверху. Щекой прижмись к матрасу.

Джоузи приняла требуемую позу. Подсунув руку под ее мягкий живот, Эш помог ей встать поудобнее. Довольный тем, как она стоит, Эш потянулся за ремнем.

— Джоузи, тебе это знакомо? Сколько ударов ты можешь выдержать? Скажи сразу. Я не хочу, чтобы наслаждение оборачивалось болью.

— Эш, мне это знакомо. Я могу выдержать много. Не ограничивай себя Мне это… нужно. Я этого хочу.

Он наклонился, накрыв ее своим телом:

— Если станет невмоготу, сразу дай знать. Поняла? Дорогая, одно твое слово — и я мгновенно остановлюсь.

Тело Джоузи содрогнулось. «Дорогая» было вторым ее любимым словом, доставлявшим ей телесное наслаждение.

Эш погладил ее круглые, упругие ягодицы.

— Сегодня я подарю тебе двенадцать ударов, — сказал он. — Двенадцать отметин на твоей коже. Когда я удостоверюсь, что тебе это нравится, мы увеличим их число. Но начнем с двенадцати.

Джоузи кивнула. Она закрыла глаза и сжала губы, предвкушая новые ощущения. Дальнейшее ожидание становилось для нее тягостным.

Первый удар. После тишины он показался особенно громким. Джоузи подскочила. На ягодице осталась ярко-красная полоса. Джоузи негромко застонала. Этот стон опьянил Эша.

Он умело нанес удар по второй ягодице. Та тоже окрасилась. Эш залюбовался контрастом между белизной ее кожи и краснотой ягодиц. Им явно нравились «поцелуи» ремня.

Эш ударил в третий, четвертый, пятый раз. Джоузи извивалась всем телом и постанывала. К девятому удару она тихо попросила еще и посильнее.

— Осталось всего три удара. Они будут сильнее прежних. А потом я трахну тебя в твою сладкую попочку. Ты выдержишь?

— Эш, — простонала она.

Это была отчаянная мольба. Да, она — с ним. Более чем с ним. Ей не нравились затяжные промежутки между ударами.

В десятый раз Эш ударил сильнее, внимательно следя, как Джоузи воспримет боль. Поначалу это была просто боль. Джоузи вздрогнула, но уже в следующее мгновение боль превратилась в наслаждение.

Ее глаза были нежными и сонными. Казалось, удары ремня перенесли ее в другой мир.

Обычно Эш не привык сдерживаться. В ту единственную ночь их секса с Бетани он сдержался, потому что Джейс не позволил бы ему развернуться в полную силу. Но сейчас ситуация была совершенно иной. И Джоузи отличалась от Бетани. Эшу захотелось вознаградить ее своей нежностью и терпением, хотя сама она требовала новых всплесков этого странного наслаждения. У него впереди — бездна времени, чтобы дарить ей и получать от нее самые разные наслаждения.

Но сейчас Эшу было важно убедиться, что Джоузи по-прежнему с ним, что каждый шаг они проходят вместе и он нигде не переступил черту. А черта, где кончается наслаждение и начинается боль, очень тонка.

Эш ударил в одиннадцатый раз и замер, ожидая нового всплеска ее нетерпения. Джоузи извивалась всем телом, выгибая спину. Интересно, сознает ли она, что ее тело просит большего?

— Приготовься к двенадцатому. Джоузи, прими последний удар. Отдай мне все. Все, что у тебя есть.

Последний удар был самым сильным и тщательно рассчитанным. Эш старался найти участок ягодиц, еще не познакомившийся с ремнем… Звонкий шлепок. Ее крик, быстро сменившийся стоном. Это был стон наслаждения. У Эша по всему телу побежали мурашки. Его член стоял почти вертикально, окаменев от эрекции. Эшу захотелось поскорее овладеть ее анальным отверстием — единственной из дырок, которая пока не принадлежала ему. Тогда его власть над ее телом станет полной и окончательной.

Эш отбросил ремень. Ему не терпелось заняться анальным сексом. Но вначале требовались необходимые приготовления, иначе Джоузи будет больно. Эш обильно смазал гелем ее анальное отверстие, введя туда сначала один палец, затем второй. Потом он столь же обильно смазал член от головки до мошонки. Не удержавшись, Эш даже застонал. Его член жаждал поскорее оказаться внутри незавоеванной дырки Джоузи.

Ладони Эша легли на ее ягодицы, все еще горевшие после ударов. Эш развел их и, помогая себе рукой, втолкнул член в ее анус. Джоузи сейчас была олицетворением беспомощности и покорности. Ее поза со связанными руками возбуждала Эша, требуя незамедлительных действий.

Оказавшись внутри ее сладкой попочки, Эш стал медленно проталкивать член вглубь, стараясь не торопиться и призывая на помощь все свое терпение.

Джоузи застонала. Эш понял: она побаивается, что его член толстоват для ее заднего прохода и может поранить стенки. Если она будет противодействовать, у них ничего не получится.

— Малышка, не сопротивляйся мне. Расслабься и пропусти меня вглубь, — уговаривал он. — Когда я полностью окажусь у тебя внутри, тебе очень понравится.

Он погладил ей живот, потом опустился ниже и коснулся пальцем влажного напрягшегося клитора. Джоузи дернулась, вскрикнув от удовольствия. Воспользовавшись паузой, Эш глубже втолкнул член.

Джоузи больше не сопротивлялась. Эш закрыл глаза и стал дыханием успокаивать подступающий оргазм. Ему никак нельзя было кончить сейчас, когда он успел войти в нее лишь наполовину.

Эш еще раз помассировал клитор, и Джоузи качнула ягодицами. Снова воспользовавшись паузой, Эш втолкнул член по самые яйца. Его бедра упирались ей в ягодицы. Он тяжело дышал.

— Я вот-вот кончу, — в отчаянии прошептала Джоузи. — Эш, мне не удержаться. Ой!

Эш пальцем слегка расширил ей анус, стремясь оттянуть наступление оргазма. Иначе это не будет полным завоеванием. Они должны кончить одновременно, так как потом стенки заднего прохода сомкнутся и любое движение внутри ануса сделается болезненным.