Чтение онлайн

— Вот он какой, Меч королей, — с гордостью сказал Форлих, указывая на громадную железяку. — Гони мое ожерелье.

— Погоди. Во-первых, мы не заключали сделку. Я просто спросил, где ты хранишь меч, но не сказал, что готов его обменять. Во-вторых, взгляни сам — эта штука длиннее меня раза в два. Чтобы вытащить ее отсюда, мне понадобится помощь носильщиков. Да и как потом таскать с собой этакое чудище? В-третьих, ты наврал, что ожерелье королевы Онэли принадлежит тебе. Почему я должен верить, что эта железяка и есть легендарный Меч королей? Обыкновенный двуручный меч, разве что для великана и лезвие светится. Только тут у всех мечей в стенах, видно, магические кристаллы в составе стали.

— Обманщик, —

зашипел Форлих, позеленев от злости, — ты дорого заплатишь мне за обман.

— Разруби меня этим мечом, — посоветовал Хельви. Радость переполняла его. Очевидно, это ожерелье наполняло его силой.

Король карлов тоскливо поглядел на принца, но промолчал. Он сгорбился и подошел к столу.

— Когда-то очень давно карлы были могучими волшебниками, — жалобно сказал он. — Это было во времена, когда на земле стояло вечное теплое лето и не было ни смерти, ни рождения, ни болезней, ни голода. Карлы создавали прекрасные игрушки для богов, и боги были милостивы к нам. Проклятое ожерелье, сделанное для королевы Онэли, стало началом нашего конца. Она была огромной, как гора, и сильной, как дыхание богов. Она жила в дубовой роще и танцевала в лунных лучах. Мы вложили в это ожерелье слишком много волшебной силы. А коварная Онэла отказалась уплатить нам за работу. Мы не смогли восстановить наши опустевшие источники силы, и, когда на землю стал падать снег и огонь, мой народ погиб в пламени. Я последний карл и хочу уничтожить эту проклятую штуку. Вы, люди, мстительные создания. Неужели ты не можешь понять меня, человек? Неужели на моем месте ты поступил бы иначе?

— Какую же цену назначили карлы королеве Онэли за это ожерелье?

— Как какую? Самую честную! Получив ожерелье, королева Онэла должна была стать моей супругой!

Гарпия захихикала, да и Хельви не мог не улыбнуться. Все-таки все эти истории — пример поразительного вранья! Или этот карл считает его глупым ребенком.

— Значит, ты говоришь, что королева была огромной, как гора?

— Истинное слово, так оно и было.

— И ты хотел взять ее в жены?

— Да мы, карлы, всегда брали себе жен из великанш, — задохнулся от негодования Форлих. — Иначе и быть не могло! Скажи на милость, на ком же было жениться? Не на гарпиях же!

— Но-но, — Наина слегка пнула Форлиха ногой, однако от этого легкого на вид удара человечек отлетел на добрых пять шагов. — Держи язык за зубами, карл. Великаны маму родную бы скушали, лишь бы добраться до вашего золотишка. Что уж там про свадьбы говорить. А гарпии имели карла на зуб и безо всяких церемоний. Так что ври, да знай меру.

— А как ожерелье попало в башню Ронге? Вернее, как оно попало к владельцам башни?

— Это было не так давно, — поморщился Форлих. — Гораздо позже после истории с договором. Кто-то из великанов передал его на хранение в башню. Но это не считается! — вдруг заверещал карл. — Ожерелье мое, оно принадлежит только мне и моему народу в моем лице! А мерзкие людишки просто вклинились в нашу тысячелетнюю тяжбу с великанами. Мы их об этом не просили!

— Но великаны отдали свое сокровище людям добровольно. А поскольку на момент передачи ожерелья его владельцами были именно они, то сделка должна быть признана состоявшейся между этими двумя сторонами, — неожиданно Хельви затосковал. Дать бы сейчас этому надоедливому коротышке четырехугольной чашей по голове. Что, собственно, он так расстарался доказывать какому-то карлу свою правоту. В конце концов, выше всех других прав — право сильнейшего, того, кто может прийти и взять. Однако Хельви пришли на ум лекции Айнидейла о королевском суде, и он устыдился. Нет, правда на его стороне, и ожерелье он не отдаст, но выиграть право обладать

им нужно в честном споре. Впрочем, этот спор грозил теперь пойти по второму кругу. Форлих опять надувался, как наседка, у которой отбирают цыплят.

— Вор, все вы воры! Если ты не отдашь мне ожерелье, я убью тебя, подкрадусь к тебе ночью и задушу! Я буду следовать за тобой тенью, я превращу твою жизнь в кошмар, я откушу тебе уши и стану плевать в следы твоих сапог, чтоб ты переломал себе ноги! Я придушу любого, кто когда-нибудь полюбит или пожалеет тебя, я утащу твоего ребенка под землю и оставлю на съедение крысам! Ты еще пожалеешь, что связался с могучими карлами!

— Довольно, маленькое чудовище! Я и так слишком долго терпел твои выходки. Если ты не хочешь принять мои доводы по-хорошему, тебе придется смириться с ними по-плохому. Наина!

Гарпия оказалась тут как тут. Она ловко схватила извивающегося карла за шею и с ожиданием посмотрела на Хельви. Тот медлил. Ему еще не приходилось никого убивать, только животных на королевской охоте. Впрочем, карл тоже не был человеком. И он осмелился проклясть принца Синих озер! Кто знает, если отпустить его, он может исполнить свои угрозы. Жизнь Хельви и так полна кошмаров. Но сейчас одним кошмаром станет меньше.

— Это ожерелье погубило великанов! Пусть оно принесет тебе горе, принц, — прохрипел задыхающийся карл. Он проклинал драгоценность и Хельви, однако его ручки продолжали тянуться к груди принца, пытаясь то ли стянуть оттуда ожерелье, то ли придушить его нового владельца. Это заставило принца принять окончательное решение.

— Наина, ты можешь делать с этим карлом все, что захочешь, — и Хельви быстро отвернулся, чтобы не видеть, что произойдет дальше. Раздались слабый писк и чавканье.

Аккуратно собрав рассыпавшиеся драгоценности с пола и со стола, Хельви сложил их обратно в четырехугольную чашу и накрыл пластинкой. После гибели Форлиха его тошнило при одном только виде этих безделушек. Другое дело ожерелье. Хельви осторожно потрогал золотые листья и невесело усмехнулся. Что ж, проклятый карл припер его к стенке, и другого выхода у принца просто не оставалось. После истории с бегством из Нонга Хельви усвоил для себя одну простую вещь: разводить церемонии, кичиться благородными поступками может только тот, у кого за спиной стоит добрая дружина и кто спит за надежной крепостной стеной. А для беглеца из Королевского леса в самый раз подойдут совсем другие законы: не оставляй врага, даже самого маленького, за спиной, если хочешь дожить до утра.

Странно, что Айнидейл никогда не рассказывал ему о карлах. Да и о том, что королева Онэла была великаншей, склонной к эксцентричным поступкам, он узнал только из рассказа Форлиха. Учителя на Зеркальном озере всегда рассказывали об Онэле как о прекрасной девушке, к которой сватались короли из многих земель. Она выбрала храброго Дейве, который пленил ее сердце не ратными подвигами, а игрой на свирели. И вот, пожалуйста, — хрупкая девушка оказывается огромной, как гора, и сильной, как дыхание богов. Да к тому же живет не в королевском замке, а в дубовой роще.

Либо Форлих все наврал, либо королевская наука о Младших нуждается в серьезных дополнениях, решил Хельви. Впрочем, теперь ему надолго, а возможно и навсегда, не будет никакого дела до того, в чем нуждается наука в королевстве Синих озер.

— Ну карла, допустим, ты правильно прикончил. Ничего хорошего от этих карлов никто пока не видел, клянусь Рогровой бестией. А вот цепочку зря прихватил, хороший мой. Тебе же человеческим языком объяснили, что негоже ее носить, мрут ее владельцы, как мухи от стряпни моей маменьки.