Чтение онлайн

— Ну, довольно об этом, — сказала королева, садясь в кресло. — Я страшно устала, а вы, моя бедная Андре?

— О, я просто падаю от усталости, и если ваше величество позволит мне…

— Действительно, вы побледнели, мадемуазель, — сказал граф д’Артуа.

— Пожалуйста, пожалуйста, дорогая, — сказала королева, — садитесь или даже ложитесь. Господин граф д’Артуа нам уступает это помещение; не правда ли, Шарль?

— В полное распоряжение, мадам.

— Минутку, граф, последнее слово.

— Что

вам угодно?

— Если вы уйдете, как вас позвать?

— Я вам совсем не нужен, сестра моя; располагайте всем моим домом.

— Здесь, значит, есть и другие комнаты?

— Конечно. Прежде всего есть столовая, в которую я вам рекомендую заглянуть.

— С накрытым столом, вероятно?

— Конечно, на котором мадемуазель де Таверне, в чем она, мне кажется, сильно нуждается, найдет бульон, крылышко цыпленка и рюмочку хереса, а вы, сестра моя, найдете большой выбор фруктовых варений, которые вы любите.

— И все это без слуг?

— Абсолютно.

— Посмотрим. Ну а потом?

— Что потом?

— Как нам вернуться во дворец?

— Нечего и думать возвращаться в него этой ночью, раз отдан такой приказ. Но с наступлением дня этот приказ теряет свою силу. В шесть часов ворота дворца отворяются, а вы выходите отсюда без четверти шесть. Вы найдете в шкафах плащи всех цветов и покроев, если пожелаете сменить свою одежду. Когда вы попадете во дворец, пройдите в свою спальню, ложитесь и не беспокойтесь об остальном.

— А вы?

— То есть что я?

— Да, что вы будете делать?

— Я уйду из этого дома.

— Как, мы вас выгоняем, бедный брат мой?

— Приличия не позволяют мне проводить ночь под одной кровлей с вами, сестра моя.

— Но ведь вам нужен приют, а мы у вас его отнимаем!

— Э, у меня есть еще три таких же.

Королева рассмеялась.

— И он еще говорит, что графиня д’Артуа не права, если беспокоится! Я ее предупрежу, — добавила королева с очаровательным жестом угрозы.

— Тогда я все расскажу королю, — ответил в тон ей принц.

— Он прав, мы у него в руках.

— Именно так. Это унизительно; но что поделаешь?

— Надо подчиниться. Итак, для того чтобы выйти завтра, не встретив никого…

— Позвоните один раз в звонок у колонны, внизу.

— У которой? Правой или левой?

— Все равно.

— Дверь откроется?

— И закроется.

— Сама собой?

— Сама собой.

— Благодарю вас. Спокойной ночи, брат мой.

— Спокойной ночи, сестра моя.

Принц откланялся; Андре закрыла за ним дверь, и он исчез.

На другое утро, или, вернее, в то же утро, так как события, описанные в предыдущей главе, закончились только к

двум часам ночи, — итак, в то же утро король Людовик XVI в утреннем платье фиолетового цвета, без орденов и пудры, едва успев встать с постели, постучал в дверь прихожей апартаментов королевы.

Служанка приоткрыла дверь.

— Ваше величество! — воскликнула она, узнав короля.

— Королева?.. — отрывисто спросил Людовик XVI.

— Ее величество почивает, государь.

Король сделал жест рукой, чтобы женщина отошла, но она не двинулась с места.

— Ну, — сказал король, — пропустите меня. Вы видите, что я хочу пройти.

Король делал порой очень резкие движения, которые его враги называли грубыми.

— Королева отдыхает, ваше величество, — робко заметила служанка.

— Я вам сказал, чтобы вы дали мне пройти.

И с этими словами он отстранил женщину и прошел дальше. Дойдя до двери спальни, король увидел г-жу де Мизери, первую даму покоев королевы, читавшую молитвы по Часослову.

— Государь, — сказала она тихим голосом и с глубоким реверансом, — ее величество еще не звали меня.

— А, в самом деле? — насмешливо спросил король.

— Теперь, кажется, только половина седьмого, государь, а ее величество никогда не звонит раньше семи часов.

— И вы уверены, что королева в постели? Вы уверены, что она спит?

— Я не берусь утверждать, ваше величество, что королева почивает; но уверена в том, что она в постели.

— В постели?

— Да, ваше величество.

Король не мог долее сдерживать своего нетерпения. Он подошел к двери и резким движением с шумом повернул золоченую ручку.

Спальня королевы тонула в полном мраке, как будто за окном была ночь: ставни, занавеси и шторы, наглухо закрытые, делали комнату совершенно темной.

Ночник, поставленный на столике в самом отдаленном углу комнаты, оставлял альков королевы в полной тени; длинный полог, белый, шелковый, с вышитыми золотом лилиями, закрывал своими волнистыми складками кровать со смятой постелью.

Король быстро направился к ней.

— О госпожа де Мизери! — воскликнула королева. — Вы так шумите, что разбудили меня!

Король остановился пораженный.

— Это не госпожа де Мизери, — пробормотал он.

— А, это вы, государь? — сказала, приподымаясь, Мария Антуанетта.

— Доброго утра, мадам, — произнес король кисло-сладким тоном.

— Какой попутный ветер занес вас сюда, государь? — спросила королева. — Госпожа де Мизери! Госпожа де Мизери, откройте же окна.

Женщины вошли и, как это обычно требовала королева, моментально открыли двери и окна, чтобы дать в комнату доступ чистому воздуху, который Мария Антуанетта особенно любила вдыхать, когда просыпалась.