Шрифт:
Пролог
Рику Парришу хотелось подольше посидеть в «Жилище краба». Этот скромный пивной бар Пэппи Мэйдисона пользовался любовью жителей курортного городка Коконат-Ки на побережье Флориды. С его веранды открывался чудесный вид на море. А главное, в нем можно было спокойно отдохнуть за кружкой свежего пива, расслабиться и порассуждать с самим собой.
Последнее было Рику сейчас особенно необходимо, и он рассчитывал посидеть в «Жилище краба» так, чтобы его не узнали. Но надежды оказались тщетными. Еще накануне о его приезде каким-то образом проведала болтушка Скарлетт.
— Что изволите заказать, капитан Парриш? — Пэппи всегда задавал ему один и тот же вопрос. Рик, как обычно, сделал вид, что раздумывает. За него хором ответила половина завсегдатаев бара:
— Холодное пиво, сырые устрицы и самый прекрасный в мире закат, Пэппи!
— Будет сделано! — важно ответил хозяин.
Пробираясь к своему привычному месту у западной балюстрады веранды, Рик обменялся небрежными приветствиями с несколькими гостями зала. За соседним столиком он увидел Джигги Лэтхэма — матроса со своей рыболовной шхуны. Тот сидел между двумя смазливыми блондинками, обнимая их за обнаженные загорелые плечи. Матрос явно бахвалился; подмигнув своим веселым соседкам, он показал им каких-то два значка победителя и подставил щеку одной из девушек для поцелуя. Рик вспомнил, как сам развлекался в молодые годы. А впрочем, он и сейчас еще был не стар — всего тридцать четыре года. Мужчина усмехнулся и окинул взглядом зал.
За столиками в основном сидели туристы, явно старавшиеся походить на местных жителей. Но этих чужаков выдавали не столько их лица, незнакомые завсегдатаям бара, сколько выговор, с каким они заказывали пиво и закуску. Рик посмотрел на часы, снял пиджак и повесил его на спинку стула. Оставив в машине багаж, имея в кармане авиабилет, а в руке держа кружку пива, он и сам почувствовал себя в этом уютном баре туристом.
До отъезда в аэропорт оставалось пятнадцать минут, и их можно было приятно скоротать здесь, на свежем воздухе, среди веселого, дружного гвалта, а не наедине с тяжелыми воспоминаниями о прошлом, постоянно тянувшими его в свой горький омут…
Подошел Пэппи и поставил перед Риком тарелку с устрицами и две большие кружки пива. Вздувшаяся пена была готова водопадом хлынуть на стол.
— Ничего страшного! — успокоил своего друга Рик, сдунув ее за поручни террасы.
— Спасибо. — Пэппи вытер руки салфеткой, пододвинул стоявший рядом свободный стул и подсел к Рику. — Что это ты так нарядился?
— Лечу в Филадельфию к родителям Энджи.
Помолчав немного, Пэппи спросил:
— Сколько же лет прошло, как она умерла?
— Уже пять, — коротко ответил Рик и, взяв кружку, нервно отпил глоток пива. Да, с тех пор он приходит к Пэппи один. Рик долго глядел куда-то вдаль. Почувствовав, что хозяин бара собрался расспрашивать его дальше, он сделал вид, что поперхнулся и начал откашливаться. Говорить об Энджи было слишком тяжело. Рик предпочел бы посидеть в одиночестве. Черт побери, почему бы Пэппи не оставить его в покое и дать возможность
А тут еще несколько туристов выстроились вдоль балюстрады рядом с его столиком, намереваясь запечатлеть на кинокамеры момент наступления ночи. Как будто нельзя было выбрать другого места! Рик глубоко вздохнул, стараясь как-то освободиться от странного ощущения неизбежности ночной мглы… И это чувство удушья, откуда оно? И вообще, что с ним сегодня происходит?..
Рик стиснул ручки стула, как будто хотел выместить на них свое эмоциональное состояние. Да, он должен сейчас уехать. Ну, и что из того? Не сметет же Флориду каким-нибудь грандиозным ураганом с лица земли за время его отсутствия? И «Жилище краба» вместе с Пэппи никуда не денется.
— Ко мне должна приехать внучка.
Рик вздрогнул, только теперь заметив, что Пэппи все еще сидит рядом.
— Ты мне уже говорил об этом.
Слава Богу, разговор перешел на другую тему!
— Я не помню, встречались ли мы когда-нибудь. Вроде бы нет?
— С Брин? Если бы ты ее видел, то наверняка бы запомнил. Все время получалось так, что она приезжала, когда тебя не было в Коконат-Ки.
Пэппи посмотрел на Рика и с гордостью произнес:
— Брин очень энергичная и сообразительная девушка!
— Сообразительная? Жаль, что мы еще не знакомы.
Пэппи сдвинул свою рыбацкую кепку на затылок и почесал висок:
— Что ж, в следующий раз!
Тем временем последняя полоска зари растаяла за горизонтом под аккомпанемент гитары певца Твида Макнейла, работавшего у Пэппи.
— В следующий раз, — как эхо повторил Рик и полез в карман пиджака за бумажником. Пэппи остановил его:
— Убери свои деньги. Сегодня платит «Жилище краба».
— Что ж, тогда до свидания!
Рик знал, что его улыбка будет для Пэппи лучшей благодарностью. Через несколько минут он уже сидел за рулем мчавшейся на север машины, вертел свободной рукой диск радиоприемника и мысленно подсчитывал, когда сможет вернуться в Коконат-Ки.
Глава 1
Рик Парриш возвращался домой. Становилось жарко. Он ослабил узел галстука и расстегнул рубашку, мечтая о том моменте, когда наконец повесит этот костюм в шкаф и натянет на себя привычные джинсы с тенниской. Затем надо будет постараться освободиться от грустных воспоминаний. Так повторялось каждый год после визита к родителям Энджи. Время шло, но легче эти поездки не становились. И сейчас Рик чувствовал себя немного лучше только потому, что очередная была уже в прошлом.
Вот и Коконат-Ки. Рика охватило волнение. Нога машинально нажала на акселератор, и его белый джип, пулей пролетев последний мост, остановился у дверей дома. Он уехал отсюда всего лишь две недели назад. Но какими долгими они показались!
Теперь — к Пэппи, попить холодного пивка. А лотом в небольшую бухточку, где пришвартована его рыбацкая шхуна.
Отбивая пальцами на руле ритм песенки, которую прошлый раз пел Твид Макнейл, Рик вновь переехал мост и очутился на шоссе, ведущем к центру города. Еще немного — и он блаженно опустится в заветное кресло из темной сосны, навечно выделенное ему Пэппи в пивбаре.