Чтение онлайн

— Луиза Мария Паркер.

— Откуда ты знаешь? — Холли наклонила голову набок, с улыбкой глядя на меня.

Я пожала плечами.

— Я думала, ты не следишь за кино?

— Нет, но она нравится мне с тех пор, как я увидела ее в ‘Жареных зеленых помидорах’.

— А, так вот откуда я ее знаю. Хех. Все не могла вспомнить.

Холли вытащила ложку из миски и начала облизывать с нее тесто. У меня слюнки потекли. Мне нравилось тесто для сырного пирога. Также, как и тесто для печенья. Ням-ням.

— Хочешь

немного?

Я кивнула и улыбнулась.

— Тогда приди и возьми.

Я спрыгнула со стола, не отрывая взгляда от ложки, глядя, как язык Холли очищает ее наружную сторону.

— Вот, — она провела пальцем по внутренней стороне ложки, очистив ее от теста. И протянула руку мне.

Я просто смотрела на нее, не зная, что делать.

— Давай, мой палец чистый, правда.

Но мои мысли нет.

Я наклонилась и коснулась самым кончиком языка пальца Холли. Она усмехнулась мне.

— Он не укусит тебя, трусишка.

Я отодвинулась, глядя на нее.

— Давай, ты знаешь, что хочешь это.

Я смотрела на ее суженные глаза. Что ты делаешь, Холли? Я подошла ближе, все еще глядя на нее. Я собиралась ответить на вызов.

Я приоткрыла рот и обвила губами ее палец, проводя языком по всей длине, собирая вкусный приз. Я делала это медленно и уверенно. Холли смотрела на меня; ее глаза перескакивали с моего рта к моим глазам, а потом к ее свежеочищенному пальцу.

— Ну, думаю, ты действительно это хотела.

Мы лежали в темноте. Казалось, снег заполнил все вокруг, и поэтому электрическое одеяло было включено на полную мощность. В общем, снаружи было холодно. И я была рада, что теплое тело Холли находится рядом со мной, согревая мерзлый воздух.

Глядя в темный потолок, я натянула одеяло до подбородка.

— Что бы ты сделала за миллион долларов? — cпросила я, поворачиваясь к Холли, которую не было видно в темноте.

Я слышала, как она зевнула.

— Хм. Дай-ка подумать? — она на секунду замолчала. — Я бы ударила президента.

— Холли!

Она хихикнула и шлепнула меня по ноге.

— Я просто шучу. Думаю, я пробежала бы голой через Нью-Йорк.

— Правда? — я пододвинулась ближе к ней, приподнявшись на локте.

— Ну, наверное, мне стоит подумать еще раз. То есть, миллион долларов — это, конечно, хорошо, но ты же понимаешь.

— И на чем ты остановилась?

— Я бы не сделала ничего, порочащего мое достоинство или достоинство моей семьи. Понимаешь? Не спала бы с кем попало и все такое.

— То есть, я так понимаю, будущая карьера в качестве эксклюзивной проститутки отпадает, да? — я усмехнулась.

— А что? Большой мальчик хочет поразвлечься?

Я чувствовала, что она смотрит на меня, хотя и не могла ее видеть — тяжелые занавески давали дополнительную защиту от холода.

— Ха-ха.

Холли тихо рассмеялась.

— Так

что, ты даже не поцеловала бы любого за кучу денег?

— Нет. А ты?

— О, боже, нет. Думаю, потребуется нечто большее, чем деньги, чтобы я снова поцеловала кого-то, учитывая мой опыт.

— Он причинил тебе вред, Энди? Я хочу сказать, ведь это было с обоюдного согласия, верно?

— О, да. Он, может, и был придурком, но не насильником.

— О, хорошо. А то пришлось бы пойти, отрезать ему кое-что, а мне вовсе не хочется выходить на мороз.

Я улыбнулась ее словам.

— Ты сделала бы это для меня?

— О, да. Если бы кто-то причинил тебе вред? Конечно.

— Как и я.

Я снова почувствовала ее взгляд.

— Я знаю это, Энди.

Некоторое время мы молчали, слушая шорох снега снаружи. Такой странный звук. Думаю, не многие замечают, что снег издает какой-то звук, как и дождь. Конечно, все знают песни в которых поется о шуме дождя. А мне нравится шум снега, нравится знать, что он там, снаружи. В такое время я чувствую себя в безопасности, словно под одеялом.

— Если бы ты могла жить где угодно, куда бы ты поехала? — спросила я, пытаясь согреть свои ноги.

— Интересный вопрос. Я кроме США была только в Мексике и Испании.

— Ты была в Испании?

— Ага. Семейная поездка, когда мне было пятнадцать. Думаю, я бы назвала Австралию или Францию.

— Почему?

— Ну, Австралия красивая, и мне нравится французский язык.

Я хихикнула.

— О, веская причина для выбора страны.

— Ну, а ты?

— Мне нравится Канада. Люблю такую погоду.

— Холод и снег?

Я кивнула. Потом вспомнила, что Холли меня не видит, и сказала:

— Ага.

— Хех. Интересно. — Еще один зевок, теперь более громкий.

— Устала?

— Да.

— Я тоже. Спокойной ночи, Холли.

— Спокойной ночи, Энди.

Я вздрогнула, почувствовав, как что-то проползло по моей руке, но была еще слишком погружена в сон, чтобы волноваться об этом. Потом это поползло выше. Я представила себе гигантского волосатого паука, который хочет спрятаться от холода. Сотни маленьких глазок ищут куда бы впиться, чтобы попробовать крови и отложить личинки.

Я распахнула глаза и ударила по пауку. Но вместо этого почувствовала под пальцами резину и увидела смеющуюся Холли.

Я прижала руку к груди, впиваясь в Холли взглядом.

— Это было не смешно.

— Прости, — она пыталась сдержать смех, но не сильно в этом преуспела. — Что такое? Это был всего лишь он. — Холли подняла свой куш.

Я посмотрела на него, представляя, как мягкие щупальца касаются моей кожи, и снова впилась в нее взглядом.

— Это все еще не смешно. Я ненавижу пауков.