Чтение онлайн

Этот охранник, как и многие другие, все заодно. Не сложно жить, работая здесь и видя, к чему приводят подобные деяния? Вот кому действительно в Сибири самое место, но решаю не я, поэтому подобное, видимо повсюду.

Андрей Владимирович вернулся, на вид очень уставшим. Мне не хотелось донимать его лишними разговорами, но снова он стал первым, кто нарушил молчание. Не хотелось говорить о сегодняшнем происшествии, поэтому просто продолжили наши беседы о моём прошлом. Весьма странно, что он совсем не хочет делиться своим, но, пожалуй, на то есть и свои причины.

–

Чем же ты решил заниматься, когда вновь оказался на улице?

– Вначале пытался найти работу, но безуспешно. Подворовывать было первой вынужденной мерой, без гроша в кармане.

– Разве при такой непростой судьбе, есть желание бороться за такую жизнь?

– Возможно. Каждый борется за что-то своё, а у меня, кроме этого, ничего больше нет.

Он ещё не знает, какое предложение мне сделали сегодня, ради той же бесполезной жизни. Ещё не до конца всё понятно, и совета о подобном не спросишь, но однозначно, это сделка с самим дьяволом.

– Даже в самые непростые дни я всегда думал о том, чтобы выжить. Потом подружился с местными ребятами, что помогли чуть лучше освоиться, и мы вместе обворовывали лавки, тягали кошельки, искали тёплый ночлег. Вместе получали, если были пойманы. Стали семьёй друг для друга. В тот день наши запасы еды в очередной раз оказались почти пусты. Было принято решение выдвигаться, всё как обычно. Разделились по рынку и разошлись кто куда. – Бессвязные обрывки памяти возникли перед глазами. – Вниманию попался мужчина в дорогой одежде, мы умеем различать подобное, потеряй он наличность, даже не заметит. Проследив, я потянулся к карману и случайно увидел на поясе пистолет. Не знаю, что заставило меня это сделать, но я вытащил его, возможно решив, что смогу неплохо продать. Конечно, он это сразу заметил и начал громко орать, создавая вокруг себя много шума, я испугался, случайно выстрелил и побежал, крепко держа в руке этот проклятый пистолет. Это просто недоразумение, я ведь не знал, что оружие в полной боевой готовности.

– Убил?

– Боже нет. Спустя месяц меня нашли на складах, где мы тогда жили. Разгромили всё, это было просто кошмарно. Когда я вошёл в наше убежище, передо мной престала неприятная картина. Дети, что находились там, были до смерти напуганы, а сообразить, что произошло я не успел, меня схватили очень быстро, без лишних разговоров. Впрочем, так же быстро оказался здесь, мне ничего не объясняли. Но причина ясна и без этого. Уже потом сказали, какую глупость я совершил и повезло, что человек не умер, иначе всё могло быть ещё хуже. И всё же, со мной всё и так понятно, а вы? За что тут оказались?

– Тебе лучше не знать. Когда выйдешь на свободу, легко не будет, но ты уж постарайся не возвращаться сюда. – Сказав это, мужчина пожелал лечь спать.

Если я выберу то, что проще, и получиться не вернуться? Если всё действительно так, как сказал сегодняшний визитёр, то мне ничего не будет угрожать. В глубине себя, скорее всего, я уже принял это решение, однако оно совсем не правильно.

Закрыв глаза, я тоже достаточно быстро уснул.

Холодно же как, снова метель и ни капли солнечного света. Снова это место, которое перестало давать ту лёгкость, что прежде, и придавало сил выживать наяву. Всё меняется и не

только здесь, что-то сильно ломает, изменяя мою жизнь. Я пошёл вперёд, по этому, кажется, бескрайнему покрывалу из снега и… Снова? Нахмурившись, я увидел смутный образ мальчика, одиноко стоящего смотря в серое небо. Мы переглянулись, но подходить ближе я не стал. Он тоже.

Сильный ветер пробрал до костей, я весь покрылся инеем. Время замедлилось, можно было рассмотреть до мелочей каждую падающую снежинку. Сердце сжалось так сильно, что перехватило дыхание. Обрывисто задышав, я проснулся.

Утром принесли тот же чай, тот же средней паршивости завтрак, но теперь это стало горьким, неприятным. Принимать подачку не хотелось, словно я уже дал согласие. Это неправильно, страшно. Неизвестность, где нет гарантий, это много крови, грязи и беззакония. Что угодно, но ничем хорошим оно не может закончиться.

Всё неоднозначно, но я должен принять решение.

Что если всё ложь, и став однажды ненужным, от меня избавятся точно так же, либо вернут сюда. Гарантия на словах, слишком слабый аргумент.

Я должен поговорить с этим аристократом ещё раз. Что он может мне дать кроме слов, если дам своё согласие.

Следующий день шёл неимоверно долго, в четырёх тёмных стенах, безделье, скука. Привыкнув к обычному ритму этой тюрьмы, угнетает просто ничего не делать, и почему все жалуются? Вот сейчас на самом деле тяжело.

Спустя несколько дней я смог договориться о новой встрече с незнакомцем, и его визит не заставил себя долго ждать.

Через неделю меня забрали с работ, и отвели в некую комнату для посещений. Здесь я ещё ни разу не был, поскольку никто ни разу ко мне и не приходил. Выглядело помещение гораздо лучше наших камер, но ожидающий там человек не внушал чего-то хорошо. Сегодня его вид был менее доброжелателен, а холодный взгляд только пугал. В любом случае раз приехал сюда снова, по моей просьбе, значит действительно во мне нуждается.

– Если решил дёргать меня в эту дыру по пустякам, то я отменю своё предложение. – Серьёзным тоном сказал мужчина, не повернувшись в мою сторону.

– Может для кого-то это и ерунда, но ваше появление может изменить мою жизнь. Это то, о чём вы обычно не беспокоитесь в отношении других, кроме самого себя, конечно. Но если выбор пал именно на меня, значит была на то веская причина.

– Без лишних слов. Время для меня так же важно, как жалкая жизнь – для тебя. Сделал выбор и решил озвучить?

– Нет, я хотел поговорить о другом! Свой выбор сделаю после этого диалога, и больше не стану отнимать драгоценного времени. Мне нужны гарантии, не на словах. Я должен быть уверен, что, отработав на вас, смогу вернуться к обычной, спокойной жизни, и вы не убьёте меня, не станете вмешиваться после. В общем, я соглашусь, если буду уверен в своей дальнейшей безопасности.

– Если это всё, то я, пожалуй, найду кого-то более сговорчивого, без лишних вопросов.

– Илья Фёдорович, так ведь вас зовут? Теперь мы знакомы, и я думаю, что имею право на свои вопросы после таких предложений! Вы не можете вот так просто сейчас уйти.