Чтение онлайн

Старый колдун умилительно посмотрел на это, подумав что-то вроде: «Ах, молодость!». Он осмотрел комнату, в последний раз он тут был… Года четыре назад? Когда Принцесса Эвелин ещё была четырнадцатилетним ребёнком всюду следующим за взрослыми, тогда она прятала все свои художества, выставляя на показ невинные рисунки животных.

Теперь же, вместо изображений красивых лошадок и овечек, здесь были рисунки таинственного мальчика. У него были неряшливые чёрные волосы, они были очень короткими. И у него были зелёные глаза, что Сильджертольд посчитал плохим знамением, но позже вспомнил,

что всё-таки этот мальчик вмещает в себя весь элемент Тьмы.

На нём была чистая белая рубаха и мешковатые льняные штаны, а ещё старые кожаные сандалии, Сильджертольд давно не видел таких и интересовался, где же он их достал?

— Карета готова, Ваше Высочество! — крикнул кучер.

И Принцесса, наказав старому колдуну больше не входить в её комнату без разрешения, попрощалась со своим родным домом на три долгих года.

Приподняв подол платья она поднялась в карету, лишь помахав рукой всем провожающим. Они и представить не могли, что в следующую же секунду она достанет вырванный из дневника рисунок Абеля. И сердце её забилось так, что буквально заставило вновь улыбаться.

— Спокойной ночи, мой принц~, - Принцесса слегка прикоснулась губами к портрету своего таинственного возлюбленного.

Тем временем в лесу

Сердце Абеля вновь затрепетало, когда он лежал в палатке с открытыми глазами, оно появилось так неожиданно, спустя долгое время. Радостное ощущение, будто бы он вот-вот взлетит, в голове вновь появился чужой образ, который манил к себе.

Он начал вертеться, то в одну, то в другую сторону. Ему хотелось бегать, прыгать, делиться с окружающими своим хорошим настроением. Ему захотелось прогуляться.

Посмотрев на спящего Никки, Абель ещё раз улыбнулся и бесшумно вылез из палатки. В каменных руинах неподалеку сидели ребята постарше, совсем недавно, пару часов назад, пришли ребята из Восточной деревни и они… Так сказать, праздновали там.

Он взял с собой фонарь, и уйдя поглубже влез, зажёг его. Он прижал к себе руки, будто бы обнимает кого-то. Он улыбался во все тридцать два зуба, когда смотрел в маленькую лужицу, которая появилась после дождя пару дней назад.

— Ох-х, Эвелин, кто же ты такая, — блаженно шептал Абель.

Ох, одна мысль о ней заставляет шестнадцатилетнего юношу краснеть и смущаться, принуждает побыстрее закрыться где-нибудь и помечтать, побыть одному.

Всё никак не успокаиваясь, он убежал ещё дальше от их лагеря, к пруду. Он был не очень глубоким, да и дети часто там купались. Он бежал громко смеясь, будто бы это был даже не он, а его душа, словно она мчалась навстречу кому-то, кто заставляет его сердце так быстро биться, к Эвелин.

Уже видя меж стволов деревьев тот самый пруд, он снимал с себя вещи, раскидывая их по лесу. Сандалии он кинул под корни, что торчали из земли, а рубаха волшебным образом осторожно повесилась на ветке, только штаны вывернулись наизнанку и остались лежать на влажной от росы траве.

— Ха-ха! — радовался он плескаясь в воде, как ребёнок.

Он давно так не веселился и радовался каждому мгновению, будто бы завтрашний день не настанет.

Он был счастлив за Эвелин.

Часть 9

Полдня

они потратили, чтобы сложить палатки и собрать припасы, раскидывая их по мешкам. Они использовали несколько тележек, что им одолжили люди из небольших селений.

Рой и Генри построили целую ораву из почти сотни человек, ведь прошлой ночью к ним присоединилась последняя, четвёртая деревня — Восточная. Всего их было девяносто семь, половину из которых составляли дети, чьим присмотром занимается отдельный отряд подростков, обозначенный Роем, как воспитатели.

Им предстоял очень сложный путь. Они потеряли всякую поддержку, потеряли свои семьи, бросили родной дом и ушли в бега, ища спасения у врагов. Иронично.

Когда лагерь был собран, костры затушены, а люди(и ящеролюды) были готовы и поставлены длинным строем, то они пошли дальше. Шли, спотыкались и падали, болтали и шутили. Их ботинки были высокими и почти полностью погружались в глубокую грязь, но особо неприятным ощущением было, когда эта грязь попадал вовнутрь, через штаны.

Абель шёл оглядываясь по сторонам, прошлой ночью он нигде не смог найти своё нижнее белье и надеялся на то, что его белье никто не увидит кто-нибудь на ветках деревьев, он ведь так… Веселился вчера. В маленьком пруду. Как ребёнок…

— Ой, у тебя температура? — сказал Никки, заметив красный оттенок кожи Абеля, — Ты так покраснел…

Абель отмахнулся и посмотрел назад, колдуны помогали себе магией, как это делал и Робби — заставлял по несколько рюкзаков левитировать и следовать за собой.

Ох, то, как Робби управляется со своими магическими сферами выглядит занимательно. Многие думали также.

— Хмпф! — кроме Томаса, что также стоял около Абеля, — Ничего не особенного!

Сначала он кладёт их всех на землю и читает что-то из своего дневника, тогда они поочередно загораются тусклымголубоватым светом. Он поднимает их по две, после подкидывая в воздух. Если его маны достаточно, то они зависнут в воздухе активизировавшись. А после, когда все готово, они витают вокруг Робби, подлетают к разным объектам и осматривают их, будто живые.

Каждый из них светился тем элементом, которым пользуется Робби. Сейчас они ярко жёлтого цвета, заставляли тяжелые мешки левитировать в воздухе, словно пушинки, — это цвет, который обозначает магию Воздуха.

Робби не выглядел грустным, никогда. Говорят, что ящеролюды бесчувственные, но Абель помнил, каким увлечённым выглядел Робби, когда их разговоры зашли о магии.

Эсмеральда, сестра Робби, шла за братом и везла тележку с пятью мешками. Она почти не говорила, лишь иногда, и то со своим братом.

Абеля мучали вопросы по поводу этих двух, откуда они? Кто они? Что с ними произошло? Но он лишь помахал головой и потуже подтянул ремешки кожаного рюкзака.

День был неплохим, пекло солнце, но высокие деревья и их листва создавали приятную тень, ну, а ещё там было влажно. Было множество маленьких прудиков, которые они повстречали на пути. Там прыгали какие-то странные лягушки, к которым Рой попросил не прикасаться.

Абель тихо плелся в середине, он шёл рядом с Никки и Томасом, взглянул на последнего.