Чтение онлайн

— Нерш сделал свой выбор. Мы живы, а это значит, что Нерш нас когда-нибудь простит. А это главное… — спокойно сказал Шеп. — Сейчас я немного помогу тебе, и мы быстро уйдем отсюда, пока этих… — Шеп кивнул на трупы людей Пряжкина. — …пока их никто не стал искать.

— Проверить, что с ними? — предложил Валентин.

— Ты что, Валяй, спятил? — возразил Сергей. — Думаю, что они мертвее мертвых… А трогать их нельзя, они так чудно выглядят…

— По-моему, это ты спятил, Сереженька, — покачал головой Валентин. Что значит «чудно выглядят»?

— Они

выглядят, как люди, погибшие от несчастного случая, — хмуро пояснил Сергей. — Захочешь, а нарочно так не сделаешь… Поэтому не вздумайте никто к ним прикасаться!

— Сергей прав, — подтвердил Шеп. — Ничего не трогайте! Сейчас я осмотрю Кшана, и будем прощаться…

Шеп отдал свою малышку Лиде, а сам, уложив Кшана на песок, занялся самым неотложным лечением.

Валентин отжал мокрые грязные волосы. Ныла проколотая гвоздем рука, с которой совсем свалился бинт. И было прескверно на душе.

Снова в путь. Снова тащиться через лес. Через чужой лес. Конечно, там нет нарытых Пряжкиным ям, и это уже радует… Валентин взглянул на сына. Мальчик сидел на песке, слегка поеживаясь, и смотрел на реку, на плавающий труп. Не много ли смерти вокруг малыша? И не будет ли ее еще больше, если они все вместе продолжат свой путь неизвестно куда? Кто встретит их в глубине заповедника? Не найдут ли они там свою гибель? Теперь это казалось не просто возможным, а вполне вероятным…

Валентин повернулся к брату и протянул ему руку:

— Сережа, на два слова!..

Сергей подошел к нему и, засунув руки в карманы, мрачно осведомился:

— Что тебе, Валяй?

— Сережа, я хотел попросить тебя…

— Проси, — кивнул Сергей. — Но если ты собираешься просить меня тащиться с вами в заповедник, то лучше не утруждайся. Больше я ни шага не ступлю выше по реке…

— Нет, Сережа, я хочу только, чтобы ты забрал Мирошку с собой…

Сергей скорчил совершенно ошарашенную гримасу. А может быть он и в самом деле был поражен.

— Не надо так смотреть на меня, Сережа. Я ни за что не расстался бы с ним, но я вижу, что если меня поймают, а Мирошка будет со мной, нас разлучат навсегда. Если же он будет с тобой, у меня появится шанс когданибудь его увидеть…

— Давай-ка, не пыли! Я тебе уже объяснял, что я думаю по поводу твоего ареста. Он маловероятен… — буркнул Сергей. — Сдается мне, ты боишься чего-то другого.

Валентин смутился, но откладывать разговор для того, чтобы придумать для брата красивую и бесспорную причину своей просьбы, не было времени. Поэтому Валентин заговорил без всяких предисловий:

— Я не могу вести его с собой, понимаешь… Я почти уверен, что если Мирон будет с нами и дальше, ему конец… Его судьба и так уже на волоске. Он ведь привык к Логову и к моему дому… Его лишили враз и того, и другого. Давай скажем честно: я сам его лишил всего этого с самого начала…

— Каяться своему Хранителю будешь, — вставил Сергей, ковыряя носком кроссовки песок.

— Извини… — Валентин встряхнулся и продолжил. — Мирошка не выдержит скитаний,

Сережа, и я не знаю, как мне привести его в чувство после всего этого, если мне придется таскать его по чаще… Ведь теперь он еще и Нерш возненавидел. И как я могу тащить его неизвестно куда-то, если он даже не верит в то, что находится под защитой Нерша…

— Валька-а-а, — выдохнул Сергей и с досадой хлопнул себя по бедрам. Валенька, очнись! Какой Нерш, какая защита? Да твоему мальчику не река эта мерзкая нужна, чтоб ей провалиться совсем… Ты ему нужен, ты да эти лизуны рогатые! Так что же ты норовишь его сплавить чужому дядьке?!

Валентин помолчал немного, глядя себе под ноги, и прошептал:

— Сережа, ты же знаешь, во что я превратился. В чаще мне отныне самое место. А из Мирошки хороший человечек может получиться. Но Шеп его сможет сделать только лешим, я вообще ничем не смогу его сделать. Хоть я и готов ради него на все, но я сломался… Ты был прав, когда собирался меня спасать. Но ты опоздал, я выскользнул у тебя из рук. А Мирошку еще можно спасти. Его нужно вытащить отсюда. У меня давняя мечта есть: пусть хоть Мирошка живет спокойно и не так, как получается, а так, как ему хочется… Да почему я тебе все это объясняю, ты же сам мне об этом говорил? Помоги мне, Сережа, спаси Мирона…

Сергей угрюмо молчал и зябко поводил плечами. И Валентин взмолился:

— Тебе не хочется вешать на себя ответственность, я понимаю! Но если ты думаешь, что он будет тебе обузой, ты зря боишься, поверь! Он такой умница, Сереженька, он так много знает, он очень многое умеет делать… Конечно, он не привык к общению с людьми, но поначалу ему хватит и четырех стен, он довольно свободно будет чувствовать себя с тобой… А ты ведь незлой человек, Сережа, к тебе он быстро привыкнет и будет слушаться…

— Слушай, замолчи-ка ты! — рявкнул Сергей, и Валентин оборвал свою речь на полуслове. — Прекрати меня уговаривать! Что ты воздух сотрясаешь? Ты вон лучше его уговаривай! — Сергей кивнул на притихшего мальчика. — Это будет потруднее!

— Сережка! — Валентин едва сдержался, чтобы не броситься брату на шею. — Сережка, спасибо!.. Господи, Сережа, я твой вечный должник!

— Да? — глянув на брата исподлобья, Сергей горько усмехнулся и произнес: — Ты останься в живых, должник, и вернись хоть когда-нибудь. Мне, как кредитору, этого будет вполне достаточно…

Было настолько душно, что воздух казался плотным и тяжелым. Над крыльцом не шевелилась ни одна веточка, комарье носилось тучами. Вдали над лесом уже заметна была наползающая с севера темная дождевая пелена. Погода все же собиралась смениться.

Сергей сидел на ступеньке, вжав голову в плечи и придерживая накинутую сверху куртку. Несмотря на душную теплоту вечера его бил озноб. Прошло уже полдня с тех пор, как они вернулись из леса. Но Сергей все еще не пришел в себя и витал где-то совсем далеко отсюда.