Отшельник
Шрифт:
– Ну-ну, - скептически хмыкнул я, - а если не справятся?
– Тогда этим мужиком мы откроем наше местечковое кладбище.
– Зашибись, - восхитился я, - типун тебе на язык!
– Ладно, не нервничай, наливай самовар, а я шишек принесу.
В другом сарае, попроще, там, где хранились лопаты и прочий инвентарь, у нас было несколько мешков сосновых шишек, которые, как известно, являются самым
Недовольно бурча под нос, я налил в самовар родниковой воды, а Тимур, насыпав в топку шишек, поджег их. В самоваре, стоявшем на толстой дощатой столешнице, затрещало, и из закопченной трубы, изогнутой буквой «г», заструился жаркий прозрачный дымок.
Мы уселись на скамьи из толстых досок, стоявшие у стола, и стали трудолюбиво ждать, когда самовар закипит. Занятие было ответственное, и, понимая важность момента, мы молчали.
В это время из сарая выскочил молодой Макар, который, потрясая украшенной ленточками палкой, нарезал по двору несколько кругов и снова скрылся в сарае. Я, открыв рот, проводил его взглядом и повернулся к Тимуру.
– Ты уверен, что это… это… - я не находил слов, чтобы назвать то, что увидел, - поможет человеку с вывихнутой ногой?
– спросил я у Тимура.
Он засмеялся и ответил:
– Не думай, что все ограничится плясками и заклинаниями. Они и с нормальной медициной знакомы. Не со столичной, конечно, а со своей, народной, но умеют и кровь остановить, и рану обработать…
Из сарая послышался крик боли, потом еще один, но уже потише, потом голос Афанасия забормотал что-то успокаивающее.
– И вывих вправить, - закончил Тимур, ткнув большим пальцем через плечо в сторону сарая.
– А как же насчет наркоза?
– язвительно поинтересовался я.
– У настоящего мужчины боль вызывает только улыбку, - гордо ответил Тимур.
– Ты себя имеешь в виду?
– спросил я еще более ядовито.
– Нет, - грустно вздохнул Тимур, - я слабый городской отросток… Куда мне!
Дверь сарая распахнулась, и из нее неторопливо вышли Афанасий и Макар. Вид у них был, как у гинекологов, только что успешно принявших роды у слонихи. Подойдя к столу, они сели рядом с нами, и Афанасий сказал:
– Он спит. Нога заживет через два дня.
Я уже привык к лаконичности его высказываний.
А Макар - так тот вообще не произносил слов, исключая случай, когда они приволокли и взгромоздили на стол, за которым мы сидели сейчас, огромную двухметровую рыбину.
– Таймень, - сказал тогда Макар.
И
Больше я от него никогда ничего не слышал. Любой финский или эстонский «тормоз» рядом с ним выглядел бы обладателем бешеного темперамента.
Самовар зашумел, и Тимур пошел в дом за заваркой, чашками и прочими атрибутами чаепития.
* * *
На следующий день найденного в кустах мужчину по настоянию Знахаря перенесли в дом. Тот был в сознании, спокойно переносил все процедуры, которые производили с ним не только ханты-манси, но и Знахарь, все-таки вмешавшийся в процесс исцеления.
Было видно, что мужик пережил весьма неприятные приключения, и что, если бы его не нашли собаки, то, возможно, обитатели лесного дома обнаружили бы его позже, и тоже по запаху. Но запах этот был бы уже совсем другим.
За прошедшие с момента его обнаружения сутки мужик не произнес ни слова, и Знахарь начал уже подумывать, что из леса появился второй Макар, такой же молчаливый и замкнутый. Но, когда они сидели за столом и ужинали, помытый и несколько освоившийся мужик, полулежавший за отдельным, более удобным для него низким столом, кашлянул и спросил:
– Кто вы?
Знахарь поперхнулся пивом и, посмотрев на Тимура, удивленно сказал:
– Разговаривает!
Мужик усмехнулся, но промолчал.
– Вообще-то, - назидательно произнес Знахарь, - это мы, а не ты вправе спросить, кто ты. Логично?
– Логично, - согласился мужик, - но тут не все так просто.
– Да уж, - с умным видом сказал Тимур.
Знахарь выразительно посмотрел на него, и Тимур умолк.
– Ну, так что?
– спросил Знахарь, выжидательно глядя на мужика.
– Меня зовут Семен, - сказал мужик, подумав.
– Хорошо, - кивнул Знахарь, - я Майкл, это Тимур, а это Афанасий и Макар. Будем считать, что знакомство состоялось.
Мужик посмотрел на него и сказал:
– Я вижу, что ты… - он прервал себя, - это ничего, что я так сразу на «ты»?
– Ничего, ничего, - отозвался Знахарь, - здесь лес, жизнь простая, так что давай на «ты».
– Ладно. Я вижу, что ты вроде человек городской, и хочу спросить, как ты здесь оказался? И что это вообще за хоромы?
– Семен повел рукой вокруг себя.
– Ну вот, началось!
– Знахарь хлопнул себя рукой по колену, - я же тебе сказал, что это невежливо - расспрашивать нас, кто мы да что.
– Слушай, Майкл, - Семен нахмурился, - тут такое дело… Не знаю, может быть, мне лучше было тихонько загнуться там, в кустах…
– Это почему же?
– удивился Знахарь.
– Как раз потому, что я не знаю, к кому попал. Может быть, если я расскажу, откуда я, вы тут же свистнете ментов, и… Ну, дальше ясно.
– Ах, вот как… - Знахарь многозначительно покачал головой, - ментов… Интересно… Это так интересно, что нужно выпить еще пива. Кстати, почему ты не пьешь?