Отряд
Шрифт:
– Безнадежное дело, – махнул рукой Шнайдер. – Даже неудобно как-то, будто в безоружных стреляешь… С чего это он взорвался, интересно? – обратился он к Хейницу, кивая на оторванную ногу. – Никто не взрывался, а этот – на тебе… Тьфу, черт, весь в кровище, как баварский мясник какой-нибудь.
– Почему именно баварский? – заинтересовался Велга.
– А хрен его знает!
– Ты ему в гранату попал, – авторитетно пояснил ефрейтор. – А она сдетонировала с остальными на поясе. Я же тебе говорил – бери выше. У излучателя отдачи практически нет. Это тебе не пулемет.
– Сам знаю. Но уж больно он здоровый, излучатель
Совсем близко затрещали выстрелы. Бухнула граната. Велга, Шнайдер и Хейниц подняли излучатели, готовые встретить отступающего врага, но тут, в секундной паузе между выстрелами, кто-то истошно закричал: "Сдаемся! Сдаемся!! Не стреляйте!!", после чего наступила оглушительная тишина.
– Руки за голову! Выходить по одному и без оружия! – проорал Велга в правый конец коридора, где тот разветвлялся буквой "Т"; и то же самое громогласно повторил за ним Курт, обращаясь в противоположный конец того же коридора.
Пленных оказалось ровно пятнадцать живых и здоровых, но морально уничтоженных спецназовцев, которых тут же загнали в их же комнату отдыха и учинили допрос.
Соотечественников своих допрашивал один из вейнов, с которым на всякий случай остались Хейниц и Малышев, остальные же отправились освобождать последних ирюммов.
– Кстати, – поинтересовался Велга, останавливаясь перед нужной дверью и оттаскивая за ноги труп "пятнистого" в сторону, – а почему нет раненых? Ч-черт, крови сколько…
– Импульсный излучатель – штука жестокая, – пояснил Грапп. – Сами видите, каков результат. Если только в палец попасть или, скажем, задеть слегка по касательной плечо там или ногу…
– Задницу, – подсказал Шнайдер. – Прошу прощения, принцесса.
– Правильно, – кивнула та. – Самое удобное место в нашем теле с точки зрения незаменимости.
– Ну, это как сказать, – засомневался Курт и хотел было продолжить мысль, но тут Велга прожег дверь насквозь вместе с замком и пихнул ее вбок. Дверь послушно отъехала в сторону, и земляне вместе с капитаном Траппом и принцессой Станой впервые увидели настоящих хозяев "спасательной планеты" – ирюммов.
– Ну и где этот ваш Улстер Ката может быть? – с равнодушным видом осведомился Дитц, вытягивая ноги чуть ли не на середину помещения и откидываясь спиной на стену. – Ф-фу, устал я что-то сегодня, – сообщил он присутствующим.
В Центре управления присутствовало много народа.
Вооруженное восстание полиции против "пятнистых" победило. Резко возросшие после взятия Центра управления, арсенала и резиденции Правителя силы полицейских и добровольческих отрядов отлавливали в городе и двух крупнейших на СП лесных массивах последние разрозненные и дезорганизованные группы спецназовцев. А здесь, в Центре управления, собрались руководство вейнов, десяток инженеров и ученых, оба выживших, но еще не до конца пришедших в себя ирюмма (они действительно оказались разного пола), а также отряд землян в полном составе, капитан Грапп, старший советник Карсс и принцесса Стана.
Требовалось решить, что делать дальше.
Капитан Грапп уже связался с "Невредимым" и сообщил радостные и печальные вести, приказав ждать и готовиться к их возвращению на борт.
Собственно, из всех задач нерешенной оставалась только одна – Улстер Ката исчез,
Правда, помогли ирюммы, которые хоть и не могли представить, где может находиться психически неуравновешенный гуманоид в данной ситуации, но зато ввели в центральный компьютер программу поиска. Сложность, однако, заключалась в том, что центральный компьютер не контролировал ВСЮ поверхность и ВСЕ недра СП.
В данный момент на главном дисплее светилась объемная карта-схема "спасательной планеты", где подконтрольные участки были отмечены синим цветом, а неподконтрольные – желтым. Синие пятна постепенно, по мере сканирования, превращались в зеленые, и это означало, что искомый объект пока не обнаружен.
– Неконтролируемых участков довольно мало, – заметил Карсс.
– И все равно – это тысячи кубических метров, – вздохнул тощий командир штурмовой группы арсенала.
– Вообще-то, я не понимаю, в чем проблема, – подал голос Дитц, лениво следя со своего места у стены за переменой цвета на карте-схеме, в отличие от остальных землян он почему-то не испытывал благоговейного трепета перед компьютером как таковым ни на "Невредимом", ни здесь, на СП… – Мы вам помогли, так? Так. Теперь вам осталось только отловить одного-единственного негодяя и продолжить путь, верно? Верно. То есть мне кажется, что наше присутствие здесь не столь необходимо. Я предлагаю распрощаться, вернуться на "Невредимый" и…
И тут на карте-схеме в районе отсека гиперпространственной установки и главных двигателей на синем фоне вспыхнул ярко-алый огонек.
– Вот он! – рявкнул мужчина-ирюмм, кровожадно лязгнув при этом всеми своими многочисленными зубами. – В двигательном отсеке!
– Этого следовало ожидать, – заметил вейн-полковник с перевязанной головой. – Наверняка какую-то пакость замыслил, подлец.
– Все правильно, – авторитетно заметил капитан Грапп. – Где же еще замысливать пакость, как не в двигательном отсеке? Самое место.
По дисплею побежали полосы, и карта-схема сменилась другой картинкой.
Это было телевизионное изображение внутренней части двигательного отсека, а именно – мощного фундамента-платформы с громоздящейся на нем гиперпространственной установкой, отдаленно напоминающей снятый с колес паровоз – "кукушку".
И там, на самом верху какой-то матово отсвечивающей полусферы, в непринужденной позе сидел бывший Временный Правитель Нового Даррена и капитан спецназовцев Улстер Ката собственной персоной и нагло улыбался прямо в объектив.
– Это он!! – одновременно воскликнули несколько вейнов, Карсс и Майер.
– Да, это я, – согласился Ката. – Наконец-то вы меня нашли, а то я, признаться, хотел уже сам подать вам весточку о себе.
Кто-то дал команду компьютеру увеличить изображение, и теперь лийо бывшего Правителя занимало чуть ли не весь экран, и всем стали хорошо видны его обтянутые сероватой кожей скулы и темные глаза, блестевшие лихорадочным нехорошим блеском.
– Лихо, – пробормотал Дитц.
– Что это значит? – шагнул к экрану полковник-вейн. – Именем Чрезвычайного Совета сообщаю вам, что вы арестованы. Предлагаю сдаться добровольно – только в этом случае вы можете рассчитывать на суд и на саму жизнь. Иначе, предупреждаю, вы будете просто застрелены как опаснейший преступник. Выбирайте.