Чтение онлайн

— Не дадут разрешение на выезд? — заволновалась Нина, услышав знакомую тему.

— Наверное, дадут. Правда, в Москву или Ленинград вряд ли разрешат поехать. Для нас определили несколько городов: Новосибирск, Иркутск и Хабаровск. Поехать разрешат, но скорее всего по конкурсу не пропустят. Поэтому у меня только один шанс — получить золотую медаль. И я все сделаю, чтобы она у меня была, — решительно сказала Света. — Ну все. Давай спать. Только имей в виду — никому ни слова. Иначе у моих родителей будут крупные неприятности.

— Могила! —

серьезно пообещала Нина.

Подготовка к концерту шла полным ходом. Как только выдавалось свободное время, Нина с Наташей репетировали свою песню. Их назойливый вокал звучал изо всех якобы укромных мест, куда удалялись настойчивые любительницы пения, сопровождаемые благодарной аудиторией в лице Светы. Нина тоненько заводила:

Дивлюсь я на небо, та й думку гадаю, Чому я не сокiл, чому не лiтаю…

И Наташа низким густым голосом подхватывала:

Чому менi Боже та й крилець не дав…

Голоса рвались вверх, в небо, обложенное облаками:

Я б землю покинув, та й в небо злiтав…

Нине казалось, что голоса с берега Анивского залива летят, летят сквозь серую мглу на далекую любимую Украину, где остался родной дом на тихой улице под Андреевской церковью, где скучают и ждут встречи бабушки, тетя Леля, Лера и Женя.

Далеко за хмари, подалiвiд свiту…

На этих строках у Нины неизменно наворачивались слезы. Сопки и кедровый стланик расплывались смутными очертаниями. «Гриша, где ты?»

А песня лилась, то взмывая ввысь и набирая силу, то почти затихая. Света садилась рядом, обхватив тонкими руками колени, и внимательно слушала. Когда последняя фраза улетела в открытое море, она задумчиво сказала:

— Какой красивый язык, будто из сказки.

— Еще бы! — гордо произнесла Нина, как будто сама изобрела рiдну мову. — У нас все песни замечательные.

И девочки стали петь все подряд: и про звездную ночь, и про девичьи очи, и про казака, собравшегося за Дунай, и про мать, которая ночей не доспала, вышивая рушник. Все трое — и исполнительницы, и слушательница — были счастливы.

Воскресным утром, в день концерта, обнаружилось, что вчерашнее пение не прошло даром: Наташа потеряла голос. Она сипела и шипела, как старая граммофонная пластинка:

— Ой! Говорить не могу. Петь не могу. Как мы будем выступать?

— Я знаю! — вспомнила Нина. — Надо пить горячий чай.

В столовой во время завтрака девочки заставили осипшую певицу выпить три стакана. Каждый глоток сопровождали озабоченными взглядами, сосредоточившись

на целебных свойствах процедуры. После второго стакана пациентка взмолилась:

— Все! Больше не могу!

— Можешь! — категорично сказали подружки.

Несчастная жертва вокала, давясь и морщась, выпила третий.

— Пой! — приказала Нина.

— Дивлюсь я на небо… — захрипела Наташа.

— Молчи! Нужны сырые яйца, — решила Света.

Подружки помчались в кухню, подлизываться к поварам, и выпросили два сырых яйца. Нина взболтала их в наспех ополоснутом после бесполезного чая стакане.

— Пей!

На лице Наташи отразились отвращение и ужас.

— Пей! — Нина сунула стакан прямо ей под нос.

Та, закрыв глаза, героически выпила.

— Ну как? — девочки ожидали немедленного результата. Наташа послушно зашипела:

— Дивлюсь я на небо… Ой!

Нина безнадежно произнесла:

— Ничего не поделаешь. Песня отменяется. Жаль.

— А можно, я с тобой спою? — неожиданно предложила Света. — Пока вы репетировали, я все слова выучила.

Наташа молча, в знак согласия, затрясла головой, а Нина бурно обрадовалась:

— Здорово! Давай попробуем спеть, а?

Голосок у Светы был небольшой, но чистый. Она старательно выводила мелодию, и ее глаза сияли от удовольствия.

— Класс! — Нина расцеловала Свету, и троица вернулась в отряд.

Перед концертом, за импровизированными кулисами, к Нине подошли ведущие, девочки из их отряда.

— Вашу песню убираем из программы. Наташка-то хрипит, — деловым тоном уточнила энергичная Лена-маленькая.

— Нет-нет, не убираем. Света будет петь вместо Наташки.

— Света? Украинскую песню? — презрительно процедила медлительная Лена-большая.

— Да не волнуйтесь, она слова прекрасно знает и поет просто замечательно, — заторопилась Нина.

— Дело вовсе не в тексте. Ты себе представляешь, как это будет выглядеть? Света! Поет! Украинскую песню! — четко разделяя слова, чтобы их смысл дошел до непонятливой Нины, объяснила Лена-маленькая. — Абсурд!

— Ты что, хочешь, чтобы вас засмеяли? — поддержала ее Лена-большая. — Кореянка поет по-украински! Курам на смех! Короче, песню из программы вычеркиваем. Свету я уже предупредила. Она все поняла.

Нина бросилась искать подругу. Концерт уже начался, и над сопками летели бодрые слова:

Дети разных народов, Мы мечтою о мире живем. В эти грозные годы Мы за счастье бороться идем. В разных землях и странах, На морях, океанах Каждый, кто молод, Дайте нам руки, В наши ряды, друзья!