Отпетые сыщики
Шрифт:
– А сколько всего было машин на трассе? – Гуров прошел немного вперед и, склонившись над асфальтом, внимательно пригляделся к чему-то.
– Эксперты полагают, что было еще две, – охотно поделился информацией Маракунин, издали наблюдая за действиями своих сотрудников. – То есть в общей сложности пять. После перестрелки одна из машин ушла дальше по МКАД, а вторая свернула за «Ниссаном» вправо.
– Но ее не нашли?
– Разумеется, нет.
– Есть хоть какая-то возможность установить, что это были
– Мы работаем. А большего тебе сейчас и сам Господь Бог не скажет, Лева.
– Понятно. Как насчет свидетелей?
– Да ты что, издеваешься?! – негодующе воскликнул Маракунин. – Какие там могут быть свидетели? Даже если кто-то что-то и видел, то они давно смылись, а теперь сидят дома и молчат в тряпочку. И молчать будут. Жизнь-то у них всего одна. Кто их за это осудит?
– Ты прав. Никто, – подытожил Гуров. – Ну а что-нибудь еще?
– Есть кое-что интересное, – Маракунин вынул изо рта сигарету и плюнул на тлеющий уголек. – Прокатимся вперед?
– Без проблем, – Гуров пожал плечами.
Уже втроем они вернулись к «Пежо» и загрузились в салон. Маракунин расположился на заднем сиденье.
– Давай прямо, Лева. Не ошибешься.
«Пежо» неторопливо покатил по МКАД. По ходу движения Маракунин продолжал комментарии:
– Перестрелка велась прямо на ходу. Мы нашли много гильз от разнокалиберных стволов… Вот здесь с трассы в кювет съехал «Ниссан», где и был взорван гранатой. Наши люди тоже там работают… А вот на эту дорогу свернули «БМВ» и второй автомобиль. Если хотите, позже можете все это детально осмотреть… Останови здесь, Лева. Да-да, вот тут.
Мужчины вышли из машины. Маракунин прошел пару метров вперед и присел на корточки. Молча подал остальным знак рукой. Гуров и Крячко приблизились к нему.
– Мы полагаем, что на какое-то время второй автомобиль сделал тут остановку, – пояснил Маракунин. – В салоне был кто-то ранен.
На асфальте расплылось большое пятно крови, уже заметно подсохшее на солнце.
– Мои люди прочесали окрестности, но тела так и не нашли. Значит, раненый выжил…
– Или его тело сообщники забрали с собой, – ввернул Гуров.
– Или так, – Маракунин все еще продолжал сидеть на корточках.
Крячко не вмешивался в их неспешную беседу, видя, что Гуров о чем-то напряженно размышляет. Сопоставляет, анализирует… Так оно и было в действительности.
– Мы отправили образец крови на анализ ДНК. Проверим по картотеке. Чем черт не шутит. Верно? А вдруг что-нибудь отыщется. Хотя… Я бы на это не поставил, – Маракунин наконец поднялся на ноги. – Ну и как? Подтверждается ваша информация, парни?
– Трудно сказать, – Гуров выглядел таким же хмурым, как и полковник РУБОПа.
Маракунин многозначительно прищелкнул языком.
– Скажи мне честно, Лева, ты полагаешь, что эта перестрелка как-то
– А почему ты спросил об этом?
– Потому, что у меня тоже возникло такое подозрение, – ответил тот. – И не только у меня одного. Погибает крупный авторитет, и в день его похорон – перестрелка, взрывы, куча трупов. Не похоже на случайное совпадение. Нет, конечно, такое совпадение возможно, но я в это не верю. Так что у тебя за туз в рукаве?
Гуров как можно небрежнее махнул рукой и не без усилий натянул на лицо дежурную улыбку.
– Да нет у меня никакого туза в рукаве, Кеша, – сказал он. – Откровенно говоря, мы со Стасом пришли к тем же умозаключениям, что и ты. И мы тоже не верим в совпадения.
– Но тем не менее ты так и не объяснил мне, с чего вдруг у вашего ведомства такой нездоровый интерес к этому делу? Я про гибель Зарана, – напомнил Маракунин, подозрительно прищуривая глаза и переводя взгляд с лица Гурова на лицо Крячко и обратно.
– Кеш, мы и сами не знаем, – Гуров развел руками.
– Мы же люди подневольные, – живо подключился Станислав, почувствовав себя в родной стихии. – Нам сказали выяснять, мы и выясняем. А разбираться в причинах – так это пусть у начальства голова болит.
– Ясно. На две другие машины смотреть будете?
– Конечно, будем, – кивнул Гуров. – А ты не мог бы сделать для нас одно маленькое одолжение, Кеша?
– Какое?
– Сообщи нам, как только ситуация прояснится. С личностями погибших, с ДНК и со всеми прочими экспертизами.
– Не знаю, Лева, не знаю, – с неприкрытым сомнением в голосе произнес Маракунин. – Вообще-то, мы не имеем права делиться такого рода информацией. Так же, как и вы.
– Но если бы нас попросили по-человечески… – вновь встрял Крячко.
Трое мужчин вернулись к машине, и Гуров, развернув «Пежо», направил его в сторону той развилки, о которой упоминал рубоповец. Солнце скрылось за неизвестно откуда взявшимися облаками. Существенных перемен в погоде не предвиделось, но небольшой тайм-аут от навязчивых солнечных лучей казался в этот жаркий день самым настоящим подарком небес.
Маракунин молчал, размышляя о просьбе, с которой к нему обратились сыщики из главка. Ни Гуров, ни Крячко не торопили полковника с этим ответственным для него решением. А потому до места, где стоял изрешеченный пулями «БМВ», мужчины доехали в полном молчании. Работа следственной группы была, что называется, в полном разгаре. Баллистики, дактилоскописты, судмедэксперты… Словом, работы хватало всем.
– Хорошо, – произнес наконец Маракунин, когда он вместе с Гуровым и Крячко покинул салон «Пежо». – Так и быть. Вы получите всю необходимую информацию. Но я надеюсь, что в будущем с вашей стороны мне будет оказана аналогичная услуга.