Отдел "Т.О.Р."
Шрифт:
- А что с папой? – полюбопытствовал Краснов.
- Ну, ладно, насчет шарлатанства я, возможно, погорячился, - признал следователь. – Но никакой экстрасенсорикой в случае его папаши и не пахнет – мы его тоже разрабатывали. Всяческие психологические уловки и трюки, ментализм… Сами понимаете, доверия к сыну это не прибавляет.
- Я проверю, - пообещал Краснов. – Спасибо за информацию.
- Теперь дальше, - продолжал дотошный Горячев. – Я тут заглянул в папку «Градовск». Некоторые части материалов следствия вы выделили красным цветом. Что имелось в виду?
- Вранье, -
- Вот как, - удивился Николай Васильевич. Некоторое время он молчал – видимо, изучал файлы. – Там весьма приличный кусок целиком выделен красным. Между тем, источники разные. И что же, все врали напропалую?
- Не думаю, - отозвался Краснов. – Скорее всего, врал кто-то один, а остальные приняли его вранье на веру и принялись строить на его основе теории, а под теории подгонять факты. Я думаю, вы-то знаете, как это бывает. Когда следствие пытаются свести к определенному заранее результату.
- К сожалению, знаю, - сухо согласился Горячев.
- Что там у вас случилось, Николай Васильевич? – мягко спросил Ярослав.
– Я же чувствую, что у вас за душой какие-то горячие и неприятные новости.
- Ну… - невесело усмехнулся следователь. – Как вы и предсказывали, в нашем деле начались подвижки в сторону ускорения до состояния «чтоб немедленно!». Отец погибшей девочки, оказывается, подал в суд по поводу «ненадлежащего и халатного ведения следствия». А так как трудится он в должности зама главного редактора городской газеты, учился в Москве и дружен с кучей столичных журналистов, серьезного резонанса избежать не удастся. Будет большой шум, возможно, на уровне страны и центральных телеканалов. Поэтому нас пока еще вежливо, но очень убедительно просят поторопиться. Что самое паршивое: от успеха или провала этого дела зависит само существование отдела "Т.О.Р." как такового. Потому что если мы не справимся сейчас, и начнется вся эта катавасия с журналистами, нам этого не простят. Но, наоборот, если мы поможем катавасии избежать – лучше доказательств полезности отдела "Т.О.Р." не найти.
- Ну что ж, зато честно, - усмехнулся Краснов. – Со щитом или на щите. Что по этому поводу предпримем? Лично я хотел встретиться со Скрипкой.
- Знаете что, - задумчиво произнес Горячев. – Давайте отложим Скрипку на потом. Я сейчас заеду за вами, познакомлю с моими ребятами, вместе обмозгуем дело. Возможно, сегодня же кому-то из нас будет нужно отправляться на место.
- Согласен, - одобрил Ярослав.
- Ну и чудно. Где вы находитесь?
- А неподалеку от салона Сочиной и нахожусь, - огляделся Краснов.
– На скамеечке чуть выше по Пущинской.
- Через полчаса буду, ждите, - сказал Горячев и отключился.
Краснов положил телефон в карман и откинулся на спинку скамейки. Полчаса так полчаса, как раз время подумать. Впрочем, это Москва, и слухи о здешних пробках гуляют по всей планете. Хотя, наверное, уж Горячев-то с его педантизмом терпеть не может опаздывать, так что будет ровно через полчаса, минута в минуту…
- Эй, друг! – позвал его густой бас откуда-то справа.
Огромный цыган Миша нависал над скамеечкой, словно вырос из-под земли, что
- Да? – отозвался Краснов.
- Оставь телефончик, пожалуйста, - искательно заглянул ему в глаза цыган, протягивая ручку и блокнот. – Аля не хочет с тобой связываться, но вот чует моё штопаное сердце, потребуется. От судьбы не уйдешь. Мы, цыгане, такие вещи наперед видим.
- Ну, поглядим, - хмыкнул Ярослав, выводя номер Горячева. – Если надумает, пусть обратится к нему. А то я могу к тому времени уже и обратно в Новосибирск уехать. Не солоно хлебавши.
- Это вряд ли, - прогудел Миша. – Я в тебя верю.
- Ну, спасибо, - рассмеялся Краснов и всё-таки пожал ему руку.
Глава 3
Горячев, как и ожидал Ярослав, прибыл ровно через полчаса после их разговора. А вот чего он не ожидал – так это того, что не поедут они ни в офис отдела "Т.О.Р.", ни даже в Управление Следственного Комитета на улицу академика Туполева. Дряхлая «Тойота» следователя повезла их куда-то на восточную окраину Москвы, ловко лавируя в плотном столичном движении.
- Куда движемся, гражданин начальник? – спросил Краснов, когда стало окончательно ясно, что они едут куда-то совсем уж на окраины. – Вы решили бросить это дело и везете меня обратно в Новосибирск?
– Однажды калиф Моауйат спросил Омира бен Аль-Ааса, в чем секрет его беспримерных политических успехов, - усмехнувшись, отозвался Горячев, объезжая длиннющую пробку через дворы. – Он ответил: «Никогда я не ввязывался в дело, не изучив предварительно пути к отступлению. Но, уже ввязавшись, никогда не стремился тотчас же опрометью убежать прочь».
- Коэльо, «Книга Воина Света», очень близко к тексту, - автоматически определил Краснов. – Я в вас и не сомневался, конечно, но, тем не менее - спасибо, Николай Васильевич. А куда мы всё-таки едем-то?
- Ко мне домой, - пожал плечами следователь. – У нас тут междуцарствие какое-то. Так как нам дали новый офис вне Управления, мой бывший кабинет нынче занимают другие люди. Но в новом офисе вовсю ремонт, собирают мебель и так далее, и работать там решительно невозможно. Поэтому – ко мне. Как раз семейство моё на юга рано утром укатило в полном составе, провожал вот… Если беспокоитесь за спальник, то он в багажнике, с прочими вещами.
- Да я и не беспокоюсь, - улыбнулся Краснов. – Это было бы не в вашем стиле – забыть его там.
…Квартира Горячева в Медведково оказалась под стать хозяину – просто и строго обставленная, чистая и абсолютно непоказушная. Обостренным чутьем экстрасенса Ярослав определил, что члены живущей здесь немаленькой семьи души друг в друге не чают, но и спуску не дают. Настоящее родовое гнездо. Находиться здесь оказалось неожиданно просто и комфортно.
- Есть хотите? – буднично спросил Горячев, подходя к плите. – Жена тут наготовила на семерых, когда я ей сказал, что мы тут завтра мозгами шевелить будем. Или можно чаю-кофе вот. Ребята тоже с минуты на минуты подъедут.