Чтение онлайн

У Кирилла в кармане запульсировал мобильный. Судорожно выдернув аппарат из брюк, Кирилл взглянул на горящий экран и выдохнул:

– Олег, извини, родители звонят. Алло! Нет ещё, мам… Не надо об этом сейчас! Ну не надо… Откуда я знаю? Ну, позвоню конечно. Ну всё, потом, не могу больше говорить, – прокричал Кирилл в трубку срывающимся на истеричный фальцет голосом.

Олег повернулся к другу:

– Волнуются?

– Да замучили уже.

– Бывает…

В этот момент арка озарилась белым светом, и ночную тишину наполнил приглушенный

бит басов, который, казалось, бил через асфальт в ноги. Наглухо затонированная красная «восьмерка», не притормаживая, лихо вынырнула из арки и остановилась у подъезда. Олег прикрыл глаза рукой от дальнего света единственной горящей фары.

– Она? – подавшись вперед, спросил Кирилл, – может быть, подойдём?

– Сама подойдёт, не шебурши.

Через некоторое время дверь «восьмерки» открылась, выдав в пространство новую усиленную порцию басов, и оттуда вышла одетая в короткие кожаные шорты и яркий свитер девушка.

– Спасибо! – она хлопнула дверью, которая, впрочем, тут же сама по себе открылась снова. Водитель перегнулся через пассажирское сидение, схватил дверцу и с утробным скрежетом громыхнул ею еще раз, теперь закрывая как надо.

– Ну, давай, вступай в контакт, а то я своей физиономией дитя напугаю, – сказал Олег.

– Вика?

Девушка остановилась и с испугом уставилась на мужчину, вышедшего навстречу ей из тени.

– Вика, я – папа Оли Лавровой, Кирилл Евгеньевич. Ты не бойся, мы просто хотим тебя кое о чём спросить…

Оторопевшая было девушка прибавила шаг, направляясь к подъезду.

– Мне домой надо. Про Олю ничего не знаю.

– Ну как же, Вика, вы же подруги, я слышал, вы сегодня собирались…

– Я же вам сказала, ничего не знаю! – перебила юная особа, скривив уголки губ.

– А вы, Виктория, наверное, забыли, как со взрослыми разговаривать надо, – к ним подошел Олег, который до этого сидел на лавочке и с интересом наблюдал за коротким началом диалога.

Вика остановилась, взявшись за ручку двери, и хотела было продолжить разговор в том же тоне, но Олег не собирался ее слушать:

– Мы сейчас с твоей мамой поговорили, и всю школу вашу на уши поставили. Тут уже не детские игрушки, а криминальное похищение. Все, что от тебя требуется, это ответить на наши вопросы прямо сейчас, а иначе будешь проходить по делу как соучастница. Я понятно выражаюсь?

Олег стоял у нижней ступеньки, ведущей к подъезду, ничем не выражая желание приближаться к девочке, и, склонив голову набок, как любопытный ротвейлер, ласково сверлил Вику глазами.

– А я ничего и не знаю, я не при чём. Чего вообще случилось-то? – девочка растерялась и сразу стала выглядеть на свой возраст.

– Если хочешь, пойдем поднимемся наверх, поговорим в присутствии Зинаиды Гавриловны, пригласим других заинтересованных лиц. Или просто здесь нам скажи, где Оля, и куда они поехали с Никитой. Тогда пойдёшь себе спокойно спать, завтра же в школу рано вставать.

Вика стояла

в нерешительности у двери подъезда, судорожно сжимая в обеих руках свою сумочку, и в беспомощности переводила глаза то на Олега, то, с неким молящим выражением, на Кирилла.

Олег медленно поднялся на три ступеньки вверх, нежно взял Вику за локоток, усиливая диссонанс между своей фигурой пожилого боксера и хрупким подростком, а затем вкрадчиво проговорил:

– Вот видишь, папа Оли волнуется. Я, дядя Олечкин, тоже волнуюсь. Мы еще людей важных на ноги поставили, лучше уж ты нам скажи, где найти Олю, и всё будет хорошо.

– Да я не знаю, что она там затеяла, как дура вообще…

– Хорошо, я тебе задам вопрос, а ты просто скажешь, что знаешь. Лады?

Вика обречённо кивнула.

– Ты ведь сегодня с ними была на дискотеке, правда?

– Ну как, я… Да, видела их в клубе.

– С Никитой, так?

– Ну да, с Никитой.

– И еще там были два друга его? – взволнованно встрял в беседу Кирилл.

– Ну, там друзей много у Никиты, я не знаю, каких вы имеете в виду…

– Крапива и Поп, ничего эти имена тебе не говорят? – спросил Олег.

– Боб что ли с Крапивой? Да, тоже были, только я с ними вообще не общаюсь. Мы сегодня весь вечер в разных компаниях тусовались, только поздоровались. Я вообще не при делах.

– А ты знаешь, что она из дома ушла с этим Никитой?

– Я как бы это… А что, она из дома ушла?

– Вика, давай мы весь этот театр в сторону отодвинем, дело тут не шуточное, дело тут уголовное, – Олег выделил паузой последнее слово.

– Я слышала, что она поругалась с вами… ну и это… они, в общем, к Никите домой поехали потом с дискотеки. Я только ничего не делала, – Вика еле сдерживала слезы.

Кирилл дёрнулся вперёд, но Олег преградил ему путь рукой и продолжил, обращаясь к Вике:

– Вот, умничка. А теперь скажи нам с дядей Кириллом, где он живет, и можешь к маме идти.

– Я правда не знаю! Она вообще как начала встречаться с Никитой, перестала со мной дружить. Я даже у него дома никогда не была… ни разу. Он живет где-то в новостройках на Красноармейской.

– У тебя есть телефон этого Никиты?

– Нет, у меня нету. Может, Оле попробовать?

– У нее выключен, не можем дозвониться.

– А-а… – протянула Вика.

– Ну, а кто знать может, где он живет, или телефон его? Или ты знаешь номер Бобика этого с Крапивой?

– Да я не то что номер, я с этими бритоголовыми даже не здороваюсь. А у кого спросить… я не знаю даже.

Тут карман куртки Олега засветился изнутри белым светом, и громкая трель телефона заставила Вику вздрогнуть.

Олег дал проиграть первым тактам песни про шаланды, полные кефали, и ответил на вызов:

– Алло. Да… ждал, спасибо… Понял. Ну да, вроде они. Оба? Ну голубки, а? Да, давай… Какая? Сорок пятая. Отлично, спасибо, буду должен. Тоже подъедешь? Ну, ещё больше буду должен.