Шрифт:
Ветер пыльной бури трепал волосы, острые песчинки царапали нежную кожу лица, забивались за пазуху просторной туники, щекотали голое, не привычное к грубому воздействию тело. Острые, жестокие когти пустынного дэва сжимали оголившийся живот. В грязно-серых клубящихся тучах грохотали раскаты грома, сверкали молнии. Крылья мучителя с таким же громоподобным хлопком разрывали воздух на части, унося меня все дальше и дальше от родного дома.
Сквозь пелену мечущегося песка я увидела два горящих во
Резкий порыв ветра, толчок и я лечу вниз. К смерти.
Когтистая лапа ловит меня в нескольких метрах от земли. Последний удар крыльев и спину холодит песок пустыни.
Сильные руки во тьме обнимают, а обнажённое разгоряченное тело вжимает меня в мягкую землю.
Восточная ночь прекрасна. Полная луна, дует лёгкий ветерок.
Я шла по цветущему оазису рука об руку с незнакомцем. За нами по пятам тащилась моя старая нянька Фатима.
Это свидание в слепую было организовано моим отцом султаном Аш Ша`харном, который настырно пытался сбыть неправильную дочь с рук.
По чести сказать подобный тет-а-тет наедине с чужим мужчиной, не являющимся твоим отцом, дядей или братом был строго на строго запрещён, но на встрече настоял батюшка, нетеряющий надежды выгодно меня продать, будто я тюк шелка. Приказ отца в нашей стране – закон, и я подчиняюсь.
Как результат: я в компании высокопарного козла-паши, наряжена в шитые золотом одежды и увешана гроздьями украшений, от которых уже нестерпимо ноет шея и болит голова.
Но за исход встречи: «младшая султана Фирюза» vs «претендент на её руку» – я не беспокоилась. Все было готово заранее.
Мои верные служанки уже подлили касторовое масло в рис таинственному незнакомцу, выбранному мне в жертву отцом. А для верности сдобрили другими видами слабительного мясо, рыбу, сладости, вино и прочие угощения гостя. Осталось только посмотреть на результат и насладиться изощрённой местью.
Сын пустыни, вставая в выгодные, как ему казалось, позы, навешивал мне на уши длинные гроздья лапши, расписывая нашу будущую счастливую жизнь: подарки, которыми он меня осыплет, любовь, которую подарит, дворец, где мы будем жить, и прочую мутотень, которой мужчины пудрят нам мозг, думая, что незамужние наггини абсолютно безмозглы.
А я все ждала, изнывая от нетерпения, и наконец дождалась. Мне потребовались неимоверные усилия, чтобы не растянуть губы в коварном оскале пустынных дэвов.
Сначала послышались звуки типа «Ур-р…» и «Гр-р…» откуда-то из района широкого красного кушака, повязанного вокруг живота претендента на мою руку и сердце.
– Что это? – фальшиво испугалась я. – Тигр в кустах?
– Дэва моего сердца! Со мной ничего нэ бойся! – как-то озадаченно, без огонька ответил нагг-паша, ощущая постепенно нарастающее чувство дискомфорта.
Незванный жених слегка забеспокоился, но не подал виду, что что-то идёт не так. После мой покой потревожил тонкий
– Что это? – притворно забеспокоилась я.
Отирая крупные капли пота с лица, навязанный жених нервно ответил:
– Вэрно соловей в саду поёт.
– Что-то несвеже соловушка заливает, Муш`ард-паша, – обмахиваясь кружевным платочком лукаво ответила я этому напыщенному наггу.
– Я нэнадолго покыну вас, дорогая… – обронил нагг-паша и приседая на полусогнутых, несостоявшийся жених быстро побежал, набирая скорость. Да так и исчез. Навсегда.
Говорят, улепётывал он из нашего оазиса очень быстро, меняя испорченные подштанники и караваны, сверкая пятками, далек-о-о так бежал, и скрылся где-то за горизонтом.
А несчастного ублюда, на котором ехал жених-паша пришлось усыпить, не выдержало вьючное животное такого ужаса.
Но я всего этого уже не видела, мне потом служанки рассказали.
С невинной улыбкой на губах и коварным замыслом на дне души я, брошенная женихом, развернулась и спокойно направилась обратно в свою золотую клетку.
Утром, конечно, был вызов на ковёр и выволочка от родителя.
А в чем, собственно, мог обвинить меня драгоценный батюшка – султан Аш Ша`харн? Я его указания выполнила в точности, даже наплевав на неприличные для девицы свиданки под луной, от которых, между прочим я могла с лёгкостью отказаться. Разврат-то какой! Но я подчинилась велению родителя и воле всевышнего.
Моя ль вина что жених подкачал и слабеньким оказался? И умишком и желудком. Пусть отец-султан мне покрепче выбирает, я же как никак его драгоценная и единственная незамужняя дочь!
В конце концов у меня была свидетельница: служанка, чей кристалл памяти безапелляционно подтверждал – правда на моей стороне! Ни словом, ни делом я не задела и не оскорбила достоинство Муш`ард-паши, а он бросил меня одну в саду и постыдно скрылся за горизонтом.
Султан бледнел, краснел, слушая мою исповедь в конце концов взорвался:
– Я тебе такого сильного жениха найду, которому ты своими коварными женскими кознями навредить не сможешь!
– Ага, не родился ещё такой нагг в восточных песках, – огрызнулась я и тут же прикусила язык, памятуя об уважении к старшим. Сделала вид, что смущена, поковыряла ковёр тапкой с загнутым носком и была отпущена отцом в свои покои под вопли:
– Неразумная дочь! Не жалеющая своего старого отца! Позор моих седин! О горе мне, горе!
В общем, после того случая с нездоровым пищеварением паши исчезли все мои женишки далеко и надолго. Мало кто хотел рисковать своими подштанниками, ублюдами, караванами и здоровьем. И я наконец-то смогла зажить спокойно, но вот же невезение!
Пустынные барабаны доложили: объявился новый соискатель моей руки и сердца. Не иначе батюшка расстарался. Моя разветвлённая сеть осведомителей в лице служанок и евнухов донесла: родитель за моей спиной готовит очередной коварный демарш. И быть бы мне замужем, если бы не верная прислуга.