Чтение онлайн

Отложив справочник в сторону, он вернулся в гостиную.

— Донни, — сказал Хэтч, — я хочу еще раз осмотреть твою голову. Нужно разобраться, как именно выпадают у тебя волосы.

— Еще немного, и я буду Юлом Бриннером.

Труитт осторожно коснулся ладонью головы, и Хэтч увидел на его руке уродливую рану, которую раньше не замечал.

— Опусти руку. — Хэтч закатал рукав рубашки, чтобы осмотреть запястье Труитта. — Что это такое?

— Ничего особенного. Поцарапался, когда работал в Бездне.

— Рану

необходимо промыть. — Хэтч потянулся к своему чемоданчику, порылся в нем и обработал рану солевым раствором и бетадином, после чего наложил антибактериальную мазь. — Как это произошло?

— Порезался острым ребром титановой трубки, когда устанавливали эту чудо-лестницу в Бездну.

Хэтч удивленно посмотрел на него.

— Но это же было неделю назад, а рана выглядит свежей.

— Я и сам ничего не понимаю. Эта дрянь все время открывается. Честное слово, жена каждый вечер накладывала мазь.

Хэтч внимательно осмотрел рану.

— Заражения нет, — сказал он. — А как твои зубы?

— Странно, что ты об этом спросил. Как раз вчера я заметил, что один из задних зубов начал шататься. Наверное, старость подкрадывается.

Потеря волос, зубов, прекращение процессов заживления. Как у пиратов. Однако у пиратов были и другие заболевания. Но все они имели три общие черты. Как и болезни некоторых рабочих.

Хэтч покачал головой. Это были классические симптомы цинги. Но все остальные экзотические симптомы цингу исключали. Тем не менее что-то во всем этом было чертовски знакомым. Как сказал профессор, забудь о других болезнях, исключи их и посмотри, что останется. Понижение лейкоцитов в крови. Потеря волос и зубов, замедление процессов заживления, тошнота, слабость, апатия…

Внезапно он понял. И вскочил.

— О господи… — начал он.

Все части головоломки встали на свои места, и Малин некоторое время ошеломленно пытался осознать, что все это значит.

— Подожди минутку, — сказал он Труитту, накрывая его одеялом и отворачиваясь.

Он проверил время — семь часов. Через два часа Нейдельман доберется до сокровищ.

Хэтч несколько раз глубоко вздохнул, дожидаясь, когда к нему вернется самообладание. Потом он подошел к телефону и набрал номер телефона базы на острове.

Телефон не отвечал.

— Проклятье, — пробормотал Хэтч.

Из чемоданчика с медицинскими принадлежностями он вытащил радиопередатчик. Все каналы «Талассы» прекратили работу.

Он с минуту размышлял, пытаясь найти решение. Довольно быстро Хэтч понял, что у него остается лишь один выход.

Он пошел на кухню. Профессор разложил на столе дюжину наконечников стрел и рассказывал Бонтер об индейских стоянках на побережье. Она встревоженно взглянула на Хэтча и сразу же помрачнела, когда увидела его лицо.

— Изобель, — тихо сказал он, — я должен отправиться на остров. Ты позаботишься

о том, чтобы Донни согласился поехать в больницу?

— На остров? — воскликнула Бонтер. — Ты спятил!

— Сейчас нет времени объяснять, — сказал Хэтч, направляясь к шкафу.

Он услышал, как отодвигаются стулья, — Бонтер и профессор последовали за ним. Открыв шкаф, он вытащил два шерстяных свитера и принялся их натягивать.

— Малин…

— Извини, Изобель. Я все объясню позже.

— Я поеду с тобой.

— Забудь об этом, — покачал головой Хэтч. — Это слишком опасно. В любом случае ты должна остаться здесь и отправить Донни в больницу.

— Я не поеду в больницу, — послышался голос с дивана.

— Вот видишь? — Хэтч надел дождевик и засунул в карман зюйдвестку.

— Нет. Я знаю море. Нужны двое, чтобы управлять лодкой — и тебе это известно не хуже меня. — Бонтер принялась доставать одежду из шкафа: толстые свитера, дождевик его отца.

— Извини, — сказал Хэтч, надевая ботинки.

Он почувствовал, как на его плечо легла рука профессора.

— Леди права. Я не знаю, что все это значит, но ты не сможешь управлять лодкой в одиночку в такую погоду. Я сам отвезу Донни в больницу.

— Неужели вы меня не слышите? — опять вмешался Донни. — Я не сяду в машину скорой помощи.

Профессор сурово посмотрел на него.

— Еще одно слово, и тебя привяжут к носилкам как сумасшедшего. Так или иначе, но ты поедешь в больницу.

После короткой паузы Труитт ответил:

— Да, сэр.

Профессор повернулся к ним и подмигнул. Хэтч схватил фонарь и посмотрел в темные глаза Бонтер, которая успела надеть желтую зюйдвестку.

— Она знает все, что потребуется, не хуже тебя, — сказал профессор. — Даже лучше, если говорить честно.

— Зачем тебе все это? — тихо спросил Хэтч.

В ответ Бонтер взяла его под руку.

— Потому что ты особенный, monsieur le docteur. Особенный для меня. Я никогда себе не прощу, если останусь здесь, а с тобой что-нибудь случится.

Хэтч задержался еще на пару минут, чтобы дать профессору инструкции относительно Труитта, а потом они выскочили из дому. На них сразу же обрушился дождь. За последний час ураган стремительно набирал силу, сквозь вой ветра и шелест листвы Хэтч слышал, как волны Атлантики тяжело ударяют в берег. Ему вдруг показалось, что он воспринимает эти глухие удары не слухом, а всем своим существом.

Они бежали по пустынным улицам, мимо запертых домов, в окнах горел свет — сегодня стемнело гораздо раньше обычного. Уже через минуту, несмотря на дождевик, Хэтч промок. Когда они приближались к причалу, вспыхнула ослепительная молния, тут же раздался мощный удар грома. И почти сразу же коротко вспыхнул трансформатор порта. Город моментально погрузился в темноту.