Особый отдел
Шрифт:
– Ух-х-х! – Лайка еле оторвалась от него. – Ты даёшь, малыш! Ещё бы чуть-чуть – и задохнулась.
– Надо же – не укусила! – дружно удивились «Бэкхем» и «Рональдо».
– Это ведь первый поцелуй, – пояснила Лайка. – Надо, чтобы от него остались приятные воспоминания.
– А может быть, и дальше пойдём? – дурашливо предложил «Рональдо». – Где первый поцелуй, там и первая женщина… Как ты, пацан, мыслишь? – он толкнул Ваню в плечо. – Лайку мы общими усилиями как-нибудь уломаем, а ты нам за это литр портвейна
– Хватит дурака валять! – вдруг вспылил «школяр». – Нашли тему!
Лайка на его слова отреагировала с неожиданной резкостью:
– Это ещё что такое? Чего ты вякаешь? Мне ведь придётся отдуваться, а не тебе! Возьмёшь меня в жёны, тогда и командовать будешь!
«Школяр» демонстративно отставил в сторону початую бутылку и надолго умолк.
А Ваня, похоже, уже был душой общества. Да и его понесло, чему способствовало как лёгкое опьянение, так и присутствие милой девушки.
– Как тебя, малыш, зовут? – ласково поинтересовалась Лайка.
– Меня? – с наигранным смущением переспросил Ваня. – Бобик! То есть Роберт.
– Бобик и Лайка! – парочка псевдофутболистов покатилась со смеху. – Это полный отпад! А детки будут Барбосами!.. Ну так что – гуляем свадьбу?
– Приданого маловато, – Ваня выложил ещё сотню. – На такие деньги не разгуляешься. Вот если бы деда моего найти, он бы добавил. Хоть тыщу рублей!
– Слушай, Лайка, – обратился к девушке «Бэкхем». – Твой жених деда ищет. Он где-то в этом доме живёт, но кто такой – доподлинно неизвестно. Ни имени, ни фамилии… Ходит с толстой тростью, а в прошлом году его грабанули. Пораскинь мозгами. Ты же всех в округе знаешь.
– Трость – это не примета, – Лайка повела на Ваню взглядом, но уже не шаловливым, а каким-то изучающим. – Я когда в восьмом классе ногу сломала, тоже с тросточкой ходила.
– Подожди, а где ты её взяла? – вдруг заинтересовался «школяр», досель обиженно молчавший. – Я помню, что в вашей квартире одно время старик проживал. Мрачный такой… Не его ли это тросточка?
– А хоть бы и его! Тебе-то какое дело? – огрызнулась Лайка, вновь явив свой истинный характер. – Это был папин родственник. Из Сибири, кажется. Он в Москве операцию делал. И умер после этого. Я вам тогда ещё водку с поминок выносила.
– Хватит вам базарить! – прикрикнул на друзей «Рональдо». – Если большая свадьба не получается, ограничимся маленьким сабантуем. Чья очередь в киоск топать?
– Я и вне очереди могу, – Лайка вырвала у «Рональдо» деньги. – А вы пока малыша посторожите. Женихи нынче пугливые пошли, так и норовят сбежать.
– Да ладно тебе! – запротестовали все. – Не невестино это дело – за поддачей бегать.
– Мне ведь и для себя надо кое-что прикупить, – она игриво стрельнула глазками. – Невеста без фаты как павлин без хвоста.
– Знаем мы эту фату! Ради
– Чужого мне не надо! – фыркнула Лайка. – Тем более и размер не тот. Сама как-нибудь разберусь. Лучше скажите, какое вино брать – «Крым» или «Три семёрки»?
– Смотри по деньгам, – посоветовал «Бэкхем».
«Рональдо» не преминул добавить:
– Если не хватит, в долг попроси. Керим не откажет, он давно на тебя облизывается.
Когда Лайка исчезла в благодатном майском сумраке, он завершил свою тираду:
– Огонь-девка. Далеко пойдёт, если СПИД не остановит.
– Ты не очень-то, – буркнул «школяр». – Она, между прочим, идейная. Рукопашным боем занимается. И в какой-то революционной группировке состоит. Ещё покруче нацболов.
– Брось ты по ней вздыхать, – посоветовал «Рональдо». – Найдём мы тебе другую бабу.
– Он другую не хочет, – жалобно всхлипнул Ваня. – Ему эта нужна.
– Перетопчется. Эта на сегодня уже забита, – «Бэкхем» приобнял его за плечи. – Пользуйся, Бобик, на здоровье. Только пить ей много не позволяй.
– Ага, послушает она меня!
– Это уже только от тебя будет зависеть. На нашу помощь не рассчитывай. Как говорил один мой приятель: соваться промеж двух любящих сердец то же самое, что разнимать двух дерущихся буйволов…
Лайка отсутствовала дольше прежнего, и это, конечно же, стало темой для пересудов. Высказывались диаметрально противоположные точки зрения. «Рональдо» доказывал, что вздорная девчонка просто смылась с выпивкой. «Бэкхем», наоборот, был уверен, что она торгует своим телом, намереваясь заработать для жениха ещё и шампанское.
Однако ни одна из этих версий не подтвердилась. Лайка благополучно вернулась в лоно компании, и вся её добыча состояла из двух бутылок креплёного вина, имевшего отношение к портвейну только благодаря этикеткам, да новой пачки сигарет, на сей раз повыше сортом.
– Тебе вредно не будет? – поинтересовался «Бэкхем», когда Ваня приложился к бутылке. – Не забывай, что на носу первая брачная ночь.
– Не лезь! – оттолкнула его Лайка. – Глоток вина ещё никому не повредил. Верно, мой пупсик?
– Ага! – поперхнувшись, Ваня отдал бутылку «Рональдо».
– Тогда давай ещё поцелуемся.
Не дожидаясь ответа, Лайка хищно впилась в его губы. Ванину руку, тщетно шарившую там, где должна была находиться девичья грудь, она переложила себе на бедро. Парни одобрительно заулюлюкали.
– Кто-то свистит, – сказал вдруг «школяр», принципиально не участвовавший в общем веселье.
– Где? – приложив немалое усилие, Ваня оторвался от жарких губ своей «суженой».
– Показалось ему! – Лайка, не признававшая полумер, опять присосалась к Ване.