Чтение онлайн

Но нет, не было ни поляны, ни полуострова. Вообще-то труба под землей не шла по прямой линии. Роман помнил, что она все время немного изгибалась в разные стороны. И в результате он оказался неизвестно где. Совершенно незнакомая местность. Какие-то холмы и разбросанный по холмам лес. Куда тут идти?

Сейчас ему нужно было вернуться к своему тайнику. В рюкзаке, оставленном под корнями дерева, есть все необходимое для восстановления сил, приведения в порядок своего внешнего вида и возвращения к людям. И, главное, там лежит мобильный телефон!

Но как до этого тайника добраться?

Прежде всего необходимо было понять, где

находится аэродром. Уж от него-то Роман знал, как выйти к тайнику. Он двинулся лесом вдоль опушки, надеясь таким образом рано или поздно обнаружить дорогу, ведущую к части. Он понимал, что этот поиск может затянуться на весь день, но у него не было другого выхода.

Но, похоже, сегодня ему везло. Не прошел он и километра, как услыхал где-то далеко позади себя вой знакомых турбин.

За ночь облака разошлись, и небо было довольно ясным. Наверное, полеты сегодня начались с самого утра. Какая радость!

Теперь он мог смело двигаться на рев авиационных двигателей. Где самолеты – там и аэродром.

Но чтобы выйти к аэродрому, Роману потребовался почти целый день. И весьма нелегкий день.

Во-первых, он страшно устал. Измученное тело испытывало только одно неудержимое желание – лечь и больше не подниматься. Он ничего не ел целые сутки. Воды, правда, напился вдосталь в трубе, но водой, сколько ее ни пей, сыт не будешь. От недосыпания и холода его трясло и шатало, как пьяного. Все резервы организма были истощены, и держался он только остатками силы воли. Да еще стремлением исполнить до конца свой долг: дойти и сообщить.

Во-вторых, он то и дело терял направление. Самолеты то начинали громко выть, идя на взлет, то вдруг вообще затихали. Или пролетали где-то высоко над головой, только путая направление. Опасаясь пойти по лесу не в ту сторону и напрасно потерять много сил, Роман вынужден был дожидаться, когда снова услышит рев самолетов, идущих на взлет, – это был единственный верный ориентир. Поэтому продвигался он очень медленно, большую часть времени проводя в ожидании.

В-третьих, он не мог выйти на открытое пространство. У него была возможность сделать путь к аэродрому много короче, оставив лес и двинувшись через поле. Но тогда он стал бы заметен издалека, что почти наверняка привело бы к появлению поблизости вездехода с группой вооруженных головорезов. Поэтому он вынужден был идти в обход по лесу, делая огромный крюк, увеличивший его путь во много раз.

Но, в конце концов, с большими предосторожностями, он добрался до того участка, где росла заветная сосна с вывернутыми корнями. Рухнув возле нее на колени, Роман дрожащими руками отбросил камни и достал свой рюкзак, слава богу, целехонький.

Путаясь в тугом узле, он развязал горловину, вытащил сухой паек и тут же начал его поедать, едва успевая прожевывать твердые куски галет.

Утолив первый острый голод, он не без труда заставил себя остановиться. Ему еще предстояло добраться до станции, а запас пищи был весьма ограничен. Поэтому он отложил остаток галет и консервов, отломил полплитки шоколада и медленно, с наслаждением впитывая каждый откушенный кусочек, вытащил из рюкзака мобильный телефон.

Странно было видеть этот изящный предмет в своих грязных, исцарапанных руках, которые последние сутки только и делали, что гребли землю да растаскивали завалы. Пальцы все еще сильно тряслись, и Роман, чтобы успокоиться, сел на землю, оперся спиной о ствол сосны, закрыл глаза и несколько

минут просто равномерно дышал, ни о чем не думая.

Придя в норму, он глянул на мобильник спокойнее и, точно попадая пальцем в цифры, набрал номер мобильного телефона Филиппа. Дубинину он звонить пока не рисковал. И хотя Сом наверняка сообщил своему начальству о гибели капитана Морозова, все же еще не мешало какое-то время соблюдать меры безопасности.

– Я слушаю, – послышался мужской голос.

Роман узнал глуховатый баритон Филиппа.

– Слушай внимательно и запоминай… – сказал без всяких эмоций Роман.

– Вы?! – В голосе Филиппа прорвались радостные нотки, но он тут же взял себя в руки. – Да, я слушаю…

– Фамилия: Маслов. Он президент Фонда «Спасение». Маслов – бухгалтер организации. Далее: Дорохин, главный инженер ДОПС. Запомни: ДОПС. Надо выяснить, что это такое. У Дорохина хранится кислота. Террористическая акция намечена на девятое мая. Она будет осуществлена посредством выброса где-то под Москвой большого количества отравляющего газа. Где точно, установить не удалось. Все сообщи Дубинину. Только ему, и никому больше. Лучше не по телефону. Повторять не надо?

– Я все запомнил, – сказал Филипп. – Маслов – Фонд «Спасение», бухгалтер организации. Дорохин – главный инженер ДОПС, хранит кислоту. Акция девятого мая под Москвой. Сейчас все немедленно передам. Что еще?

– Послезавтра я буду в Москве. Подготовьте мне чистую квартиру.

– Понял вас, все сделаем.

– Тогда желаю удачи. Работайте.

Роман нажал кнопку отбоя, затем удалил номер Филиппа из памяти мобильника и отключил телефон.

Вот и все. Он свое дело сделал. Дальше начнут работать другие люди и, надо полагать, имея эту информацию, сумеют найти кислоту и предотвратить задуманную акцию. Ему, капитану Морозову, можно сушить весла. До девятого мая он еще посидит на конспиративной квартире, чтобы крысы, узнав, что он жив, не разбежались в разные стороны. А в остальном его миссия окончена.

Хотя… Есть один должок, который он просто обязан выплатить. Сом, капитан Быков, загнавший его, безоружного, под землю со своими псами – вот кто был его должник. Очень бы хотелось помериться с ним силами и умением воевать еще разок, только, конечно, на равных условиях.

Роман достал из рюкзака одежду, сбросил бывшее на нем рванье и облачился в джинсы и теплую прочную куртку – подарок Вероники. (Собственно, как и телефон, позволивший ему только что сообщить информацию, не терпящую отлагательств.) С особенным удовольствием он сменил носки и надел свои собственные, легкие кожаные ботинки, которые после ужасных кирзачей – честно, надо сказать, сослуживших и дослуживших свою службу – не чувствовались на ноге.

Затем он запихал камуфляжные штаны в голенище сапога, а сами сапоги схоронил под корнями сосны. Место проверенное, почему бы не воспользоваться им еще раз? Туда же он убрал и пластиковые упаковки от консервов, и целлофановые обертки от галет.

Затем достал из рюкзака карту и компас и наметил свой дальнейший маршрут. Ему предстояло выйти на станцию Садовая, расположенную почти посередине между Выборгом и Каменногорском. Это была самая близкая к нему железнодорожная станция, от которой он мог доехать на электричке до Выборга. До нее по прямой – тридцать три километра. Плюс обход небольшого озерца. Путь неблизкий, учитывая, что идти назад он уже не мог так бодро, как шел сюда.