Осколки
Шрифт:
— А пленка про ожерелье? — спросила Кэтрин. — Вот эта?
— Пленку с инструкциями по изготовлению ожерелья я одолжил Мартину, и она находилась в его кабинете, пока Хикори не украл ее вместе с остальными. Он оставил ее себе, потому что для него она имела известную ценность. Он думал, что сумеет сделать копию ожерелья.
— Тогда какая же пленка — третья? — спросила Кэтрин.
— Та, которую Прайем взял в кабинете Мартина
С помощью Айриша я забрал из печи стекломассу и снова вылепил тело, ноги и гриву коня. Но на этот раз я не спешил и работал тщательно, вкладывая в статуэтку знания и навыки, которые усвоил сам и получил в наследство от дяди Рона. Я вылепил шею и голову благородного животного, его высокие скулы и твердую линию пасти. Гриву я сделал развевающейся, как при быстром галопе, и прикрепил ее к шее без единого шва.
Началось с того, что я подрядился исполнить заказ Мариголд и Челтнемского призового комитета. Завершилось тем, что я создал мемориал памяти моего верного незабвенного друга. Мемориал, достойный его мужества и мастерства.
Наконец вставший на дыбы конь вознесся над катальной плитой. Мы с Айришем быстро, но осторожно поместили его в печь для отжига, где ему предстояло охлаждаться — мало-помалу избавляясь от внутренних напряжений и нагрузок. Эта фигурка не должна была разлететься на осколки.
Я пошел с Кэтрин на похороны Пола Педанта. Садясь на мотоцикл после заупокойной службы, она являла собой задумчивую и подавленную женщину-полицейского.
— На сегодня у меня увольнительная. Куда бы ты хотел съездить?
— Я ни разу не был у тебя дома, может, туда и поедем?
Она не без озорства улыбнулась и пригласила меня на борт.
От окружного полицейского участка до ее дома оказалось меньше минуты езды. Она жила в одноэтажном бунгало на две семьи. Я сразу понял: это — не для меня.
Жизненное пространство полицейского в штатском отвечало букве и духу «Приключений Алисы в Стране чудес» и «Зазеркалья». За кухонным столом сидели Мартовский Заяц и Болванщик, оба более чем в натуральную величину, и засовывали в чайник Соню. У двери в ванную сверялся
Лицо у меня наверняка сделалось вконец обалдевшим. Кэтрин рассмеялась:
— Эти существа достались мне в шесть лет, после закрытия увеселительного парка. Я всегда их любила. Знаю, они глупенькие, но какая ни на есть компания. — Кэтрин сглотнула подкативший к горлу комок. — Они помогли мне смириться с потерей Пола. Ему они правились, он смеялся, глядя на них. Теперь, когда его нет, они стали другими. По-моему, я повзрослела.
Спальня Кэтрин была под стать всему дому — фантастическое царство оживших игральных карт, которые на фоне пухленьких облаков и темно-зеленой листвы красили в красный цвет белые розы. Я остановился как вкопанный и выдавил слабым голосом:
— Очень мило.
— Я же вижу, как тебе противно, — рассмеялась Кэтрин.
— Могу закрыть глаза, — сказал я, и мы задернули портьеры.
Позже вечером констебль Додд и ее седок устроились в седле и поехали не куда-нибудь, а в большой тихий дом на склоне холма.
Словно возвращались к родному очагу.
ДИК ФРЕНСИС
«Осколки» — сорок первая книга великого мастера детектива Дика Френсиса. Это последний роман, написанный Френсисом в сотрудничестве с его женой Мэри, скончавшейся в сентябре 2000 года в возрасте семидесяти шести лет.
Мэри была его редактором и консультантом. Для этого романа она собирала информацию по стеклодувному делу, для других книг досконально изучала фотографию, историю живописи, научилась пилотировать легкие самолеты.
Дик Френсис говорит, что все его книги были плодом их совместного творчества, «вся слава за которые, с великодушного согласия Мэри, доставалась мне». Супруги прожили в счастливом браке пятьдесят три года.