Осенний мадригал
Шрифт:
Рагим Самедов посмотрел на своего брата бешеным взглядом и, покачав головой, посоветовал:
— В следующий раз кричите громче! Я думаю, что, если бы не наш гость, у тебя, Анвер, были бы большие неприятности. Неужели нельзя было догадаться, что к вам могут зайти люди, и не орать так громко, чтобы вас было слышно на соседней даче.
— Мы не орали, — обиделся старший брат, — я громко объяснял Гюзель, что нужно было сохранять большую дистанцию между ней и Парвизом. Ты ведь знаешь, что она училась на филологическом и у них были свои кумиры. Я только потом узнал, что
— Пойди работать в Министерство просвещения, — зло посоветовал брат, — там будешь рассказывать эти истории!
— Гюзель его знала, еще когда училась в университете. Ну и он тогда обращал внимание на симпатичную студентку. Потом она вышла замуж. Он был в Москве. А когда вернулся, узнал в моей жене свою бывшую студентку. Так она мне рассказывала.
— Хорошо еще, что она с ним раньше не встречалась, — пробормотал Рагим. — Он был негодяй, нам ничего не рассказывал — делал вид, что с ней незнаком.
— Я поэтому так нервничал вчера и кричал, — объяснил старший брат. — Очень сильно нервничал из-за нее.
— Мне нужно с ней срочно переговорить, — напомнил Дронго.
— Она поднялась в спальню, — сказал Анвер. — Я лучше поднимусь наверх и позову ее к нам.
Когда он вышел, Дронго выжидающе взглянул на Рагима.
— Он очень переживает, — объяснил младший брат, — вы должны его понять. После первого развода он чувствовал себя очень плохо — ему казалось, что он опозорил нашу семью. Несколько лет он был мрачным, замкнутым. А потом решил жениться. Родители советовали взять совсем молодую девушку из студенток. Он согласился. Откуда ему было знать, что его будущая жена знает нашего легкомысленного двоюродного брата. Если бы знал, может, и не женился.
— Они встречались?
— Ну что вы? — Рагим усмехнулся. — Разве в нашем городе такое возможно? Неужели вы думаете, что мы могли выбрать в невесты нашему старшему брату не девственницу? Это был бы неслыханный скандал. Она была совсем молодой девушкой. А когда вернулся из Москвы Парвиз, она рассказала мужу, что этот известный журналист однажды назначил ей свидание, но она не пришла, испугавшись его настойчивости.
— Нужно было не пускать его на свои дачи.
— Мы и не пускали. На соседней даче он был временно — ухаживал за больной матерью. Поэтому мы ничего не говорили, терпели его присутствие.
— Поэтому вы тайком привезли брата на дачу, чтобы он мог проследить за своей женой? — понял Дронго.
— Не совсем так, но это была одна из причин. Другой были вы. Моя жена говорила, что вы обещали днем приехать.
— Может, не стоит прятать своих женщин под замок, если вы так опасаетесь за их нравственность?
— Мы не опасаемся. Но мужчины должны защищать свою семью, честь своих женщин.
— Мужчины должны любить свою семью, — возразил Дронго. — Впрочем, наверно, вы правы.
По лестнице спускались Анвер и его молодая жена. Она была в черном шелковом платье, перетянутом тонким пояском. Спустившись вниз, она прошла к столу и села напротив мужчин,
— Это эксперт, который занимается расследованием убийства Парвиза, — строго пояснил Рагим.
Анвер, спустившийся вниз, не стал садиться. Он стоял, шумно дыша и глядя на жену с некоторой опаской.
— Добрый вечер, — приветливо сказал Дронго. В ответ — лишь презрительный кивок. Он понял, что ему будет тяжело с этой молодой наглой женщиной.
Рагим поднялся из-за стола и предложил старшему брату:
— Давай выйдем, пройдемся вокруг дома.
— Оставим их одних? — не поверил своим ушам Анвер.
— Да, — подтвердил Рагим, — так будет лучше.
Они вышли из гостиной. Гюзель с некоторой тревогой, смешанной с любопытством, проводила их взглядом. После чего посмотрела на Дронго и осторожно спросила:
— Кто вы такой? Что вы делаете в моем доме? Из-за вас мой муж и его брат вышли из дома? Что вы им говорили про меня?
— Ничего не говорил. Хотя бы потому, что я видел вас первый раз в жизни вчера вечером.
— Тогда почему они вышли?
— Хотят, чтобы мы поговорили наедине.
— Не ожидала с их стороны такой деликатности, — фыркнула она. — Мне они казались более грубыми.
— Вчера между вами и мужем произошел скандал…
— Это он вам сказал?
— Нет, я сам слышал, когда подходил к вашему дому.
— Подслушивать некрасиво, — наморщила она свой красивый лоб.
— Я не подслушивал. Трудно было не услышать ваших криков. Муж обвинял вас в том, что именно вы были виновницей вчерашнего убийства.
— Вы это тоже слышали? Он настоящий кретин! Люди стараются не выдавать своих секретов, а он кричит на весь поселок.
— Вы были знакомы с Парвизом до того, как познакомились со своим мужем?
— Конечно, была. У нас он считался кумиром молодежи. На русском секторе были свои кумиры, а у нас свои. Я помню, как он к нам приезжал. Я училась тогда на первом курсе, и он сразу обратил на меня внимание. Угощал в кафе, назначил свидание. Но я, конечно, не пошла — трусихой была страшной. Сама не знаю, зачем вам все говорю. Хотя, наверно, муж сам расскажет. Если вам удалось их отсюда выставить, значит, можете заставить их все вам рассказать. Я с ним, конечно, не встречалась. А через шесть лет мы с ним увиделись в доме Анвера. Он меня сразу узнал. И я его узнала. Вот, собственно, и все.
— И вы с ним больше не встречались?
— Конечно, нет. Я ведь замужняя женщина, разве я могла себе такое позволить?
— Однако вчера вы попытались нарушить это табу.
— Откуда вы знаете?
— Вас видели, когда вы переходили на соседнюю дачу.
— Я ходила к Эсмире, чтобы с ней поговорить.
— Поговорили?
— Нет. Я передумала.
— Вот на таких мелочах обычно и ловят людей, — задумчиво произнес Дронго. Эта молодая женщина ему совсем не нравилась.
— Не нужно меня пугать, — вспыхнула она. — Я вам говорю, что пошла на соседнюю дачу, но не смогла найти Эсмиру и вернулась обратно.