Оруженосец
Шрифт:
— На счет три тянем вместе.
— Ага, — кивнул мельник.
Принцесса схватилась за край борта рядом с провалившимся колесом.
— Раз, два, три…
Они потянули. Эмме пришлось сделать вид, что повозка чудовищно, просто невозможно тяжела, хотя это было не так. Больше сил уходило на то, чтобы притвориться. Задняя часть телеги начала подниматься. Мельник пыхтел, обливаясь потом, но его лицо выражало крайнее удивление. Он чувствовал, что груз поддается его усилиям.
— Еще немного, — сказала «через силу» Эмма. — Вот так.
Мельник хрюкнул и уставился на телегу, стоявшую теперь в нормальном положении. Как все произошло,
— Вы справились, — сказала Эмма, хлопнув мельника по плечу.
— А?
— Вы силач, все сами сделали.
— А?
Чрезвычайно довольная собой, Эмма подмигнула и направилась к Буцефалу. Мельник смотрел ей вслед, пытаясь понять, откуда у него вдруг взялось столько силы. Тщательное исследование своих рук никаких результатов не дало. Когда толстяк поднял голову, странного юноши и след простыл. Был ли он вообще? Мельник резво вскочил на козлы, прикрикнул на задремавшую лошадь. Он все еще опасался разбойников.
Отъехав по лесной дороге примерно на милю, принцесса остановилась и вытащила из сумки карту. Пора было принимать какое-то решение. Невозможно все время ехать бесцельно. Впечатлений ей уже достаточно, и освоилась со своей ролью Эмма вроде неплохо. Никто ни разу за все время не бросил на нее даже косого взгляда, что не могло не радовать. Маскировка работала.
Принцесса разглядывала карту. Лесная дорога извивалась ужом, огибая холмы и распадки, и примерно через пять миль выбегала из чащи, чтобы влиться в большак, протянувшийся с востока на запад. Эмма проследила, где именно заканчивается эта дорога. Оказалось, что в конечном итоге большак соединяется с хорошей мощеной дорогой, самым настоящим трактом.
— Таратай, столица Меспении, — прочитала Эмма надпись. — Меспения… крупнейшее и богатейшее королевство региона, население которого…
Она могла дать полную справку по всем странам Трехсот королевств и знала о Таратае все, спасибо хорошей библиотеке во дворце. Место было подходящим. Всякий путник, стремящийся чего-нибудь достичь, направляется в Таратай. И куда еще податься принцессе, чьи амбиции простираются далеко за пределы установленных за многие века патриархальных порядков?
Убрав карту, Эмма ударила Буцефала пятками. Если они поторопятся, то в городе городов будут завтра к полудню. Конек, привыкший быть все время в дороге и даже немало окрепший от физических упражнений на воздухе, весело помчался по лесной дороге.
Так, спустя совсем непродолжительное время, Эмма Шеридонская и очутилась в Таратае. Город поразил ее пестротой, веселым шумом, богатством убранства, строгостью линий планировки и даже просто размерами. Вспомнив справку в «Большом географическом справочнике», принцесса поняла, что Таратай по площади превосходит ее родное королевство целиком. Едва ли не каждая крыша, башенка или башня была украшена каким-нибудь цветастым флагом или вымпелом. Самые же большие и красочные развевались над роскошным зданием магистрата и особняками аристократов-богачей. Принцесса с восхищением разглядывала эти полощущиеся на ветру тряпицы, пока у нее перед глазами не заплясали цветные точки.
«С ума сойти можно, — подумалось Эмме. — И я ничего про это не знала. И мои родители о таком даже представления не имеют. Остается их только пожалеть…»
Эмма въехала в восточные ворота Таратая на рассвете, и в ее распоряжении был целый день. Как большинство ошеломленных туристов,
Улица была именно такой, какой описывали ее в журналах. Принцесса помнила иллюстрации, изображающие дома с вывесками, где красовались имена тех или иных рыцарей, и дома оказались такими же, и вывески ничуть не изменились.
— Уйди с дороги, молокосос! — какой-то здоровый всадник на здоровом коне пронесся мимо. Эмма и Буцефал едва успели посторониться, избегая столкновения и логичных неприятностей.
Принцесса нахмурилась. Пожалуй, пора прекратить считать ворон, иначе это может кончиться плохо. Тут большой город, а не чистое поле, где можно не бояться столкнуться с кем-нибудь лбом.
Эмма пристроилась с правой стороны улицы, по которой двигалось большинство народу. Дома с вывесками проплывали перед ней, и принцесса вспоминала все, что ей было известно о том или ином герое. У дверей толпился разный, но, как правило, богато одетый народ. Стояли экипажи, кое-где они образовывали длинную цепь, уходящую, кажется, за горизонт. Представители знатных и даже королевских семейств из дальних краев съезжались в Таратай для переговоров с героями. Именно сейчас под этими кровлями агенты составляли договора на спасение принцесс и освобождение земель, на поиски фамильных реликвий, украденных злыми колдунами, и даже урегулирование спорных пограничных ситуаций — случалось, знаете ли, и такое. Авторитет рыцарей-спасителей был настолько высок, что их слово иной раз было не менее весомо, чем королевское.
Зная обо всем этом в теории, Эмма не имела представления, как же все на самом деле. Суета, пышность, обилие значительных фигур, вращающихся по орбитам вокруг рыцарей, ее несколько пугали. Неужели если и она станет героем, то будет вынуждена жить так же? Да еще разбогатеет на своем благородном ремесле… Мысль о гонорарах Эмме не очень нравилась. Героизм нынче поставлен на коммерческую основу, так хорошо ли это? Разумеется, даже принцу хочется кушать и одеваться, но гонорары, на взгляд Эммы, были запредельными. Они убивали сам дух профессии.
Улицу Героев наводнял народ, и вскоре у принцессы стала болеть голова. Она уже хотела уехать, когда увидела толпу перед одним из домов по левой стороне. Толпа отличалась от всех прочих, ибо особ королевской крови и знати в ней Эмма не разглядела. В основном тут были молодые люди лет восемнадцати-двадцати, одетые ни богато, ни бедно. Правда, встречались экземпляры достаточно расфуфыренные. Они держались подчеркнуто отстраненно от собратьев по очереди, словно знали что-то, что другим было знать не положено. Шума от массы соискателей неизвестного блага было порядочно.