Орсо. Дилогия
Шрифт:
– Какие-то вы молчаливые. Ах да, совсем забыл, только я могу сейчас позволить себе разговаривать, вы так напряжены, так сломлены...
– Лич откровенно издевался. Но не ради злорадства, а с четко выверенной целью. Ослабить врага.
Лич стоял в центре воронки и жидкого камня. Пятеро магов ещё могли ему что-то противопоставить, остальные были откровенным пушечным мясом. Он без особого труда частично пробил их щиты, и перебил трубки, ведущие к кувшинам воздуха. Больше и не нужно. Эти юнцы, старшему магистру от силы было около пятидесяти, утратили концентрацию и погрузились в камень. Бактер не стал ждать, пока угаснут их жизни, а лишь
– Вот вас уже пятеро, приближается финиш.
– Лич не стал до конца делать камень твердым. Лишь создал хранилище для трупов магистров, но все же, это освободило часть его сил. Пускай в своём подземелье он имел огромные запасы энергии, максимальный размер контроля от этого не менялся. Лич шел, накинув на себя сложное заклятие невидимости. Заклятие было мощной иллюзией, создающей проекцию того, что находилось сзади.
Этот приём был далёк до совершенства, не позволял слишком быстро двигаться, медленно менялся при резкой смене пейзажа, да и сильно фонил магией. Конечно, он мог обмануть магистров, но вряд ли смог одурачить таким способом пятерых сильных магов, что были тут.
Но Бактер - на своей территории. Тут все однообразно и пропитано его магией, а значит, подобный грубый трюк может, удастся. Лич говорил иллюзорным голосом, так как его тело лишилось связок и мышц ещё в процессе ритуала. Тогда это сильно огорчило и озадачило его, заставив затаиться и изучать свои возможности. Он стал другим, многое потерял и многое приобрёл, но главное, чем гордился Бактер, - он отбросил усталость. Даже великие маги, наполняя и опустошая свой резерв моментально выдыхаются. Потолок примерно раз двадцать... Нет, даже меньше. Про остальных и говорить незачем 2-3 раза, максимум пять раз, они способны восполнить свой резерв в течение суток. Он же это мог делать бесконечно. Бактер каждые сутки опустошал и восполнял свой резерв раз по сто, и мог бы ещё, вот только не хватало времени, сутки заканчивались быстрее, чем личу мог понадобиться сто первый раз.
Он оглядел магов, словно замерших во времени. В этой истории осталось поставить последний штрих и все. Лич станет свободен. Он изменит мир. Плетение магии смерти было почти завершено.
И тут его Бактер удивился. Нет, вернее будет сказать, он был поражен, что неоконченное плетение слетело с его костлявых пальцев и рассыпалось, что не было характерно для магии смерти. Лич почувствовал то, о чем он казалось, забыл пятьдесят лет назад. И это была боль. Но боль не старая и знакомая, а новая и опустошающая. Его тело начало крошиться, немёртвый обернулся и увидел одного из Великих Магистров уже вытаскивающих из него чёрный меч. Клинок разрубил позвоночник, поломал ребра, и сделал что-то ещё, от чего лич почувствовал, как его сущность начинает стремиться к филактерии, он разом сломал, спрятанный в одеждах артефакт. Своими темными чувствами он видел, как быстро удаляется его враг, с оружием, в происхождении которого Бактер не сомневался.
– Некромантский клинок и Шонгу.
– Сказал лич, прежде чем его тело превратилось в труху.
Этлен собрал свои силы вместе с Архимагом земли, пробил огромную дыру, открывающую выход из подземелья. Конечно, это грозило тем, что ядовитые миазмы отравят земли вокруг, но светлого мага подобное сейчас не волновало.
– Осталось найти филактерию.
– Этлен обратился к Великому Магистру, с оружием некроманта.
– Прекрасно, филактерия рядом. Только она движется.
– Грисан снял маску, как теперь и другие маги. Когда подземелье очистилось от ядовитых газов, необходимость в ней отпала.
– Главное она рядом, веди нас, мой друг.
– Только Архимаг закончил свою речь, как тьма, казалось побежденная, вернулась. Маги успели среагировать, впрочем, не все, в Великого Магистра воздуха, попало тёмное плетение, от чего тот тяжело упал на землю. Его тело покрылось волдырями и начало гнить. Но пока он не умер. Будь маг чуточку слабее, он бы не выжил, сейчас же он боролся со смертью.
Однако его товарищи, вместо помощи, смотрели на виновника этого происшествия. Лич захватил тело одного из магистров, и сейчас оскалившись, отбросил поломанную маску.
– Не стоит списывать меня со счетов, Этлен.
– Лич заговорил почти человеческим голосом. Возможно, дело было в контроле голосовых связок и языка.
– Я удивлён.
– Маги впечатали новое тело лича в стену.
– Какой ты нервный.
– Бактер захохотал.
– Напротив, но ты меня удивил. Обычно личам нужен минимум день, чтобы занять даже подготовленное тело, ты же сделал это практически мгновенно, пускай, сейчас и не способен полностью выразить свою мощь.
– Этлен усилил давление. Однако лич все же выскользнул и встал на пол. Из пола вышел богатый посох, который Бактер взял в правую руку.
– Ты прав, нужно время, чтобы подогнать это тело, нужно время...
– Лич замер.
– ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?!
– Дико завопив, лич рванул прочь из подземелья.
– Грисан, что его взбесило.
– Этлен не спешил пускаться в погоню.
– Постороннее присутствие рядом с филактерией.
– Ответил Великий Магистр.
– За ним!
– Скомандовал Этлен.
***
Аркус держал в руках золотую шкатулку. Вернее сосуд, напоминающий нечто среднее, между погребальной урной и шкатулкой. Он был по-своему красив, сочетая чёрные и золотые вставки, но полон тьмы.
Аркус был идеалистом, что часто встречалось среди светлых магов, потому оставил свои занятия и осмотрел сосуд. Его надо уничтожить и как можно скорее говорило чутье. Заметив уязвимое место, крохотную трещинку, он направил туда свои силы. У него был дар находить дефекты, которые порой не замечали даже Архимаги, чем маг пользовался.
Трещина росла, и казалось все идёт прекрасно. Но тут, мага окатило тьмой. Вернее тёмным проклятием, он выронил сосуд и закашлял кровью. Тьма уверено подбиралась к его жизни, но и сосуд оказался повреждён, больше он не мог убегать.
– КАК ТЫ ПОСМЕЛ?!
– К нему мчался маг... Нет, монстр, похожий на мага, но у него уже не было сил убегать.
– Похоже это мой конец.
– Сказал Аркус.
Но тут монстра обдало пламенем.
– ТЫ?! НО КАК?!
– Монстра атаковал человек в одеянии магистра и сломанной маске.
– У каждого свои секреты.
– Аркус присмотрелся к нему, его аура больше подходила Великому Магистру и была несколько странной.
Монстр вновь рванул, к попавшему под проклятие магу, но тут его рассек чёрный меч, который через мгновение вонзился в сосуд, стоящий перед Аркусом. Сосуд побледнел и рассыпался. Следом сгнило и тело монстра.