Орлиного цвета крылья

Прекрасным земным Богиням – Женщинам

посвящается

За невлюблёнными людьми

Любовь идёт, как привиденье,

Сражаться с призраком Любви,

Брать от Любви освобожденье

Какое заблужденье!

Все поезда, все корабли

Летят в одном семейном круге,

Они – сообщники Любви,

Её

покорнейшие слуги.

Дрожь всех дождей, пыль всех дорог,

Соль всех морей, боль всех разлук –

Вот её кольца, кольца прозрачных рук,

Крыльев прозрачный свет и звук…

Юнна Мориц

Над Владивостоком висел особенный, пронизанный солнцем, пропитанный автомобильной вонью смог – такой бывает только в августе, когда туманные сырые циклоны покидают побережье Приморья, а местные жители сбрасывают опостылевшие плащи и куртки и в массовом порядке отбывают отдыхать на замусоренные и неухоженные морские пляжи поблизости от города. Но, несмотря на смог и рекордно закупоренные машинами дороги, небо над городом сияло ослепительной голубизной, воробьи чирикали громко и радостно, а с моря дул прохладный легкий ветерок, ослаблявший жару.

Аня стояла на смотровой площадке около здания фирмы «Транс-Инвест» и смотрела на бухту Золотой Рог, забитую всевозможными судами. Она пришла рано, решив не рисковать удачным шансом из-за банального опоздания. Тем более, что автобусы ползли, словно дряхлые черепахи в чудовищных городских пробках. У нее было еще полчаса, и она бездумно и спокойно наблюдала за игрой солнца на морских волнах, наслаждаясь выдавшимся перерывом в обычной суете. Ей было хорошо и даже радостно, хотя ее, судя по всему, ожидало нешуточное испытание – собеседование с гендиректором компании «Транс-Инвест». Михаил Иванович Филатов слыл личностью легендарной и, по слухам, чуть ли не главным холостяком Владивостока. Жёлтая пресса не переставала страстно обмусоливать его подвиги на любовном фронте, в то время как солидные издания неустанно называли его «экономическим гением Дальнего Востока».

Ниже и чуть правее смотровой террасы находилась парковочная площадка для автомобилей фирмы. Новехонькие навороченные джипы руководящих чинов нагло возвышались над скромными потертыми легковушками младших сотрудников, среди которых, впрочем, мелькали и красивые новые модели – очевидно, принадлежавшие работникам среднего звена. У Ани вообще не было никакого авто, и этот прискорбный факт её нимало не смущал. Она не любила ездить по городу, предпочитая ходить пешком. В студенчестве она всегда пешком ходила в университет, хотя он был расположен почти в часе ходьбы от ее квартиры, и лишь в случае экстремальной погоды или спешки Аня запрыгивала в троллейбус.

По асфальту мягко прошуршали шины, и Аня посмотрела вниз. Две симпатичные машинки – серебристая и синяя, припарковались на площадке. Почти одновременно хлопнули дверцы и наружу выбрались две женщины, в которых Аня не без труда узнала своих конкуренток. В этот раз они выглядели просто сногсшибательно. «С длинных ног сшибательно» – довольно язвительно усмехнулась Аня. Конкурентки тем временем заковыляли к лестнице, увязая «шпильками» в разогретом асфальте и чертыхаясь. Наконец, каблуки зацокали по парадной лестнице и их обладательницы предстали перед Аней во всей красе своей косметики, парфюмерии и дорогой одежды.

– О, привет, ты уже здесь? – бросила небрежно дива в темно синем с золотыми пуговицами костюме, ладно облегавшем точеную фигуру.

Костюм мог бы показаться даже скромным, если бы не юбка, а точнее юбочка, прикрывавшая от силы треть стройного бедра, покрытого идеально ровным загаром.

– Привет, – угрюмо буркнула вторая, вытащила двумя наманикюренными пальцами жвачку изо рта и бросила ее в стоявшую в углу террасы урну. Ее длинная белая шифоновая юбка смотрелась прекрасно, хоть и несколько вычурно, зато кружевной топ позволял увидеть весьма аппетитную грудь почти во всей красе.

– Здравствуйте, – ответила Аня.

Да, когда-то и она была не прочь одеваться им под стать, хотя и не обладала столь выдающимися формами. Да и жила она не где-то, а в Москве, да плюс к тому была дочерью очень, очень известной эстрадной певицы. Но эпоха эта миновала, казалось, столетия назад, и мамы уже не было на этом свете, а между той «шикарной штучкой Анжеликой» и нынешней Анной Егоровной Коробовой пролегла непреодолимая туманная пропасть… Сегодняшняя Аня выглядела неброско и по-деловому. Простой брючный костюм из серого льна тонкой выделки, удобные туфли на низком квадратном каблучке, изящные очки в золотистой оправе, заплетенные в косу «дракончиком» светло-русые волосы.

– Ну, что? – Ольга (в синем костюме) все с той же нарочитой небрежностью бросила взгляд на часы. – Давайте двигать, а то босс рассердится, и обломятся все наши шансы заполучить чудесную работенку.

Наталья – вторая женщина – только мрачно хмыкнула, но пошла вслед за Ольгой. Аня двинулась вслед. Секьюрити у входа лишь бегло взглянули на них и не потребовали пропусков – привыкли за время обучения. Интересно, – думала Аня по дороге к лифту, – если Филатов и в самом деле нуждается в компетентном секретаре, то он устроит нам нехилую проверку, и тогда у Оли шансов маловато, у Натальи и того меньше, а у меня – почти стопроцентный. Но вот если он подыскивает очередную пассию, то картина меняется с точностью до наоборот. А коли он хочет совместить компетентность и сексуальность в одном флаконе, то он вообще пролетел. Ну да ладно, что бы ни случилось – все к лучшему… Любимая присказка на все случаи жизни всегда её успокаивала.

Тем временем сверкающий полировкой огромный лифт дотащил их до пятнадцатого этажа. Женщины вышли из лифта в отделанный мрамором и дубовыми панелями ресепшн-холл, где нетерпеливо прохаживался Игорь Иванович, их преподаватель, который последние три месяца терпеливо и неустанно пытался превратить тридцать довольно привлекательных девушек и женщин в секретарей экстра-класса и мирового уровня. В результате многочисленных тестов и всяческих проверок осталась самая красивая Ольга, самая целеустремленная Наталья и самая умная Аня, из чего Аня сделала вывод, что Игорь Иванович тоже явно не посвящен в тайные желания своего босса и решил подстраховаться не слишком оригинальным способом. Игорь Иванович вообще Аню несколько раздражал. Это была, по сути, мелкая сошка, винтик в огромной махине компании, но грудь Игоря Ивановича всегда несколько выдавалась вперед и особенно сильно, когда он говорил о необыкновенной значимости и экономической мощи «Транс – Инвеста». Его запонки сияли фирменными знаками, а деловитость и значимость он источал в той же осязаемой мере, что и дорогой мужской парфюм.

– Девушки, наконец-то! – воскликнул он, подлетая к ним. – Что ж, рад, очень рад сообщить вам, что после долгого и тщательного отбора соискателей компания в моем лице, – он галантно оскалился, – остановила свой выбор на вас троих. Вам уже сообщили вчера, что речь идет о должности персонального секретаря и доверенной помощницы главы нашей компании – Михаила Ивановича Филатова. Окончательное слово остается за ним. Надеюсь, вы готовы? Коленки не дрожат? – они уже подошли к приемной Филатова. Игорь Иванович услужливо распахнул дверь и пропустил женщин вперед.