Орфей
Шрифт:
ЭВРИДИКА. Нет, мне знаком этот яд вакханок. Он парализует. Ничто меня не спасет. Бегите скорей. Верните Орфея. Я хочу его видеть. Я хочу, чтобы он простил меня. Я люблю его, Эртебиз. Мне плохо. Не раздумывайте, Эртебиз, дорога каждая секунда. Умоляю вас. Эртебиз, Эртебиз, пожалейте же меня! Ах! Как мне плохо! Скорее, скорее же! Бегите, бегите напрямик. Вы должны его встретить. Я лягу, я буду ждать вас в своей комнате. Помогите мне.
Эртебиз провожает ее до комнаты.
Скорей, скорей, скорей.
Она скрывается. Когда Эртебиз
Эртебиз, послушайте, если вы знаете что-то... наконец, то, что вы только что... то, что позволяет вам мгновенно перемещаться из модного места в другое... Я не должна этого просить, я нервничаю, я дура... Я очень люблю вас, Эртебиз... попробуйте все. Ах!
Она возвращается в комнату.
ЭРТЕБИЗ. Я приведу его, обещаю вам.
Выходит. На одно мгновение сцена пуста. Затем свет меняется, и раздается тихая барабанная дробь, которая будет сопровождать всю следующую сцену.
Сцена шестая
СМЕРТЬ, АЗРАИЛ, РАФАИЛ
Смерть проходит на сцену через зеркало. За нею следуют двое ее помощников. Смерть в бальном платье и манто. Помощники в костюмах хирургов. Лица их закрыты марлей, угадываются только глаза. На руках резиновые перчатки. Ни несут два больших, очень элегантных черных чемодана. Смерть быстро выходит на середину комнаты и останавливается.
СМЕРТЬ. Поспешим.
РАФАИЛ. Где мадам желает поместить чемоданы?
СМЕРТЬ. На полу, неважно где. Азраил вам объяснит. Мое манто, Азраил.
Азраил снимает с нее манто.
РАФАИЛ. Я делаю глупости, но это потому, что боюсь ошибиться.
СМЕРТЬ. Вы не можете за два дня овладеть специальностью. Азраил работает у меня много веков. Во время дебюта он был ничуть не лучше вас. Халат.
Азраил вынимает белый халат из чемодана и помогает Смерти надеть его поверх бального платья.
АЗРАИЛ. (Рафаилу) Возьми металлические коробки и поставь на стол. Нет, сначала салфетки. Накрой стол салфетками.
СМЕРТЬ. (направляясь к умывальнику) Азраил скажет вам, что я требую порядка и чистоты, как на корабле.
РАФАИЛ. Да, мадам. Извините меня, мадам... я отвлекся, меня заинтересовала эта лошадь.
СМЕРТЬ. (моет руки) Она вам нравится, эта лошадь?
РАФАИЛ. О да, мадам, очень.
СМЕРТЬ. Ну совсем как ребенок! Я уверена, что вы хотели бы иметь ее в своем распоряжении. Это очень просто. Азраил, спирт. (Рафаилу) Вон на том столе вы найдете кусочек сахара.
РАФАИЛ. Да, мадам, вот он.
СМЕРТЬ. Дайте его ей. Если она откажется, я дам сама. Азраил, резиновые перчатки. Благодарю.
Надевает правую перчатку.
РАФАИЛ. Мадам, лошадь отказывается от сахара.
СМЕРТЬ. (берет сахар) Ешь, лошадь, я так хочу.
Лошадь ест, отодвигается и исчезает. Черный занавес закрывает нишу.
Вот и все. Теперь она ваша.
РАФАИЛ. Мадам очень добра.
СМЕРТЬ. (надевает левую перчатку) Еще неделю назад вы думали - я скелет в саване и с косой.
РАФАИЛ. О! Мадам...
В течение этих реплик Азраил завешивает зеркало простыней. Смерть идет за стулом, оставленным Эртебизом возле стеклянной двери.
СМЕРТЬ. Да, да, да. Все так думают. Но, мой бедный мальчик, если бы я была такова, какою люди желают меня видеть, они бы меня видели. А я должна приходить к ним незамеченной.
Ставит стул возле рампы, в центре.
Азраил, попробуйте контакт.
АЗРАИЛ. Есть контакт.
Отдаленный гул электрической машины.
СМЕРТЬ. (вытаскивает из кармана платок) Чудесно, Рафаил, будьте любезны завязать мне глаза этим платком. (Пока Рафаил завязывает ей глаза) У вас волна семь и зона семь-двенадцать. Ориентируйтесь на четыре. Если я прибавлю, вы дойдете до пяти. Ни в коем случае не превышайте пять. Завязывайте туже. Сделайте двойной узел. Благодарю. Вы готовы?
Азраил и Рафаил стоят позади стола, рядом, руки внутри металлических коробок.
Я начинаю.
Смерть подходит к стулу. Медленные движения гипнотизера и массажистки вокруг невидимой головы.
РАФАИЛ. (очень тихо) Азраил...
АЗРАИЛ. (так же) Тссс...
СМЕРТЬ. Говорите, говорите, вы мне не мешаете.
РАФАИЛ. Азраил, а где Эвридика?
СМЕРТЬ. Я ждала этого вопроса. Объясни ему, Азраил.
АЗРАИЛ. Чтобы коснуться одушевленных предметов, Смерть пересекает среду, которая искажает их вид и положение. Наши аппараты позволяют ей касаться их там, где она их видит, что избавляет от расчетов и значительной потери времени.
РАФАИЛ. Это все равно что застрелить из ружья рыбу, плавающую в воде?
СМЕРТЬ. (улыбаясь) Если угодно. (Серьезно) Азраил, приготовьте шкатулку.
АЗРАИЛ. Да, Мадам... Знает ли Мадам, где Эртебиз?
СМЕРТЬ. Он возвращается из города вместе с Орфеем.
РАФАИЛ. Если они бегут, успеем ли мы кончить?
СМЕРТЬ. За этим наблюдает Азраил. Он меняет нашу скорость. Час для меня должен быть минутой для них.
АЗРАИЛ. Стрелка на пяти. Мадам желает катушку?
СМЕРТЬ. Начните и дайте мне.
Азраил исчезает в комнате у Эвридики и возвращается на сцену с катушкой. Смерть считает шаги между стулом и комнатой, затем она останавливается лицом к двери. Азраил подает ей катушку, нечто вроде автомобильного метра, на которую намотана белая нить, выходящая из комнаты.
АЗРАИЛ. Рафаил, хронометр у вас?
РАФАИЛ. Я его забыл!
АЗРАИЛ. Вот и хваленая аккуратность.
СМЕРТЬ. Не нервничайте. Существует простой способ.
Шепчет Азраилу на ухо.
АЗРАИЛ. (приближается к рампе) Дамы и господа! Смерть поручила мне обратиться к вам за помощью, не будет ли кто-нибудь из зрителей настолько любезен, чтобы одолжить ей часы? (Господину в первом ряду, который поднимает руку) Благодарю, мсье. Рафаил, извольте взять часы у мсье.