Орфей спускается в ад
Шрифт:
ДЖЕЙБ. А которые постарше? Их он тоже приманивает? Что проку в девчонках, настоящие покупательницы — замужние женщины. У тех водятся деньжонки: они мастерицы вымогать у мужей и транжирить. Какое у тебя жалованье, паренек? Сколько я тебе плачу?
ЛЕЙДИ. Двадцать два пятьдесят в неделю.
ДЖЕЙБ. Дешево ты его заполучила.
ВЭЛ. Еще комиссионные.
ДЖЕЙБ. Комиссионные?
ВЭЛ. Да. Один процент с оборота.
ДЖЕЙБ. Вот как? Не знал.
ЛЕЙДИ. Я была уверена, что
ДЖЕЙБ. Еще бы!
ЛЕЙДИ. Вэл, подайте стул Джейбу. Ему надо сесть.
ДЖЕЙБ. Нет, садиться не хочу. Хочу взглянуть на новую кондитерскую.
ЛЕЙДИ. Конечно! Обязательно посмотри, Джейб! Вэл, включите свет в кондитерской! Слышите, Вэл! Я хочу, чтоб Джейб взглянул, как я ее отделала. Мне есть чем похвастаться.
Вэл проходит в кондитерскую и включает там свет: зажигаются лампочки под арками; освещается изнутри проигрыватель-автомат.
Пойди посмотри на нее, Джейб. Мне в самом деле есть чем похвастаться!
Джейб смотрит на нее несколько секунд, затем, медленно волоча ноги, идет к сияющей призрачным светом кондитерской.
С улицы начинают доноситься возгласы зазывалы и звуки органчика, сперва едва слышные, затем все более и более громкие, отчетливые.
Сиделка идет с Джейбом, поддерживая его за локоть.
ВЭЛ(повернувшись к Лейди). Он похож на саму смерть!
ЛЕЙДИ(отойдя от него). Тсссс!
Вэл заходит за прилавок.
СИДЕЛКА. Прелестно! Просто прелестно!
ДЖЕЙБ. Вот-вот. Так уж прелестно, что дальше некуда!..
СИДЕЛКА. Никогда не видела ничего подобного!
ДЖЕЙБ. А другие, думаете, видели?
СИДЕЛКА(проходит обратно в лавку). Кто это все так разукрасил?
ЛЕЙДИ(с вызовом). Я разукрасила. Сама.
СИДЕЛКА. Да что вы?! Нет, в самом деле, прелесть как хорошо.
Выкрики зазывалы и бравурная мелодия органчика доносятся теперь очень громко и отчетливо.
ДЖЕЙБ(идет обратно). Цирк, что ли, приехал или карнавал сегодня?
ЛЕЙДИ. Что?
ДЖЕЙБ. Да вон на шоссе кто-то горланит. Вроде цирковой зазывала с органчиком.
ЛЕЙДИ. Нет, это не цирковой зазывала! Рекламное шествие — объявляют о торжественном открытии кондитерской Торренс сегодня вечером.
ДЖЕЙБ. Как ты сказала — что они там объявляют?
ЛЕЙДИ. Открытие нашей кондитерской! Утром обойдут весь Глориоз Хилл, а днем — весь Сансет и весь Лайон.
Музыка все ближе и ближе.
ДЖЕЙБ. Шустрая у меня женушка, мисс Портер! Во что мне влетит эта проклятая затея?
ЛЕЙДИ. Пустяки, Джейб. Совершеннейшие пустяки — не поверишь, как дешево. (Она разговаривает теперь с истерической оживленностью.) Я наняла их за бесценок.
ДЖЕЙБ. И большой этот самый «бесценок»?
ЛЕЙДИ(закрывает дверь). Сущая ерунда: семь пятьдесят в час! А обойдут все три города в графстве!
Звуки затихают вдали.
ДЖЕЙБ(с немой яростью). Шустрая у меня женушка, мисс Портер!.. Шустрая, говорю! (Выключает свет в кондитерской.) Папаша ее, Итальяшка, тоже шустрый был старичок, да сгорел!
Лейди вскрикивает.
(Медленно, с угрожающей усмешкой.) У него был виноградник на северном берегу Лунного озера. Новая кондитерская вроде бы смахивает на этот виноградник. Но Итальяшка дал маху. Здорово дал маху. Вздумал привечать черномазых. И мы сожгли его. Спалили и дом и сад со всеми виноградными лозами. И сам Итальяшка сгорел, пытаясь погасить огонь! (Отворачивается.) Мне, пожалуй, пора наверх.
ЛЕЙДИ. Ты сказал — «мы»?
ДЖЕЙБ. Меня чего-то трясет…
СИДЕЛКА(поддерживая его за руку). Да-да, пойдемте наверх.
ДЖЕЙБ. Пошли… (Идет с сиделкой к лестнице.)
Снова доносятся звуки органчика.
ЛЕЙДИ(кричит). Джейб, ты сказал — «мы»? Ты сказал: «Мы сожгли»?
ДЖЕЙБ(остановившись у нижних ступенек лестницы и обернувшись к ней). Да, я сказал: «мы»! Я сказал: «Мы сожгли». Ты не ослышалась, Лейди.
СИДЕЛКА. Потихоньку, ступенька за ступенькой, ступенька за ступенькой… Не волнуйтесь, мистер Торренс, не волнуйтесь…
Они медленно поднимаются вверх.
Шествие проходит перед самой лавкой, зазывалу, быть может, даже видно в окно.
ГОЛОС ЗАЗЫВАЛЫ(выкрикивает в рупор). Не забудьте, друзья, сегодня вечером торжественное открытие кондитерской Торренс! Бесплатная выпивка! Раздача подарков! Не забудьте: сегодня вечером торжественное открытие кондитерской!