Чтение онлайн

– Это такое выражение, – усмехнулся его инопланетный собеседник. – А теперь вернёмся к делу. Собственно, дело принимает неприятный оборот. Сейчас поясню. – Пришелец быстро сверился со своими приборами и снова повернулся к человеку. – За последние двенадцать часов на Землю с Альтаира вернулись двадцать семь человек, включая тебя. У каждого для этого были свои причины, но не это сейчас главное. Проблема в том, что двадцать три из них с вероятностью девяноста четыре процента уже мертвы. И тебе тоже осталось недолго.

Роман сглотнул, готовясь к худшему.

– Правда, как мне тут сообщают, тела обнаружены не были, – продолжил глип. – Но оплавленные

стены их домов и квартир их ближайших родственников ненавязчиво намекают, что сам факт их возвращения кое-кому очень не понравился.

– Кто же?..

– Альтаирцы, думаю. Больше некому.

– Не может быть! – В это не хотелось верить.

– Боюсь, что может. – Глип протёр пальцами свои огромные глаза и тихо вздохнул. – Жаль только, что мне попался ты, а не этот Василий Трубачёв. Его местоположение до сих пор не установлено. Это особенный кадр. Он отличается от остальных двадцати шести возвращенцев.

– Чем же? – полюбопытствовал человек.

– Он маяк, Роман. Маяк для других альтаирцев, бывших когда-то людьми. В его голове хранится формула обратной трансформации, и именно ею ты воспользовался, чтобы вернуться. Он как огонь, на который летят страждущие мотыльки. И, как это ни прискорбно, альтаирцы не допустят, чтобы он продолжал гореть.

Глип тяжело поднялся, подошёл к узкому шкафчику в углу, достал из него синий комбинезон, такой же, как у себя, и бросил Роману.

– Одевайся. Мы должны найти его первыми.

– Кого найти? – не понял Роман, осматривая необычную одежду.

Пришелец шевельнул плечами, и по его мысленной команде на всех мониторах появилось изображение мужчины средних лет.

– Его! Василия Трубачёва.

Прекрасный родной мир выныривал из тени гигантского Шатара, погружаясь в ласковые объятья излучения Веги. На Арои наступал день. Тёмный шар обретал цвета и краски. Рваный покров облаков очертился строгим, подчинённым идеальному порядку рисунком. Массивы разбросанных по огромному океану материков, выныривая из тьмы, красовались бархатистыми напластованиями густо-зелёных лесов. И видя открывшееся великолепие, даже из космических высей стало казаться, что воздух в небольшом закапсулированном пространстве стал чище, приятнее, свежее.

Комната, где замер наблюдатель, парила в нижних слоях стратосферы Арои и была построена буквально из ничего. Её прозрачные стены были вылеплены из обычного внешнего пространства, уплотнённого и ставшего непроницаемым для внешнего физического воздействия. И даже опаляющий свет Веги – огромной бледно-голубой звезды, немного приплюснутой с полюсов – терял свою обжигающую силу, просачиваясь сквозь искусственно созданный пространственный изъян.

Наблюдателя звали Рилон Эл сто тридцать семь, и он был старейшим представителем клана Рилон: предыдущие сто тридцать шесть оставили ему свою память и отправились умирать в тёмные глубины океанской бездны, как это принято испокон веков у высшей касты ароиканцев.

Наблюдатель испытывал боль. Не телесную – внутреннюю. Его родина – Арои – была прекрасна, но в то же время неполноценна. Сотни миллионов ароиканцев покинули свой светлый мир и присоединились к альтаирцам. Примкнули к пусть и могущественной, но чужой расе. Половина населения. Тысячи и тысячи кланов.

Это тяжёлый удар, оправиться от которого цивилизация вегажителей сможет ещё не скоро. Рилон Эл пылал жаждой

отмщения. Ненависть к альтаирцам переполняла его.

– Всякий раз, когда ты смотришь на восход Веги над Арои, мне кажется, что ты готов взорваться от избытка эмоций. Эмоции – это рудимент.

Голос принадлежал сирфу – паразиту, живущему в теле ароиканца и имеющему к материальному миру довольно косвенное отношение. Этого сирфа звали Альн, и иногда он был не прочь поболтать.

– Провидцы предрекли перелом в войне с Альтаиром. Я не могу оставаться спокойным, – выдержав паузу, ответил Эл.

– Перелом не означает победу. Ты торчишь здесь всю ночь. Я голодный. Когда ты меня покормишь?

Эл не ответил. Хоть он и зависел от ментальных способностей паразита, но всё-таки он был носителем. И, следовательно, хозяином. Знакомство ароиканцев с сирфами началось не так уж давно, пару столетий назад, уже после массового исхода населения к альтаирцам. О них было известно немного. Эти создания прибыли с Ригеля в поисках новой родины. На их планете произошёл необычный раскол: две касты – высшая и низшая – начали конфликтовать. Большинство низших сирфов не желало больше зависеть от высокомерного меньшинства, на что им было сказано, что, если уж они так хотят самостоятельности, они могут попытаться сотворить свой собственный мир за границами сферы влияния Ригеля. И низшие сирфы ушли, уверенные, что справятся, хотя до этих пор они никогда не были самостоятельными.

Так эта раса разделилась. Те, кто остался на Ригеле, начали сотрудничать с вездесущими альтаирцами. А те, кто отправился в странствие, обрели пристанище здесь, на Арои. Обладая способностью смешиваться с чужеродной аурой, они вошли с ароиканцами в симбиоз, даровав им новые способности в обмен на ментальную подпитку.

Способности эти весьма расширили спектр возможностей ароиканцев. Значительно возросли навыки телепатии, телекинеза, телепортации, управления пространством и материей. Высшая каста ароиканцев смогла надавить на низшие слои населения, жестоко пресекши все попытки контактов с альтаирцами. И даже более того, с Альтаиром началась война, в которой альтаирцы почему-то выступали пассивной стороной. Возможно даже, что враги просто не понимали, что с ними воюют. Во всяком случае, те не прекращали попыток возобновить контакт.

Многие пытались и пытаются до сих пор воевать с Альтаиром, но в этом пока никто не преуспел. Но сегодня – сегодня! – провидцы предрекли перелом. И Рилон Эл ждал новых вестей, готовый немедленно отправиться на выполнение новой миссии: по древней традиции он постился вдали от общества, подготавливая себя к неизбежному странствию, и избрал для этой цели орбиту Арои.

– Хочу есть, – настаивал Альн, недовольный вынужденным бездействием.

– Скоро, – пообещал Эл, почувствовав электрическое напряжение пространства. В парящей на орбите планеты комнате возник другой ароиканец – невысокий, относительно лёгкий, молодой. Эл сразу же узнал его.

Это Аон Тан двенадцать, младший исполнитель. Его тёмно-красное тело расширилось, вытягиваясь и начиная ветвиться. По ветвям, расчерченным белыми полосами, заструились бегущие огоньки, складываясь в информативный поток.

Элу не нужно было оборачиваться – всестороннее зрение улавливало каждый элемент сообщения.

– Прекрасная новость, капитан Рилон Эл! – донёс молодой исполнитель. – В информационном поле альтаирцев обнаружены нестабильные уплотнения. Похоже, они пытаются блокировать свои телепатические каналы.