Чтение онлайн

– Как много осталось? – спросил Эфраим и зевнул.

Серый свет восхода вползал в комнату через окно. Уже наступило утро. Он чувствовал себя так, словно всю жизнь перемещался по вселенным. Желудок болел все сильнее.

– Мы почти закончили. Осталась всего пара координат, – ответила Зои и опустила контроллер. – Как вкусно пахнет.

Он тоже почувствовал запах жареного бекона.

Эфраим представил, как мама в соседней комнате готовит ему завтрак. Здесь он хотел остаться больше, чем где бы то ни было, но она была мамой другого Эфраима.

Он украл чужое счастье, и если хотел вернуть собственную жизнь, то отдать надо было все.

Он подумал о своих первых желаниях.

– Еще три мира.

– У нас только два адреса.

Эфраим поморщился:

– Я знаю.

Следующие два перехода прошли без всяких происшествий. Эфраим каждый раз появлялся в постели. Эти аналоги, похоже, знали толк в развлечениях.

– Вот и все, – сказала Зои.

– Уверен, что у всех координат одинаковая схема, – заметил он. – Смотри, первые несколько цифр везде совпадают.

Они могли означать какую-то подгруппу мультивселенной, тогда как остальные параметры определяли вариации отдельных миров.

– Хорошо, – сказала Зои и ввела несколько первых знаков. – Мы достаточно близко к твоему родному миру, чтобы ты смог переместиться самостоятельно?

– Думаю, остался лишь один переход, но в первый раз я загадал довольно большое желание, – он подумал о том, что найдет, когда вернется. Нейт сказал, что мать опять пила. Он, конечно, мог соврать, но, если все так и было… придется как-то ей помочь. Волшебного решения проблемы не существовало, пусть Эфраим и сильно этого хотел.

Он закрыл глаза:

– Надо попытаться.

Зои остановила вращение монеты, и он положил руку на ее ладонь, державшую контроллер. Монета замедлилась, но не замерла, а лениво пошатывалась, неторопливо поворачиваясь снова и снова. Орел. Решка. Орел. Решка.

Эфраим вспомнил, что во время первого желания выпал орел. Теперь он знал, что положение четвертака влияло только на пространственный вектор перемещения, и если направлял монету силой мысли, то, возможно, она выбирала «плохие» вселенные лишь потому, что он сам подсознательно ассоциировал с решкой худший вариант. Все было только в его разуме, а орел или решка оказались всего лишь вопросом точки зрения.

Эфраим попытался как можно подробнее представить в уме свою вселенную, особенно маму, Натана и Джену – такими, какими помнил их там, и приготовился схватить монету. Четвертак лег горизонтально решкой вверх и внезапно остановился. Зои с сомнением посмотрела на спутника.

Решка. Так и должно было быть – ведь он возвращался по собственным следам. Больше это ничего не значило.

Он закрыл глаза, пробормотал:

– В гостях хорошо, а дома лучше, – убрал руку с ладони Зои, спокойно дотянулся до монеты и сжал пальцы.

Перемещение не походило на остальные. Желудок как будто скрутило, затем растянуло, а когда Эфраим попал в следующую вселенную, мало чем отличавшуюся от предыдущей, он почувствовал, как

его качнуло куда-то вбок, и упал на колени, уронив монету на мягкий ковер.

Эфраим хватал ртом воздух. Вокруг стоял застаревший запах сигаретного дыма.

Он решил все проверить до появления Зои: собрался, встал с пола, побежал на кухню, открыл шкафчик над холодильником и увидел там материнский запас. Высокие чистые бутылки выстроились подобно вражеским солдатам. Он никогда не думал, что будет рад вновь увидеть этих маленьких мерзавцев.

Он прокрался в гостиную и столкнулся с очередной знакомой картиной. Мама уснула на диване, пустая бутылка лежала на боку, пепельный труп сгоревшей сигареты предусмотрительно оставлен в глиняной пепельнице, которую он сделал для матери в третьем классе. Правда, тогда Эфраим думал, что это будет вазочка для конфет.

Эфраим вернулся в спальню и подождал Зои.

– Сработало? – спросила та.

Он подпрыгнул от ее неожиданного появления, пробормотал:

– Надо повесить тебе маленький колокольчик, если продолжишь так делать, – а потом обнял ее.

Зои сначала напряглась, но довольно быстро расслабилась в его руках.

– Думаю, у меня получилось, – он взялся за ручку двери. – Если это не мой дом, то он очень к нему близок.

– Шикарно, – ответила Зои. – Что теперь?

– Я хочу тебе кое-что показать. О! Думаю, нам это понадобится, – он поднял с пола монету и сунул в карман.

– Не забудь вот это, – сказала Зои и протянула ему кошелек и ключи.

– Но у меня есть… – Он проверил карманы, вытащил точно такой же набор и тихо спросил: – Где ты их нашла?

– На твоем столе лежали, – махнула рукой Зои.

Он улыбнулся. Значит, те мама вернула аналогу, когда приехала домой из больницы. Зои держала в руках доказательство того, что Эфраим, наконец, добрался до дома.

Девушка пришла к такому же выводу.

– О… – выдохнула она и открыла бумажник.

– С тобой все в порядке?

Она шмыгнула носом и сунула кошелек в карман.

– Ага. Ты хотел мне что-то показать?

Веточка щекотала шею, и Эфраим не выдержал, почесался. Он и Зои прятались за деревом и смотрели на дом Джены, стоявший на противоположной стороне улицы. Почти рассвело, мир залил серый свет с затянутого пеленой неба. Похоже, собирался дождь.

– Почему мы шпионим за моим домом? – спросила она.

– Подожди немного, – ответил Эфраим. Он остро чувствовал ее дыхание на своем лице, близость ее руки.

Открылась входная дверь.

– Вот, – сказал он.

Линда Ким повернулась, чтобы закрыть замок, затем остановилась, подобрала газету. Сунув ее под мышку, женщина пошла к подъездной дорожке, позвякивая ключами.

– Мамочка? – выдохнула Зои и привстала.

Эфраим положил руку ей на плечо.

Миссис Ким остановилась и взглянула в их сторону. Потом подошла к краю газона и на мгновение как будто посмотрела прямо на них.