Чтение онлайн

– Да ладно. Это же всего лишь год. Мэри и Шелли всегда были твоими лучшими подругами.

– Думаю, они справятся без меня, – сказала она. – И, скорее всего, даже моего отъезда ждать не станут.

Эфраим нахмурился:

– Ты расстроена, потому что я встречался с ними прошлым вечером?

– Ты милый, но иногда медленно соображаешь, Эфраим, – она повернулась и потащила с собой тележку.

Эф не отпустил ручку и потянул обратно, заставив девушку остановиться.

– Ой, – сказала Джена, обернулась и потерла запястье. – Мне нужно работать. Нам

нужно работать.

– Значит, я милый? – спросил Эфраим.

– Как я уже сказала, ты медленно соображаешь, – она вздохнула, положила руки на тележку, облокотилась на нее и посмотрела на парня. – Но это не имеет значения, потому что я уезжаю. И моим «друзьям», возможно, будет лучше без меня.

– Да мне не нужна Мэри, – сказал он. – Я же сказал, что пошел на двойное свидание только ради Натана.

– Вот видишь, сам сказал: свидание!

– Джена…

– Тебе не нужно извиняться. Я, наверное, сейчас веду себя глупо. Может, слишком близко все принимаю к сердцу. Просто я чувствую, что, когда уеду, мы решим оставаться на связи, но по мне не будут особенно скучать. Получится так, словно меня никогда и не существовало. Все пойдет своим чередом, мои друзья найдут себе новых приятелей, я тоже. Будет совершенно другая жизнь, – ее голос задрожал. – Но я не хочу другой жизни. Мне нравится та, что есть сейчас. Я хочу учиться с людьми, с которыми выросла.

– Ты хотела бы изменить что-то в своей жизни, если бы получила такую возможность? – спросил Эфраим.

Она пристально посмотрела ему в глаза:

– Что ты имеешь в виду?

– У меня есть немало того, что я хотел бы изменить, понимаешь? Мой отец ушел, моя мама… ну у нее есть проблемы. Были проблемы.

Говорят, что лучше думать об удачах, но Эфраим куда чаще вспоминал о проблемах. Пусть он не был единственным в мире, кто вырос в неполной семье, но казалось, все его друзья выросли в счастливых, стабильных семьях. Он не знал никого, у кого бы мать постоянно пила и работала в супермаркете.

Эфраим хорошо учился, но не особенно любил школу. И теперь, когда Джена уедет, он лишится самой яркой части своей жизни, которая помогла бы ему протянуть выпускной год.

– Эфраим? Что с тобой?

Он сжал монетку в пластиковом пакетике, лежащую в кармане.

– Неважно. Все уладится.

– Я знаю, – Джена выпрямилась и глубоко вздохнула. – Я ничего не могу поделать, так что нет смысла расстраиваться, – она вновь потянула тележку на себя, и в этот раз Эфраим отпустил ручку. Джена пошла к полкам, но вдруг повернулась и ослепительно улыбнулась, ее глаза сияли. – Если когда-нибудь будешь в Лос-Анджелесе, навести меня, ладно?

– Когда ты уезжаешь?

– Через неделю.

Эфраим кивнул.

«Не уедешь, если я все изменю».

Когда Эфраим вернулся домой, Натан лежал на полу у его кровати и листал старые журналы «Плейбой», которые Эфраим спас от гибели в мусорке, после того как отец ушел.

– Как

ты сюда пробрался?

– Меня впустила Мадлен, – отозвался Натан. – Это потрясающе.

Он как раз читал статью, обещавшую научить «32 надежным способам разогреть женщину». Наверняка ни в одном из них помощь волшебной монетки не упоминалась.

Эфраим кинул рюкзак на пол и заметил на столе тарелку овсяного печенья и пустой стакан молока.

– Это мама тебе дала?

Раньше она никогда не разрешала Эфраиму есть до ужина, особенно в комнате. Он запихнул в рот целое печенье.

– Она приманила меня им, – сказал Натан. – Я не смог устоять.

– Слушай, не говори так, звучит гадко. Ты о моей матери говоришь, – Эфраим рухнул в кресло у стола и пробудил из спячки компьютер. – Кстати, где она?

Натан закрыл журнал и отложил в сторону:

– Ушла. И должен сказать, выглядела она по-настоящему здорово.

Должно быть, снова пошла на свидание.

– Ты ведь не стал ее фотографировать, да?

– За кого ты меня принимаешь? – спросил Натан.

– Дай камеру.

– Там нет снимков!

– Натан, – сказал Эфраим.

– Как работа? Повеселился с Дженой? – спросил друг. Все, что он говорил, словно содержало двойной смысл. Натан казался еще большим извращенцем, чем обычно.

– Зачем ты пришел, если знал, что меня нет дома? – спросил Эфраим.

Натан не мог оторвать глаз от платиновой блондинки, которая наклонилась вперед, сжимая грудь ладонями.

– Хотел поблагодарить тебя за прошлый вечер, – он поиграл бровями.

– Ладно, но тебе надо вырезать эту картинку.

Натан бросил журнал на пол и взял другой.

– Ты действительно нравишься Мэри, – заметил он. – Зачем нужно было так ее игнорировать?

– Я просто не мог думать ни о чем, кроме отъезда Джены, – ответил Эфраим.

– Почему она вдруг стала нравиться тебе больше Мэри?

– Потому что. Почему тебе нравится Шелли?

Натан ухмыльнулся.

– Ладно, не считая ее явных достоинств.

– Что такого в том, чтобы любить девушку из-за ее привлекательности? – Натан перевернулся на спину и вновь принялся разглядывать журнал.

– Потому что дело не только в привлекательности. Почему тебе нравится Шелли, а не ее сестра? Они же выглядят одинаково.

– Потому что я нравлюсь ей, – Натан поднял журнал и посмотрел на Эфраима. – Благодаря тебе. Думаю, она бы не интересовалась мной без твоей монетки.

Эфраим ухмыльнулся.

– Значит, теперь ты мне веришь.

– Думаю, мне нужно больше доказательств. И что монетка выкинет в следующий раз?

– То есть?

– Ну это ведь было просто начало. Мы можем получить все, что захотим.

– Мне все еще не по себе от того, что мы сделали с Шелли.

– А что мы с ней сделали? – Натан сел и уронил журнал на колени.

– Эй, будь поаккуратнее, – Эфраим начал собирать журналы в стопку.

– Значит, ты думаешь, что без монетки я бы ей никогда не понравился? – спросил Натан.