Чтение онлайн

Больше изящества с штурвaлoм, и крылья самолёта были перпендикулярны земле, когда он входил в набор высоты 4G.

– Прекратите! Прекратите!
– закричала она.
– Пожалуйста!

Думаю, пора перестать быть придурком, - подумал Венц.

Он снова выровнялся.

– Прошу прощения, полковник. Я просто подумал, что вы хотите установить официальный взлётный рекорд. Мы просто поднялись на высоту пятьдесят восемь тысяч футов[12] за одну минуту.

Это рекорд для этого самолёта. Теперь вам есть что рассказать своим внукам.

Эштон сидела позади Венца, на том месте, которое называется откидным сиденьем или местом офицера РЭБ - радиоэлектронной борьбы. Эта серия "F-15M2" была курьерской версией: минимальный AV-отсек, без модуля ECM, без пушки General Electric M61. Другими словами, он был слишком простым. Два сиденья на двух модифицированных двухвальных ТРДД Pratt-Whitney рассчитаны на 40 000 фунтов с нулевой средней тягой каждый. Были засекречены показатели расхода топлива и максимальная скорость самолёта была 3,1. Единственное, что ему показалось странным, так это схема окраски: сплошная краска цвета хаки, ровная, как цвет песка.

– Я почти... обмочилась!
– крикнула Эштон в микрофон.
– Меня не волнует, лучший ли вы пилот в мире! Не делайте больше этого дерьма!

Венц поморщился при этом слове.

– Полковник? Могу я сделать личное замечание? Каким-то образом вы произнесли слово «дерьмо» своим ртом... ну, это вам не подходит.

– Идите нахер!

Вот так поворот, - подумал Венц.

– Прошу прощения, полковник. Я просто развлекаюсь в последний раз. После завтрашнего дня я больше никогда не буду летать так быстро.

Выдох за его спиной прозвучал как-то застенчиво.

– Всё ещё не думаете, что возьмёте на себя миссию?

– Точно. Ренье выставил меня дураком, и я подумал, что отвечу ему тем же. Подумал, что воспользуюсь возможностью ещё раз покатать железного орла за его счёт. Какой бы ни была эта миссия, я её не возьму.

В её голосе оставалась застенчивость, но теперь она казалась очень серьёзной.

– Не будьте таким уверенным.

Венц отключил форсаж, когда шкала температуры была на максимуме.

– Хорошо, давайте забудем о том, как держать дурака в напряжении. Расскажите мне уже о миссии.

– Нет, сэр. Как сказал генерал Ренье, вам нужно убедиться в этом самому.

– Их-х-хаа!
– сказал Венц.
– И, кстати, почему такая интересная раскраска самолёта?

– Вы ещё узнаете.

Потрясающий ответ!

– Ладно, но вы не возражаете, если я спрошу, что... привлекательная женщина вроде вас делает во всей этой суперсекретной чуши с проверкой безопасности?

– Вы что-то имеете против, генерал? Даже Фэррингтон был не таким сексистом, как вы.

– Сексист?
– Венц возразил.
– С чего это вы взяли?

– Большинство

из вас, мужчин, такие. Иисусe... Из-за того, что вы так неадаптированы и несоциализированы, вы устраиваете эти мужественные пилотские выходки. Вы думаете, что это заводит женщину. Вы думаете, что женщины тают, когда видят бескомпромиссного лётчика-испытателя в форме. Что ж, позвольте мне сказать вам кое-что, генерал. Я встречала много пилотов на этой работе, и каждый из них был эгоистичным самовлюблённым засранцем.

Венц усмехнулся.

– Тогда я рад, что не разочаровал вас, полковник.

– Товарняк-Один, это Ромео-Один. Вы слышите? Ответьте.

– Принял, - ответил Венц.
– Есть проблемы?

– Нет проблем, Товарняк-Один. Мы просто хотели сообщить вам, что наша система WLR с планарной антенной решёткой подтверждает, что вы только что установили официальный рекорд набора высоты для самолёта с указанной вами номинальной тягой.

– Принял, Ромео-Один. Скажите мне то, чего я ещё не знаю. Товарняк-Один отключается, - Венц улыбнулся.
– Видите?
– повторил он в микрофон Эштон.
– Я говорил вам.

– Я не очень впечатлена, генерал, - парировала Эштон.
– А почему "Товарняк"? Разве это не звучит мрачно?

– Может быть, - сказал Венц.
– Каждый раз, когда я сажусь в самолёт, я думаю, что умру, и всегда выбираю какой-нибудь мрачный позывной. «Вдовец», «Пилот номер тринадцать», «Гроб компании Lockheed» и тому подобное. Когда я летал на «Авроре», моим позывным был «Первый мертвец». Задабривает судьбу. Это сводит на нет невезение, отдавая ему дань уважения - это экспериментальный материал. Мы называем это «Игры с судьбой». Если вы не верите в судьбу... вы можете плохо закончить.

– Игры с судьбой, да?

– Да.

Ещё одно застенчивое молчание, затем голос Эштон понизился.

– Чтобы спасти вас в этот раз, вам может понадобиться гораздо больше, чем ваши игры с судьбой.

– Думаете? Посмотрим. Я уже сказал вам, что я не беру миссию, какой бы она ни была.

Тишина.

– О, вы примете её, генерал, - сказала Эштон.
– Я гарантирую, что вы примете её.

Венц хохотал в своей защитной маске.

– Продолжайте мечтать, леди! Я только хочу прокатиться в последний раз.

«« - »»

Пятнадцать минут спустя Венц нажал кнопку микрофона.

– Мы приближаемся.

– Хорошо, генерал, - ответила Эштон.
– Незначительное изменение пункта назначения. На самом деле мы не полетим в Неллис.

– Что? Так куда мы летим? В "Tastee-Freez" поесть мороженого?

– Двигайтесь мимо главной взлётно-посадочной полосы Неллис к озеру Папуз, в семидесяти пяти милях к юго-западу.

Встревоженный Венц резко повернул голову и посмотрел на неё.