Чтение онлайн

– Ага! Выходит, Абрахам, и тебя амур в сердце поразил.

– Да, наверное. Но окончательно я буду это знать, когда снова увижу ее. Сходи туда, Джеймс. Это прямо на пляже.

– Ну разумеется, я помогу тебе найти твою любимую. – Финли весело подмигнул ему. – Как ее зовут?

– Нона Каола.

– Ну и имена у них. – На лице Финли появилось мечтательное выражение. – Как волшебная музыка.

– Передай ей от меня привет, если нужно, помоги – а в остальном держись подальше от нее! Пусть она непременно дождется меня.

Тед Фарроу тоже вылетел на Гавайи. Две

недели он безвылазно просидел в стальном шаре на трехсотметровой глубине и теперь с нетерпением ждал встречи с любимой. Капитан Дженкинс пошел ему навстречу и разрешил послать Юмахане телеграмму. Как и Финли, Фарроу также считался носителем секретности первой категории и любые контакты за пределами Уэйка был обязан согласовывать со своим командиром. Дженкинс не стал возражать против его встреч с Юмаханой; когда Тед высказал намерения жениться на ней, органы военной полиции и ЦРУ тщательнейшим образом проверили всю ее семью и не обнаружили никаких компрометирующих данных. Самые обыкновенные люди – добрые, честные…

«Боинг» с отпускниками на борту еще только поднялся в воздух, а Леонид Федорович Тулаев уже набирал номер красавицы Нуки-на-му.

– Наш друг в Пёрл-Харборе передал мне новый список, – сказал он ей. – Давай прими ванну и хорошенько надушись – твой Финли снова прилетает сюда. Будет, как и в прошлый раз, жить в отеле «Гавайский регент». Ты рада?

– Да, – холодно ответила она. – Он сразу же позвонит мне. Что вам еще угодно, сэр?

Тулаев плотно сжал губы. Ишь ты, сэр! Эта бабенка готова истерику устроить. Вслух он сказал:

– Один из наших людей уже погиб на Уэйке. Финли должен знать подробности. Запоминай все, что он скажет. Любая его реплика может иметь значение. Сперва разговори его, а потом уже ложись с ним в постель.

– До чего ж ты мне омерзителен, – крикнула Нуки-на-му, и в мембране зазвучали короткие гудки. Тулаев, раздувая от гнева ноздри, долго смотрел в окно на Калакауа-авеню, на нежившихся на белом коралловом песке людей. Оскорблять Тулаева безнаказанно еще никому не удавалось…

Финли позвонил в маленький пансион на Калаимоку-стрит прямо с территории военно-морской базы, куда доступ всем штатским лицам был категорически запрещен. Нуки-на-му сказала, что там живет ее подруга, которая скажет ему, как с ней связаться. Ведь сама она художник-модельер, и поэтому ей приходится много разъезжать. Она тогда впервые вскользь упомянула о своей профессии. Он ни на минуту не усомнился в ее словах; когда они страстно сжимали друг друга в объятиях, он вообще верил всему, что она говорила.

– О, вам здорово повезло. – Его собеседница говорила хриплым голосом с отчетливым полинезийским акцентом. – Нуки-на-му в Гонолулу. Два дня тому назад она вернулась из Лос-Анджелеса. Живет, как всегда, в отеле «Гавайский регент». Она так обрадуется вашему приезду. Ведь она очень много говорила о вас.

Финли осторожно положил трубку. Сердце его от радости билось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. А в пансионе на Калаимоку-стрит Нуки небрежно бросила служанке:

– Молодец. Вот твои десять долларов.

– Благодарю

вас, мисс…

Девушка схватила банкноту и, не переставая кланяться, попятилась к двери.

Два часа потребовалось Финли для того, чтобы оформить прокат автомобиля, выдержать тщательную проверку документов у выезда с территории военно-морской базы и добраться до отеля. Он загнал машину на пандус, где толстый швейцар в белой ливрее с неизменной улыбкой на темно-коричневом лице взял у него ключи и пообещал припарковать автомобиль в удобном месте.

Так быстро Финли даже в детстве за футбольным мячом не бегал. Он пулей влетел во внутренний двор и уже издали увидел за одним из передних столиков Нуки-на-му.

– Нуки! – закричал Финли. Все вокруг изумленно уставились на него, но Финли это мало волновало. – Нуки!

Широко раскинув руки, она бросилась к нему навстречу… Прекрасный ангел, распростерший свои крылья. Финли вдруг почувствовал, что у него замерло сердце. Он застыл на месте и несколько раз глубоко вдохнул, жадно вбирая в себя свежий морской воздух.

– Джеймс!

Весело смеясь, они закружились на одном месте, потом припали друг к другу губами, а сидящие за столиками туристы – в большинстве своем японцы с женами и неизменными фотокамерами – снисходительно улыбались или, наоборот, деликатно отворачивались.

Тулаев, который, сидя у стойки, потягивал свой любимый «Май-Тай», был очень доволен реакцией Финли. Да и кто вообще сможет устоять перед такой женщиной? Он знал, что в этот раз Финли все выдаст.

В маленькой рыбацкой хижине на берегу бухты Махука Тед Фарроу ел мясо детеныша рыбы-меч с ананасовым соком и листьями мяты, которое родители Юмаханы специально приготовили в честь его приезда, а сама девушка сидела рядом, тесно прижавшись к нему плечом, и следила за тем, как ее жених берет с деревянной резной тарелки куски рыбы и отправляет их в рот. Каждое его движение доставляло ей неизъяснимое наслаждение.

– Ты теперь наш сын, – сказал старый рыбак и с любовью взглянул на свою красавицу дочь. – Я благословляю небо за то, что оно ниспослало Юмахане такое счастье. А теперь я тебе скажу кое-что. У меня есть племянник, а он знаком с человеком, которому платят деньги за то, что он следит за американцами. Недавно он сказал, что их очень интересуют ученые, которые живут на Уэйке. И самая красивая из их женщин займется ими, чтобы узнать тайну атолла. – Он вопросительно посмотрел на Фарроу. – Ты ведь прибыл с Уэйка, сын мой? Верно?

– Да, – хриплым голосом ответил Фарроу. «Финли!» – сразу же подумал он. Рядом с ослепительной красавицей. На Уэйке никому бы и в голову не пришло, что он может так себя вести. Господи, если это так…

– Будь осторожен, – сказал рыбак. – Здесь много злых людей.

В эту ночь Юмахана не обнимала Теда своими нежными руками, не покрывала его тело жаркими поцелуями; он спешно отправился на военно-морскую базу и там застыл в раздумье около телефона. Он долго ломал голову, не зная, как ему поступить, и наконец решил все же позвонить сперва Ролингсу, а уже потом известить своего командира.