Опасные тайны

АННОТАЦИЯ

Две жизни, хранящие тайны прошлого… одна страстная история любви.

Тарин Мэлоун сломлена, без гроша в кармане и отчаянно нуждается в помощи. Но даже если сексуальный бармен, за которым она наблюдала, предлагает ей работу на вечер… даже если ее так и манят к себе его невероятные голубые глаза… даже если сердце говорит ей остаться с ним… она не может.

Потому что Тарин Мэлоун не существует.

Джейк Каллаган управляет семейным ирландским пабом уже несколько

лет. Когда он видит Тарин, одиноко стоящую под дождем, он делает то, чему его учили в спецназе ВМС США – спасает ее. И это не имеет ничего общего с ее аппетитными упругими изгибами тела, или со свободно струящимися золотисто-белокурыми волосами, или с тем, что даже ее мимолетные прикосновения посылают разряды молнии через его тело. Просто правильно было так поступить.

В самом деле.

Но оба, Джейк и Тарин, скрывают друг от друга секреты. Опасные тайны. И ни один из них не знает, сколько опасностей может таить в себе любовь.

Над книгой работали:

Перевод: Александра Мельниченко

Редактура: Мария Гридина

Вычитка: Мария Гридина

Дизайн обложки: Мария Гридина

Переведено для группы:

ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ПРОЛОГ

Северо-запад США, штат Орегон

Вздрогнув, как от толчка, Киара Фицпатрик пришла в сознание. Открыв глаза и не увидев ничего в кромешной темноте, она почувствовала сильное давление в груди, словно кто-то положил на нее влажное одеяло, набитое песком и мешающее глубоко дышать.

На краткий миг она решила, что ей приснился ужасный кошмар. Один и тот же, который она видела снова и снова, где переплетались измена, предательство и невообразимая боль.

Она вздохнула, позволяя своему телу вжаться в матрас, и почувствовала на себе знакомое одеяло, которое ее бабушка сшила вручную много лет назад. Все было тихим и мирным. Легкое дуновение ветерка коснулось влажного от пота лба, вызывая мурашки по телу. Поднимая руку к лицу, чтобы потереть глаза, Киара почувствовала силу кожаных наручников на своих запястьях, и ее сердце наполнилось ужасом. Быстрый рывок стал доказательством того, что цепи все еще были на месте.

Все-таки это не было ночным кошмаром.

Она была не в силах сдержать мучительные рыдания, зародившиеся в ее стесненной груди и огромным потоком рвущиеся наружу, но постаралась заглушить их, повернув голову и уткнувшись лицом в подушку, насколько это позволяли сделать ее оковы. Если он услышит ее, то придет к ней, а она этого совсем не хотела.

Приступ не продлился долго – Киара была слишком уставшей и избитой. По меньшей мере, одно из ее ребер было сломано, но вполне вероятно и больше, так

что даже малейшая попытка сдержать слезы вызывала боль. Один раз она позволила тихому всхлипу сорваться с губ и тут же, зажмурив глаза, отругала себя за это. Спустя несколько минут она почувствовала знакомое покалывание в задней части шеи.

Он приближался.

Киара застыла, когда услышала, как повернулся ключ в старинном замке, и тяжело распахнулась массивная дубовая дверь, а затем раздалась мягкая поступь ее мучителя. Она быстро закрыла глаза – пусть в комнате и без того было темно – и притворилась спящей. Может быть, всего лишь может быть, он оставит ее в покое хотя бы в этот раз.

Шаги все приближались, а едва слышное мужское дыхание раздавалось громом в мертвой тишине. Справа от себя, Киара услышала тихий щелчок, за которым вспыхнул тусклый свет, проникший сквозь ее закрытые веки. Крохотная лампа располагалась вне ее досягаемости, однако обеспечивала ему достаточно света, чтобы увидеть и убедиться, что она все еще была здесь.

Обычно он проверял ее несколько раз за ночь. Исправно, интересно, где еще, по его мнению, она могла быть. Связанная по рукам и ногам, в наручниках, прикрепленных цепями к железному каркасу кровати в каждом из четырех углов, она была ограничена в передвижении куда-либо, даже если бы и не страдала от пневмонии, а ее ребра не были бы сломаны.

– Киара, – благоговейно выдохнул он ее имя, словно произносил молитву.

Она сосредоточилась на необходимости поверхностно дышать, как будто спит, но при этом сделала небольшой вздох при звуке его голоса, зная, что ему это нравилось. По крайней мере, сегодня он казался спокойным и уравновешенным, и ей хотелось, чтобы так и оставалось. Пока он не срывал с нее одежду и не брал то, на что, как считал, имеет право. Вместо этого, он присел рядом с ней, и она почувствовала, как кровать прогнулась под его весом. Его палец осторожно коснулся наливающегося синяка на ее скуле – результат предыдущей стычки, когда он был менее спокойным и не контролировал себя.

– Почему ты заставляешь меня делать это? – прошептал он в темноте, и Киара услышала в его голосе неподдельное раскаяние. Он всегда сожалел после того, как избивал ее, но это совсем не облегчало боль.

– Мы всегда причиняем вред тому, кого любим больше всего, не так ли? – Киара немного переместилась, маловато для того, чтобы сильно натянуть цепи, но достаточно, чтобы порадовать его. Пока она отвечала определенным образом, он сохранял спокойствие. Игнорирование было верным способом привести его в дикую ярость.

Это понемногу убивало ее каждый раз, когда она так делала, чувствуя, будто продавала душу по кусочкам. Ей следовало бороться каждую секунду каждого часа каждого дня, а не вздыхать и сдвигаться, упрощая все для себя. Она же была Фицпатрик, черт возьми! Происходила из сильной семьи, в ее венах бежала древняя кровь. Ее предки, родители, братья и сестры, наверное, перевернулись в гробах в этот миг. Стыд и вина тяжелым грузом лежали на сердце.

Но Киара не была предательницей. Она не упускала ни одного момента, чтобы отыскать выход из положения, хоть какой-то способ сбежать. После нескольких месяцев, она оставила надежду, что кто-нибудь явиться и спасет ее. Нет, выбираться отсюда ей придется самой. А для этого ей нужно было остаться в живых. Означало ли это потакать его больной игре, чтобы заслужить немного доверия? Чтобы ослабить его бдительность и заставить ошибиться всего раз? Так тому и быть.