Чтение онлайн

Дверь была достаточно широка для двух человек, чтобы пройти через нее одновременно, но Доусон пошел первым. Понятно, учитывая то, чего он добился к концу ночи. Я следовала сзади. Пока он проходил под дверной рамой, раздался звук выходящего воздуха, немного шумно-пыхтящего. Доусон упал, будто был ранен, но не было слышно никаких взрывов. В одну секунду он стоял в дверях, а в следующую уже был на другой стороне, оседая на пол и его рот открылся в безмолвном крике.

— Никому не двигаться, — велел Эндрю.

Время словно остановилось.

Волосы на моем затылке встали дыбом. Я посмотрела наверх. Ряд крошечных выпускных отверстий, едва заметных, опустились. Слишком поздно, поняла я в ужасе. Пыхтящий звук повторился.

Раскаленная боль прожгла мою кожу, будто тысячи крохотных ножей разрезали меня изнутри, поражая каждую клеточку. Каждая часть моего тела взорвалась, когда я сделала обжигающий вздох. Мои ноги подкосились, и я опустилась вниз, неспособная даже облегчить падение. Моя щека шлепнула о бетон, но эта вспышка боли — ничто по сравнению с огнем, разрушающим мое тело.

Клетки мозга взбивались и перекручивались. Мышцы замерли от паники и боли. Мои веки были открыты. Легкие пытались расшириться, втянуть воздух, но что-то было не так с воздухом — он обжигал мой рот и горло. Где-то, в отдаленной части сознания, которая все еще могла функционировать, я знала, что это было.

Оникс в аэрозоле, боевое оружие МО.

Мое тело неудержимо содрогалось в то время, как глубоко внутри накатывали волны боли. Где-то далеко я слышала испуганные голоса и пыталась понять, что они говорили. Ничего не имело смысла, кроме глубокой, разрывающей на части, мучительной боли от оникса.

Сильные ладони обхватили мои руки, и боль стремительно возросла. Мой рот открылся и против воли вырвался хриплый вздох. Потом меня подняли, прижав лицо к чему-то теплому и твердому. Я узнала свежий аромат.

Затем мы полетели.

Это мог быть только полет, потому что мы двигались так быстро, что ветер выл и ревел в ушах. Мои глаза были открыты, но вокруг было темно, и мне казалось, что мою кожу словно сдирали с тела тонкими лезвиями.

Когда мы замедлились, мне показалось, что я услышала потрясенный крик Ди и потом кто-то сказал "река". Мы снова полетели, и я не знала, где был Доусон и добрались ли они до него с другой стороны входа. Все, что я осознавала, это боль, пульсирующаю в моем теле, учащенный пульс и громыхающее сердце.

Мне показалось, что прошли часы, прежде чем мы снова остановились, но в то же время я знала, что, должно быть, прошло всего несколько минут. Влажный, холодный воздух с ароматом мускуса проносился над нами.

— Держись за меня, — резко прозвучал голос Деймона в моих ушах. — Будет холодно, но вся твоя одежда и волосы покрыты ониксом. Просто держись, ладно?

Я не смогла ответить, и подумала о том, что если это всё на мне, это должно быть и на Деймоне. Это наверное было на нем на протяжении всего пути от Маунт Везера до реки,

а это много миль. Ему, должно быть, очень больно.

Деймон шагнул вперед, соскользнув на несколько футов вниз, а затем пробормотал приглушенное ругательство. Несколько мгновений спустя шок от ледяной воды ударил по ногам, и даже сквозь боль я попыталась вскарабкаться по телу Деймона, чтобы избежать пытки, но он продолжал идти дальше, а лед уже достигал моей талии.

— Держись, — снова сказал он. — Просто держись ради меня.

Потом мы скользнули под лед и я снова перестала дышать. Энергично тряся головой, я подняла осадок в мутной воде, а мои волосы плавали вокруг лица, ослепляя меня. Но жар оникса…Он понемногу стихал.

Руки сжались вокруг меня, а потом мы двинулись вверх. Как только моя голова появилась на поверхности, я вдохнула полные легкие воздуха. Звезды кувыркались вверху и казались размытыми, а Деймон вытащил нас из воды на берег.

Вода плескалась в нескольких футах, и поскольку мое зрение прояснилось, я смогла увидеть, как Блейк и Эндрю вытащили Доусона из воды, положив его на берег. Блейк сел рядом с ним, запустив руки в промокшие волосы. Мое сердце упало. Он был…?

Доусон прикрыл рукой лицо, опускаясь на одно колено. — Дерьмо.

От облегчения я почувствовала слабость в коленях. Я ощутила руки Деймона на своих щеках, а затем он повернул мое лицо к себе. Ярко-зеленые глаза встретились с моими.

— Ты в порядке? — спросил он. — Скажи что нибудь, Котёнок. Пожалуйста.

Я заставила свои холодные губы двигаться.

— Вау.

Его брови опустились вниз, когда он покачал головой в замешательстве, а потом обнял меня, сжимая так сильно, что я завизжала. — Боже, я даже не знаю… — Он обхватил мой затылок, понизив голос. — Я до смерти испугался.

— Я в порядке, — мой голос звучал приглушённо. — Что насчёт тебя? Ты должно быть…

— Со мной ничего. Даже не беспокойся об этом. — Его сотрясала дрожь. — Черт, котенок..

Я все еще молчала, когда он снова сжал меня, ощупывая, словно для того, чтобы убедиться, на месте ли мои руки и пальцы. Хотя, когда он поцеловал мои веки, я подумала, что заплачу, потому что его руки дрожали.

На нас направился свет четырех фар и обрушился поток голосов и вопросов. Ди первой вышла на сцену. Она упала рядом с Доусоном, схватив его за руку.

— Что произошло? — Спросила она.

— Кто нибудь скажет нам, что случилось? — появились Метью и Эш, любопытные и заинтересованные.

Ответил Эндрю.

— Я не знаю. У них было что-то, появившееся из дверей, когда мы их открыли. Это был какой-то спрей, но он не имел никакого запаха, и мы не видели его.

— Это было чертовски больно, — Доусон сел, потирая руки. — И только одна вещь может вызвать такие ощущения. Это Оникс.

Конечно, он знает, что это было. Я вздрогнула. Бог знает, сколько раз оникс был использован против него.