Чтение онлайн

Да еще непрерывные взгляды на стенные часы. Что? Так мало? Конечно, часы остановились... Нет, ОНИ идут...Как гласит поговорка: "A watched pot never boils"* . Боже, когда же наступит утро...

* Когда ждешь, время тянется очень медленно.

Инна прислушалась. Шорох, потрескивание... Там, в подвале, было слышно копошение этих отвратительных, жутких монстров.

Громкий скрип заставил ее испуганно подскочить.

Несколько минут она, как сумасшедшая, металась взад и вперед.

Я закричу, я закричу... Любой ценой

удержать себя в руках - если это не удастся, ОНИ легко проникнут сюда и схватят ее.

Уильям оставил на маленьком столике вечернюю газету.

Забыть об ужасе при помощи кроссворда... Распадается на мелкие кусочки... четыре буквы. Это скорее мягкое, чем твердое... семь букв. Взгляд на часы. Там, где не помогла книга, помог кроссворд - время пришло в движение. Дурак в сказках... шесть...

Шорох, на этот раз много ближе. ОНИ за дверью! Ужас внезапно полностью захлестнул ее, это было похоже на настоящее сумасшествие. С фонариком в руках она подбежала к двери, распахнула ее и направила поток света - словно луч смерти в темноту лестничной клетки. Ложная тревога. Там не было ничего. Замок люка, ведущего в подвал, был заперт. Как надгробная плита над могилой. ОНИ должны перестать буйствовать там, внизу. Что за дурные мысли лезут ей в голову. Наверху она в безопасности.

Комната была залита светом.

Инна вернулась к кроссворду. Дурак в сказках... шесть букв.

Так прошла первая ночь.

Как великолепны были лучи восходящего солнца.

Вторая ночь...

Трюк с кроссвордом больше не действовал.

Инне пришла в голову мысль взяться за палиндром.

В тот вечер, когда Уильям вдруг воодушевился этой странной игрой, Инна только презрительно пожала плечами.

Но палиндром поможет ей провести вторую ночь.

Палиндром - это слово или даже целый текст, в котором буквы как справа налево, так и слева направо расположены таким образом, что текст этот можно читать и слева направо, и справа налево.

Простейший пример: Анна.

Пример более сложный: кабак.

Это кажется детской игрой, но на самом деле это напряженное занятие, требующее ума, выдержки и везения.

После десяти, двадцати, тридцати попыток Инна сдалась. Снова и снова все блокировалось запутанным наложением букв в предложении. Но - какое чудо - когда она снова посмотрела на часы, она увидела, что прошло уже два часа. Нет, не то чтобы она больше не думала о них, потому что ОНИ не шли у нее из головы, но это были два часа без щелканья зубов, два прошедших часа...

С облегчением и даже с радостью она снова принялась за игру, теперь она с головой погрузилась в нее. Потом она испытала настоящее удовлетворение (и очень обрадовалась), когда создала этот палиндром: шалаш и казак, казак и шалаш...

Это, конечно, ничего не значило, но не в этом дело главное, палиндром!

Тут и произошла катастрофа: отключился свет.

Она крепко сжала фонарик.

Ей показалось, что из подвала послышалось сдавленное

хихиканье. Она взяла себя в руки. Владеть собой. Свет может включиться в любую секунду. Кроме того, она купила большой пакет свечей. Она зажжет их. Все вместе.

Она застонала, вспомнив, что пакет со свечами находится в выдвижном ящике кухонного буфета.

Этажом выше.

На площадке лестницы шорох. Боже мой! Если ОНИ подняли крышку люка, ведущего в подвал...

Она подскочила, распахнула дверь, ринулась вверх по лестнице, торопясь и спотыкаясь о ступеньки; она была вынуждена ухватиться за перила, чтобы не упасть - и вскрикнула: она выронила фонарик, который теперь, подскакивая, скатывался по ступенькам. Света больше не было. Стекло и лампочка разбились.

Бежать на кухню.

Прикосновение к пакету со свечами в кухонном буфете немного успокоило дикое сердцебиение.

Спички, быстрее...

Коробка была пуста.

Она вспомнила, что Уильям клал на буфет зажигалку. Она ощупала мебель пальцами, наткнулась на чашку, на вазу.

Никакой зажигалки. Конечно... Уильям взял ее с собой.

– О, Уильям, почему ты оставил меня одну?

Банг!

Удар тяжелой крышки люка подвала о стену; ОНИ открыли ее.

Кровь внезапно застыла в ее жилах.

И снова этот шорох на ступеньках лестницы, этот легкий топоток. Эта мерзость преследовала ее по пятам.

ОНИ схватят ее, визжа, потащат в подвал и еще глубже, чем в подвал, в свое царство, под землю. Потому что это было их целью: утащить ее в глубину, все глубже и глубже, в абсолютное ничто.

Подняться вверх... это единственная надежда на спасение.

Она поднялась еще на этаж. ОНИ карабкались за ней. У нее в голове была только одна мысль: не в подвал! Не в подвал! Все,что угодно, только не это: не в подвал...

Она поднялась еще выше.

Пока не достигла чердака.

Люк на крышу... Может быть, божественный свет луны и звезд...

А ОНИ приближаются.

Люк на крышу, путь к небу! Там ОНИ ничего не смогут сделать с ней, конечно, ничего, эти порождения ада...

Инна по лестнице выбралась на крышу.

В это мгновение перед ней все завертелось, все зашаталось. Она упала.

Но не вниз, а к звездам.

При этом она чувствовала, что это был не подъем, а падение.

Словно освободившись от земного тяготения, Инна падала в бездонную пропасть неба.

Это было падение, в которое они втянули ее. У НИХ никогда не было намерения тащить ее в подвал, туда, где для нее был "низ".

ВЕРХ и НИЗ для НИХ было одним и тем же.

Не было ни ВЕРХА, ни НИЗА. Потому что в священных манускриптах алхимиков, приверженцев Парацельса и Раймона Лулли, астрологов и геомантов, говорилось, что ВЕРХ - то же самое, что и НИЗ; так же как НИЗ - то же самое, что и ВЕРХ.

Макрокосмос и микрокосмос.

Как в палиндроме: что слева направо, что справа налево - все равно.