Омут
Шрифт:
– Коля уже пять лет как в могиле, - резко обрывает зама Олег, услышав имя бывшего мужа своей жены и отца любовницы.
– Так что мне плевать, что он в таких случаях делал. Хватит уже вспоминать его по поводу и без.
– Я просто хотел сказать, что, может, попробовать через его старые связи пробить информацию?
– Не лезь туда, Семён, и начни думать своей головой.
Старые связи Николая Отрадного отказались работать с новым владельцем бизнеса после его смерти. Посчитали Олега Королёва недостойным их общения и свалили в закат. Поэтому он лучше попляшет перед проверяющими органами, чем обратится к кому-то из тех, кто однажды повернулся к нему спиной.
–
– Работаем по старой схеме?
– Да.
Попрощавшись с замом, мужчина задумчиво хмурится и отпивает виски. Прежняя лёгкость и хорошее настроение растворяются, уступив место напряжённому размышлению. Упоминание Николая вслух всегда действовало на него подобно ушату ледяной воды, заставляя вспомнить упущенные из-за Отрадного годы и возможности. Услужливое сознание мгновенно подсчитывало всё, что он потерял, и в красках показывало картинки из прошлого. О том, как его предали. О том, как он пытался доказать свою невиновность, а ему никто не верил. О том, как жалел, что не успел отомстить Коле лично, пока тот был жив.
Новый глоток обжигает горло, но былого удовольствия не дарит, и Олег, поморщившись, ставит бокал на стол. По-хорошему нужно было встать с кресла и выйти на балкон, чтобы вместе с дымом развеять по воздуху и ненужные мысли, но взамен этого пальцы скользят по экрану, переключая смартфон на вторую сим-карту, и открывают приложение с мессенджером, где в чате с Алёной, на его последнем сообщении, по-прежнему горит всего одна галочка. Сверху же, под именем контакта, в строке, содержащей информацию о статусе пользователя, указано, что в последний раз Отрадная была в сети больше двух часов назад.
Где ты, девочка? Почему тебя всё ещё нет рядом?
Королёв набирает её номер и слушает гудки, пока робот не прерывает вызов фразой: "Абонент не отвечает, пожалуйста, перезвоните позже".
– Нет, Алёнка, я хочу тебя сейчас, - вслух проговаривает мужчина и набирает номер повторно.
Хочет сильно и много. Чтобы в её шепоте, движениях и взглядах чувствовать своё присутствие. Чтобы она перестала думать и отпустила себя в такт с ним, не пряча руки в длинных рукавах и глаза за распущенными волосами. Это ведь так просто, приятно до дрожи в пальцах и кратковременного помутнения рассудка.
– Абонент не отвечает. Пожалуйста…
Ему нравится, когда Алёнка смотрит прямо и шумно дышит. Когда она кусает губы, сдерживая громкие стоны, и с готовностью отвечает на поцелуи. Они всегда отдают какой-то обречённостью напополам с драматичностью, но даже в этом есть свой кайф, от которого он пока не готов отказаться.
– Абонент не отвечает…
У Олега иногда проскальзывала крамольная мысль о том, что та неудачная попытка попрощаться с жизнью случилась как нельзя кстати. Тогда Отрадная считала его, если не врагом, то кем-то очень на него похожим. При каждой встрече бросала взгляды, в которых он видел её отца, и старалась лишний раз не контактировать. А после окровавленной ванны, больницы, истерик Инны, для которой мысль о том, что её дочь имеет суицидальные наклонности, была невыносимой, подпустила к себе чуть ближе. Позволила проявить заботу.Доверилась.
– Абонент…
Доверилась настолько, что для Королёва это стало полной неожиданностью, но надо заметить весьма и весьма приятной неожиданностью. Она неосознанно искала в нём поддержку, понимание и внимание, особенно после того, как Инна, последовав его настойчивым советам, избавилась
– Да?!
Чужой мужской голос, раздавшийся в динамике, на долю секунды выбивает из равновесия. Олег отводит руку со смартфоном от лица и проверяет номер телефона, но не видит на экране ничего нового. Ничего, что бы указывало на ошибку в наборе цифр. Ничего, что бы могло объяснить почему на его звонок вместо Алёны отвечает кто-то другой
– Алло?!
– тем временем рявкает незнакомец.
– Я вас слушаю!
Мужчина скидывает ноги со столика и меняет положение тела с полулежачего на сидячее. Ему бы спросить о том, кто с ним разговаривает, узнать при каких обстоятельствах телефон Отрадной оказался в чужих руках и чуть расслабить плечи, но получается всё с точностью наоборот. Язык прилипает к нёбу, а лопатки сводит из-за того, что он напряжённо выпрямляет спину.
Кто с тобой, девочка?
– Алло?!
Голос у чужака хрипловатый, молодой, уверенный. В словах слышится раздражение и усталость, которую он маскирует за резкостью. Олегу такая манера разговаривать кажется немного знакомой, но вполне возможно, что это влияние выпитого виски.
На кого ты меня сегодня променяла, Алёна?
Королёв бросает взгляд на часы, стрелки на которых близятся к полуночи, и снова тянется к бокалу. Потому что горло неожиданно перехватывает чем-то подозрительно похожим на злость и мешает дыханию. Мешает спокойствию и самообладанию. Мешает всему, на чём строится его жизнь. Поэтому нужно побыстрее протолкнуть это гадкое ощущение хоть чем-нибудь и вернуться в прежнее состояние, в котором он обязательно сможет найти логичное объяснение происходящему. Оно должно быть, иначе…
Осушив содержимое бокала до дна одним глотком, мужчина морщится и тянет носом воздух, а вызов вдруг сбрасывается, оставляя его одного в полной тишине. И только в сознании эхом всё ещё отзываются, произнесенные чужаком, слова.
– Кто же ты такой?
– спрашивает в пустоту Олег, набирая номер Алёны уже в пятый или шестой раз за вечер, но в динамике раздаётся механическое "абонент временно недоступен" и приходится отключиться.
Приходится отложить в сторону смартфон и встать на ноги, чтобы впустить в комнату свежий воздух. Приходится смириться с тем, что сейчас он так и не узнает, кто ему ответил вместо Отрадной. Приходится допустить мысль, что сегодня она не придёт и отогнать ту, которая утверждает, что сегодня она про него забыла.
Что сегодня она не его.
54. Алёна
Последняя улыбка золотого мальчика, а точнее ломаная усмешка, которую она видит перед тем как зайти в подъезд, не даёт Алёне покоя. Она думает о ней, пока ждёт лифт, пока доезжает до своего этажа и пока открывает входные двери. Что-то в этой усмешке было не так. Что-то неуловимое и очевидное одновременно. Что-то, что Отрадная не видит в упор, но почему-то чувствует. Чувствует на подсознательном уровне или может даже глубже.