Чтение онлайн

– Что же у меня внутри?

Вдруг меня толкнул дедушка с сумкой через плечо

– Эй, ты юнец! Прочь с дороги! Задерживаешь всех! Нам пора уже ехать! – он пробурчал это и еще раз меня толкнул, наступив мне на ногу.

В этот день я видимо стал мешать всем. Мне не захотелось больше разговаривать с шофером, но даже и не представляет, что может твориться внутри у меня. Общество стало осознавать присутствие Нодермана.

Думаю, это их пугало, меня тоже вводило в страх, но единственный путь был через все границы проникнуть в замок Нодермана и освободить О. Вот эта идея вдруг меня осенила, она завладела мной, как нечто огромное. Я стал одержим ей с того, самого дня. Прозвучала песня на весь автобус:

–О. мы раньше встречались?

– Да! В один вечер я протянула к тебе руку, и ты уже не смог больше меня забыть.

– О. самое близкое! О. самое родное!

Водитель вдруг резко заглушил музыку, нажатием кнопки слева и объявил:

– Кто там требовал остановку на «Млечной, 33».

Резко я поднялся со своего сидения и направился уже к выходу, но шофер повысил голос:

– А заплатить? Или ты думаешь, я здесь катаю всех бесплатно?

– Сейчас я вам все оплачу! «Что же так кричать на меня?» —ответил тихо я и протянул несколько монет водителю.

– Вот твой талон. «Как условились!» —он протянул мне мятую бумажку с цифрами и открыл мне двери. Вышел я из автобуса с огромным чувством вины, что хотел просто не заплатить этому шоферу, который пробрался ко мне внутрь и хотел что-то там расписать по своим правилам. Но Нодерман мне посоветовал, без вины будет проще. Тогда все, что оставалось мне, так это быстро выпрыгнуть из автобуса. Передо мной оказалась огромная аллея из деревьев, на одном из деревьев был указатель, на нем надпись «Дом Типонгуса». Мне ничего не оставалось, как следовать по этой дороге. На асфальте были выложена точная копия моих следов от ботинок. Но этот путь я совершаю первый раз в своей жизни, что может повлечь за собой новое испытание.

Дорога у меня заняла около двадцати минут, и я уже увидел очертания дома, в который мне следовало постучаться. Руками я нащупал в рюкзаке книгу, проверить взял ли я ее с собой. Маленькие кирпичи преграждали мне путь, потом вокруг дома было расчерчен пунктир белой краской по всему периметру дома. На заборе висела табличка: – Осторожно, опасно! Но меня не смутило это, хотя чувство страха спустилось вниз моего живота, потом поднялось к грудной

клетке и перекрыло мне дыхание. Все же я решил повернуть табличку другой стороной к забору и пройти, так, будто я вовсе ее не замечал. Мне удалось, и я трижды постучал в дверь крючковатым кольцом, которое сопереживающее смотрело на меня. Не успел я постучать, как мне уже открыли тяжелую дверь.

На пороге, застывшем образом, стоял Типонгус в огромном халате, которые немного был раскрыт, и часть иссохшего тела показывалось наружу. Такие глаза, которые изучали меня и пытались мне ответить, но губы исказились, и он не мог вымолвить ни слова. Он мне только указал на стол по центру его комнаты. Дверь еще больше распахнулась, и я без приглашения вошел. Сначала я огляделся, смотрю, повсюду были развешены разные темно-серые костюмы, галстуки, которые свисали с люстры, а на плите кипятилась вода в кастрюле. Мне чувствовалось, что разговор будет долгим, и я обнаружил крошечную скамейку, обмотанную шерстяным платком, и сел на неё. Потом ко мне подошел Типонгус и возвысился надо мной, его голос прорвался сквозь огромный вдох:

– Где ваша книга, которую вам подарили? Где?

Такой прямой вопрос меня взволновал, как он мог так быстро догадаться, что я пришел ему к нему с этой книгой.

– Да, мне подарили одну книгу и дали ваш адрес. Мне сказали, что вы сможете мне помочь с расшифровкой нот.

– А талончик? Тебе передали талон с цифрами? – возмутил Типонгус.

– Да, и талон есть! – ответил и достал из кармана этот маленький кусочек бумажки. – Что это все значит? Как меня часто тревожили такие четкие вопросы, и он на меня наползал всем своим силуэтом. А я сидел на этом крошечной скамейке и чувствовал, как меня допрашивают. Потом решил молчать, а только улыбаться. Так где-то внутри меня появилась эта улыбка, она проскальзывала на моем лице и придавала мне достаточно глупый вид лица.

–Доставай книгу, мне знаешь, не особо есть дело и время на твои глупости, которые ты пытаешься изобразить здесь. Видишь, у меня здесь все сохнет. Утром прорвало крышу, пошел дождь и все замочил. Сейчас я кипячу воду, чтобы создать паровой эффект комнаты. Некий парник. Ты вообще крыши можешь чинить?

– Нет, не могу. Только иногда могу пришить себе пуговицу к рубашке, но крыши, зачем мне уметь чинить крыши? – возмутился я.

Конец ознакомительного фрагмента.