Чтение онлайн

Наконец журналистов попросили покинуть зал, и те неохотно направились к лифтам. Многие из гостей не желали попадать в объективы, афишировать свои связи и потому в присутствии журналистов держались особняком, но теперь можно было чувствовать себя вполне раскованно. После ухода репортеров публика оживилась, заиграл оркестр и некоторые пары решили потанцевать.

Рыжая дама заметила сигнал, поданный ей из зала Эдди Нечаевым, тем самым устроителем вечера и хозяином кабинета, в котором она находилась. Дама допила свою водку, затушила окурок и вышла из кабинета, накинув на плечи шаль в тон платья. Рыжеволосая красавица

скинула ее, лишь взяв с подноса бокал шампанского. Присутствующие оторопели. Алину Малахову, жену лучшего российского ювелира, знали все, и даже иностранные гости. Она несколько лет была представителем всемирно известной фирмы по продаже драгоценных камней «Де Бирс» в торговых домах Лондона и Парижа. К этому следует добавить, что иностранные гости не присутствовали в фойе, где произошла кража века. Соотечественники отнеслись к увиденному по-разному. Но как бы кто ни отнесся к появлению Алины с таким украшением, все должно остаться в стенах, куда допуск получали избранные. В свете не принято выносить сор из избы.

Алина не успела допить свой бокал, как к ней подошел мужчина лет пятидесяти со смуглой кожей. Несмотря на европейский облик, в нем угадывалась арабская кровь.

– Вы позволите пригласить вас на тур вальса?

– Разумеется, – ответила красавица.

Они вышли на площадку и закружились в танце.

– Что скажете, ваша светлость? – спросила дама.

– Шедевр. Это то, что удовлетворит требование принцессы и принца. Во всяком случае, он будет спасен от неминуемой гибели.

– Вот видите. Бриллианты способны не только убивать, но и спасать жизни хорошим людям.

– Абу Фат-младший прибудет в Москву через неделю. Вас эти сроки устраивают? Через полмесяца его свадьба.

– Я помню, уважаемый Мухамед бен Талал. Моя фирма не подводит своих клиентов.

Танец закончился, и дама попала в руки другого партнера. Теперь Алина танцевала с банкиром Фельдманом.

– Могу я задать вам нескромный вопрос, Алина Борисовна?

– Конечно, Саул Яковлевич. Банкиры скромных вопросов не задают.

– Мы знаем о существовании гарнитура «Око света». Ожерелье, серьги, браслет. Его сделал ваш муж, и гарнитур был выставлен в вашем салоне. Его многие видели. Сейчас я его вижу на вас. 224 камня в ожерелье, 72 в браслете плюс серьги. Кажется, уникальный гарнитур весит полторы тысячи карат.

– Больше. Зачем вам эта арифметика?

– Два часа назад этот гарнитур был на Анне Гурьевой. Она куда-то исчезла вместе с мужем, а наряд оказался на вас. Как такое возможно?

– Очень просто. Анна перепила, и муж отвез ее домой. Но гарнитур хотели увидеть многие, и я продолжила его демонстрацию. Исполняю роль манекена.

– Это понятно. Значит он ваш. Мы же не дети и понимаем, что такой товар не делают на продажу, а выполняют на заказ. Вы не смогли бы купить такое количество бриллиантов на свои средства. Мы, банкиры, знаем, кто каким капиталом владеет. Но Гурьев не мог заказать вам подобный гарнитур. Он на грани банкротства…

– Не он, а ваш банк, господин Фельдман. Это разные вещи.

– Гурьев воспользовался случаем и взял деньги из банка. Бессрочный, беспроцентный кредит, который не хочет возвращать. Сто миллионов. Банк едва держится на плаву, а Гурьев жирует, покупая новые акции за проценты вместо того, чтобы гасить кредит.

– Он

председатель. Вы сами его выбрали. Не пускайте слюни, убейте его и успокойтесь.

– Тогда мы не вернем свои деньги. С трупа ничего не возьмешь. Я думаю, гарнитур он взял у вас напрокат. Хороший маркетинговый ход. Пустил вкладчикам пыль в глаза. Но вы не могли доверить ему бриллианты без залога, а он ничего не мог вам предложить, кроме акций алмазных копий в Анголе, на что потратил банковские деньги.

– Допустим, что так. Эти акции сейчас стоят не сто миллионов, а на порядки больше.

– Но они именные. Вы ими не можете воспользоваться, а мы можем. Как правопреемники в случае его смерти. Он не погасил кредит, его имущество пойдет в счет погашения кредита.

– К чему вы клоните, Саул Яковлевич?

– Бриллианты на вас. Залог в ваших руках. Он вам не может вернуть бриллианты, которых у него нет, а вы не отдадите ему залог на законном основании. Мы же, в отличие от вас, можем реализовать акции. Разница пополам.

– Делите шкуру неубитого медведя? Какой вы предсказуемый, Фельдман. Я подумаю над вашим предложением, а вы держите язык за зубами. С вашими клыками лучше не ввязываться в драку. Разорвут!

Танец кончился, и Алина отошла в сторону. На нее с восхищением смотрела Юлия Баскакова.

– А ты мастерица шокировать публику, – улыбаясь, сказала галерейщица.

– С детства обожаю эффекты, – взяв бокал, улыбнулась Алина. – Взгляни на их лица. Они подыхают от любопытства.

– Так удовлетвори несчастных.

– На всех у меня не хватит времени, придется исчезнуть так же внезапно, как и появилась. Того и гляди сыщики нагрянут к нам в гости.

– Тебя не смущает такое количество свидетелей?

– Ничуть. Их показания ничего не стоят.

– На случай неожиданности есть дежурная команда.

– Надеюсь, ничего экстраординарного не произойдет.

Оркестр заиграл медленный танец, и возле красавицы в бриллиантах как из-под земли выросла очередь поклонников, желающих пригласить ее на танец. Алина выбрала элегантного мужчину лет пятидесяти с красивым лицом, которое портили оспинки.

– Вы обворожительны, Алина Борисовна. Если Анну это ожерелье украшало, то с вами все наоборот. Вы придаете бриллиантам то, чего им не хватает.

– Чего же?

– Жизни. Они только камни.

– У адвокатов всегда ограничена фантазия, потому что они привыкли отталкиваться от фактов. От всего земного, а потому очень скучного. Анна плохо себя почувствовала и попросила меня приехать и заменить ее на банкете. Разумеется, ждать меня она не стала и уж тем более не доверила бы мне свои бриллианты. Я сняла это ожерелье с витрины своего салона. Стекляшки. Образец из алмазов Сваровски. Пользуюсь тем, что здесь нет специалистов.

– Феноменально! Однако я вижу представителей «Де Бирса». Уж они знают толк в бриллиантах.

– Я их тоже видела, но танцевать с ними не стану. А потом, они не говорят по-русски и вряд ли кто-то из наших матрон обратится к ним за консультацией. Они доверчивы как дети. Верят своим глазам и языкам. Будет о чем поболтать.

– Вы хотите, чтобы ваша версия сработала и пронеслась по сарафанному радио?

– Для того я и пошла с вами танцевать. Лучше вас, Гурген Вартанович, никто не умеет пользоваться испорченным телефоном.