Океан

Утро рыбаки, ихтиолог, и писатель встречали на палубе рыболовного судна. Солнце согревало, а облаков пока что было не видно вокруг на небе. Уже несколько дней они находились в Атлантическом океане. Писателя взяли на судно по его же просьбе, к которой было добавлено небольшое вознаграждение. Он хотел описать изнутри быт, жизнь команды, процесс ловли глубоководных рыб. Но сегодняшняя утренняя ловля принесла необычный результат. В сети попала Psychrolutes Marcidus, известная в мире как рыба-капля. С одной стороны в этом нет ничего особенно, потому что порой рыбаки вытаскивают на поверхность эту причудливую, придонную морскую рыбу. А с другой стороны, есть несколько странностей в этом улове сегодня.

Первое – рыба-капля имеет другой ареал обитания и встретить ее в Атлантическом океане практически невозможно, так как она обитает у побережья Австралии и Тасмании. Но предположим, что каким-то образом рыба смогла сегодня оказаться здесь, но есть второй фактор – размер. В выловленной сегодня утром рыбе нет стандартных для нее тридцати-сорока сантиметров в длину и десяти-пятнадцати килограммов в весе. Она скорее походила на взрослую, крупную белую акулу по этим параметрам.

– Какая-та грустная рыбина, – заметил писатель.

– Это ее обычный вид, – ответил на реплику писателя ихтиолог, – она так устроена. У рыбы-капли постоянно такое «грустное», «хмурое» выражение лица. Вот это вот, – он показал на выпирающий спереди отросток, – можно сказать, нос, точнее похож на нос, по бокам – два глаза. Как видно, их диаметр мал, но это лишь на поверхности. Когда рыба на глубине, то они выходит из орбит.

– Нет, но морда похожа на человеческую.

– Спорить не буду, – улыбнулся ихтиолог.

– А почему она похоже на…желе или студень? – не унимался писатель. Капитан и рыбаки стояли и молчали.

– Это помогает ей оставаться на плаву. Ведь плотность ее меньше, нежели плотность морской воды. У рыбы-капли отсутствует плавательный пузырь. Она медленно плывет по дну, – ихтиолог активно показывал руками, одна из которых была «дно», а другая – «рыба-капля», – разинув пасть, чтобы добыча, в основном беспозвоночные, сами попадали ей в рот. Кстати, очень заботливые рыбы…сидят на икринках до тех пор, пока те не вылупятся, да и после рождения, остаются рядом с потомством. Но вот что она делает в данном районе, хотя…ее вроде бы здесь, в Атлантическом океане, и встречали, как и в Индийском… Да и размеры такие…

– А какая она? – спросил один из моряков.

– По размерам?

– Да.

– Ну вот такая, – ихтиолог показал руками примерную длину, – килограмм десять, может чуть больше.

– Может ее выпустить? – предложил писатель.

– Я только…

– Если она такая редкая, – перебил капитан судна ихтиолога, – то мы ее привезем на берег, покажем всем. Да и денег поднимем, в газеты попадем.

– Так сфотографируйте ее и все. Также попадете в газеты, – сказал ихтиолог.

– Это не то. Фотографию сделают на берегу. Для себя мы, конечно, сейчас сделаем, но основная будет на берегу.

– А разве нам ее возможно довести, даже если захотеть? – заметил ихтиолог не переживающей интонацией, а больше саркастической, – и да, полейте ее водой.

– Заморозим, – вставил один из моряков в кожаной жилетке, который и зачерпнул ведром воды и полил рыбу.

– Невозможно, – сказал капитан, – холодильник практически полностью заполнен уловом и терять его даже ради такого… Нельзя.

– Он съедобен? – спросил писатель, указывая на рыбу-каплю, – точнее она, – он не мог отделаться от ощущения, что рыба схожа с человеком.

– Да. Азиаты считают ее деликатесом, – ихтиолог только и делал что отвечал на вопросы, – остальные не особо, так сказать, ее признают и употребляют.

– Так что будем с ней делать? – допытывали матросы.

– Сначала точно фотография, —сказал капитан, а потом выкрикнул, – несите фотоаппарат!

Один из рыбаков быстро сбегал за фотоаппаратом. Все, кто был на судне, встали вокруг рыбы, что лежала на палубе.

Кто-то взял в руки багор, кто-то гарпун, кто-то закурил, а кто-то остался без атрибутов. Ихтиолог и писатель, как два близких по духу человека держались рядом и встали с краю. Рыбак установил таймер на фотоаппарате на несколько секунд и быстро встал к остальным. Как только все собрались тут же в глаза ударила вспышка, раздался щелчок и фотография была сделана. Через секунду она вышла наружу из фотоаппарата. На фото вся команда улыбалась и размахивала руками, писатель и ихтиолог стояли спокойно, немного улыбаясь краями губ, смотрели в объектив. И только рыба-капля была, как показалось всем, грустная, но смотрела туда, куда и все.

После фотографирования все чуть разбрелись по палубе, а саму фотографию, после того как все ее посмотрели, капитан забрал себе.

– И все же, что будем делать с ней? – один из рыбаков пнул ногой рыбу, что она вся зашевелилась.

– Не нужно так делать! – злым тоном обратил внимание на действие, как кажется, самого молодого члена команды, ихтиолог, – а рыбу выпустите на волю обратно в океан, – сказал он, уже обращаясь к капитану.

Капитан подумал (или сделал вид что подумал), а затем спросил у ихтиолога.

– У этой рыбы…на эту рыбу охотятся хищники или другие обитатели океана?

– До конца, да, наверное, даже и до середины, эта рыба не изучена. Возможно, и есть те, кто на нее охотиться. Говорили о разных, более крупных глубоководных рыбах. Но, сами понимаете, что на километровой глубине живности в разы, в десятки раз меньше, чем наверху, у поверхности воды. Сегодня, сейчас главный враг рыбы-капли – человек. Ловя крабов, омаров эти рыбы частенько попадают в сети рыбаков. Так что…опаснее нас для нее никого нет.

Ихтиолог закончил и отошел к краю кормы, где стоял писатель, наблюдавший за всем со стороны.

– Умные эти ученые, – с издевкой громко сказал капитан и команда, словно по команде, засмеялась.

– Уж поумнее некоторых, – тихо сказал ихтиолог, подойдя к писателю. Тот усмехнулся, а затем спросил:

– А вы что здесь забыли? – между рыбаками шло бурное обсуждение о том, что же делать с рыбой-каплей, поэтому вниманию на пару стоячих в стороне мужчин никто не обращал.

– Эти мне неплохо платят, – он вяло указал рукой в сторону капитана и команды, – я совмещаю, так сказать, приятное с полезным. Люблю море, океан, мир подводный. Ну и не сидеть же постоянно за книгами и прочим. А им нужен был человек, который разбирается во всем этом «рыбном» деле. Рыбакам нужен специалист по рыбе, – усмехнулся ихтиолог, – о, смотрите, – он показал на проплывающий окурок, – вот так и загрязняется все. Начинают с окурков и пустых бутылок из-под алкоголя, а заканчиваю черти знают чем… Так вот, – после небольшой паузы вернулся к тому с чего начал ихтиолог, – они же что только не вылавливают. Поэтому я здесь для того, чтобы отвечать им на два вопроса: «Что это за рыба?», ну этот вопрос для проформы, а вот «Насколько она ценна?», естественно в материальном плане, вот этот вопрос действительно важный, – с сарказмом сказал ихтиолог, – хорошее занятие, хорош…, – он прервался и развернулся в сторону скопления людей, – что вы сказали!? – прикрикнул ихтиолог.

– Во-первых, на пол-такта ниже, товарищ ихтиолог. А во-вторых, все вы правильно услышали – мы сажаем рыбу в сеть, бросаем в воду и тянем за собой до берега, – ответил ему капитан.

– Нельзя же так обращаться с рыбой. Представьте, вас бы туда посадили.

– Ну не меня же поймали. Рыбы глупые поэтому их и ловят. Не переживайте, вы же говори, что она постоянно плетется по дну. Ну вот мы ее и разгоним, – посмеялся капитан над фразой, и вновь, будто по отмашке, следом посмеялась команда.