Охотник на демонов 2

Глава 1

Сознание возвращалось рывком, словно меня выдернули из темной, ледяной воды. Первым было ощущение камня, на котором я лежу. Я лежал на том же алтарном столе в центре Зала Усмирения. В голове гудело, во рту стоял отвратительный привкус.

Я попытался сесть, но тяжесть во всем теле не позволила даже приподнять голову. Я попробовал пошевелить руками и ногами, и только тогда понял, насколько все изменилось. Кожаные ремни

исчезли. Вместо них мои запястья, лодыжки и грудь были опутаны тяжелыми, толстыми цепями, уходящими прямо в пазы на каменном столе.

Это был не просто металл. Он был мертвенно-холодным, и каждый его виток, казалось, высасывал из меня силы. Поверхность цепей покрывала мелкая, едва заметная гравировка — непрерывная вязь незнакомых мне символов, тускло светившихся в полумраке зала. Они не просто держали меня — они меня подавляли. Моя антимагия, моя внутренняя пустота, обычно готовая вырваться наружу, теперь была заперта, задавлена весом и магией этих оков.

Воспоминания обрушились на меня: горькая настойка, вспышка света… и панические крики.

«Это печать! Он ДЕМОНОПОКЛОННИК!»

Паника ледяной волной прокатилась по телу. С самого начала это была ловушка? Лису обманули, или она была частью этого? Нет, она не могла. Она ведь меня предупреждала обо всем этом. Кайл предупреждал. А может она специально? Нет, это бред, она точно не могла этого сделать. Нет это бред. Может приняли меня за другого? Ошиблись?

Как в это даже самому не верилось, а значит мне не поверят, что я бы не сказал. Они меня считаю демон поклонником.

Тяжелый засов за дверью скрежетнул, и дверь со скрипом отворилась, впуская полосу тусклого света. Вошли двое. Первым был брат Матвей, его лицо было все таким же бесстрастным, но в глазах горел лихорадочный блеск исследователя, совершившего великое и ужасное открытие.

Второй был его полной противоположностью. Высокий, широкоплечий мужчина в черной рясе, поверх которой был надет серебряный нагрудник с выгравированным на нем символом пылающего меча. Его лицо, с резкими, словно высеченными из гранита чертами и коротко стриженной седой бородой, не выражало ничего, кроме абсолютной, непоколебимой уверенности в своей правоте. От него веяло властью и угрозой.

— Это брат Валаам, — представил его Матвей, подойдя к алтарю. — Он желает с тобой поговорить.

Монах подошел вплотную и навис надо мной. Его тень полностью накрыла меня.

— Охотник Зверев, — его голос был низким, рокочущим, как камнепад в горах. — Ты обвиняешься в ереси, сокрытии своей демонической природы и служении врагу рода человеческого.

— Служение…Врагу….безумие, — прохрипел я, тщетно пытаясь дернуться в цепях. — Я — охотник. Сражаюсь с демонами, чтоб их искоренить!

— Ты сражался с низшими тварями, чтобы отвести от себя подозрения, — отрезал Валаам. — Для высших

демонов, эти твари ничего не значат. Ритуал не оставляет сомнений. Твоя так называемая «антимагия» — не врожденный дефект. Это Клеймо. Печать одного из высших демонов, вживленная в твою душу. Она пожирает святую магию и оскверняет, что мы и наблюдали, когда ты чуть не уничтожил этот зал. Ты — бомба замедленного действия, спящий агент, но мы тебя раскрыли.

Я смотрел на него, и ледяной ужас сковал меня сильнее любых цепей. Они не просто ошибались. Они создали целую теорию, логичную и стройную в своей фанатичной паранойе. И у них были «доказательства».

— Это бред, — яростно прошептал я. — Если б я был их агентом, зачем мне приходить к вам, сюда? Я пришел добровольно за помощью!

— Демон всегда лжет, — монах произнес это как непреложную истину, его взгляд был подобен стали. — У тебя есть два пути, носитель Клейма. Первый — путь раскаяния. Ты добровольно расскажешь нам все: имя своего хозяина, цель твоего внедрения, известных тебе других агентов. После чего твоя оскверненная душа будет предана Очищающему Пламени. Твоя смерть будет быстрой.

Он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза.

— Второй путь — упрямство. Ты останешься здесь, на этом столе, и будешь подвергнут Дознанию. Мы все равно получим ответы на наши вопросы. Поверь мне, в мы умеем развязывать языки. Но этот путь будет долог. И очень, очень мучителен. А в конце тебя все равно ждет пламя.

Он развернулся, чтобы уйти.

— Я даю тебе время до рассвета, чтобы ты сделал выбор между быстрой смертью и агонией. Подумай хорошо. Раскайся и покайся в грехах своих.

Дверь захлопнулась, погружая зал в почти полную темноту, нарушаемую лишь тусклым свечением на моих цепях. Я остался один, прикованный к холодному алтарю, заклейменный как монстр. Из охотника я превратился в жертву. И у меня было всего несколько часов, чтобы найти выход из ловушки, у которой, казалось, не было ни одного выхода.

Время в подземелье текло иначе или мне так казалось. Здесь не было ни дня, ни ночи, лишь вечный, давящий полумрак и тишина, густая, как смола. Я не знал, сколько прошло времени — час или три, — но холод камня успел пробрать до самых костей, а тело затекло от неподвижности.

Первоначальный шок сменился холодной, яростной злобой. На них, на себя, на весь этот проклятый мир.

Я — демонопоклонник? Я, потерявший в детстве семью? Я, посвятивший жизнь тому, чтобы истреблять этих тварей? Бред! Фанатичный, жестокий бред.

Я снова и снова прокручивал в голове слова Валаама. «Клеймо Архиврага», «спящий агент». Они не просто обвиняли, они верили в это. Их ритуал, их настойка что-то во мне всколыхнула, показала им то, что идеально легло в их картину мира. Но что? Что они увидели?