Охотница

Василиса?! Премудрая и Прекрасная! Прямо я. Ага-ага! Мое имя Неудача, а фамилия Лузерова. Потому что мой первый рабочий день сразу же превратился в День позора.

Как говорится, ничего не предвещало. Первым клиентам, молодой, дорого одетой паре, поулыбалась по инструкции, «чего изволите» и тридцать три китайских поклона отвесила, принесла заказ.

– Что-нибудь еще будете? – уже почти искренне желая им приятного времяпрепровождения, задала очередной дежурный вопрос.

– Спасибо, пока не нужно.

– Если понадоблюсь, просто

нажмите вот эту кнопочку на столе!

– Мы в курсе, – от холодной вежливости ответа мне стало не по себе, будто обдало порывом ледяного ветра. Сколько же мне еще нужно наращивать толстую шкурку, которая способна защитить от унижений и пренебрежения?!

До поступления сюда я и понятия не имела, что можно вот так просто вызвать официанта. Нет, я, конечно, знала, что сейчас никто не кричит на весь зал: «Эй, человек!» Но все же…Задумавшись, я не заметила, что шнурок на одном мокасине развязался и при моем следующем шаге метнулся вперед, соорудив настоящую ловушку.

Я наступила на него и упала. Хотелось бы сформулировать это событие вот так просто и буднично. Но увы. Еще во время моего свободного падения тарелки слетели с подноса и превратились из обычных в летающие. Спасибо, что траекторию чудом они выбрали по прямой, то есть ровненько по проходу, счастливо минуя ноги и дорогую обувь посетителей. Сам поднос я тоже не удержала, и он с оглушительным металлическим звяком грохнулся о пол.

А я не растянулась драным ковриком во всю длину, а приземлилась на четвереньки, ударившись коленками. Больно и так позорно – не передать! На мгновение даже забыла, как дышать и замерла в страхе. Сейчас мою пятую точку, копилкой торчащую кверху, лицезреет половина зала. И наверняка, кто-то уже нацелил камеры, чтоб выложить в инсту с подписью – «Ржака. Официантка жжет»

Эмоции захлестнули меня. От испуга я решила, что это конец моей карьеры, неожиданно пришла помощь.

– Давай руку!

В мелодраме наверняка бы сейчас подавал руку принц, сбежавший из дворца, чтоб почувствовать вкус свободы и кофе. И тогда бы я увидела свое отражение в начищенных до зеркального блеска туфлях из кожи какого-нибудь экзотического животного. Но я не в мелодраме, и поэтому у меня перед носом обычные черные мужские туфли и форменный красный передник. Свои.

С поспешностью обезьянки я ухватилась за протянутую руку и, покрываясь багровыми пятнами стыда, поднялась.

– А ты молодец!

Странно, в голосе нет насмешки, лишь легкая ирония.

– Чего это? – буркнула я, сгорая со стыда.

– Приземлилась, как кошка на все четыре лапы.

– Смешно.

Галантный коллега вдруг резко отошел от меня, оставив в душе след горького недоумения. Забыв о погроме, я хотела услышать еще хоть одно сочувственное слово. «Как цветок в пустыне, жаждущий хоть каплю влаги», – с пафосом страдальчества подумала я.

Однако акция по спасению меня продолжалась.

Я оглянулась. Мой рыцарь Красного фартука буквально навис над прыщавым, тощим модником, разряженным, как гей на вечеринке единомышленников.

– Я русским языком сказал – у-да-ли!

– Ты хочешь вылететь отсюда? Ты кто такой вообще?! Официантишка! Вот и знай свое место! – не ожидавший, что официант

посмеет чего-то требовать от клиента, слово которого, как известно, закон, мажор сорвался на фальцет.

– Я сниму фартук и перестану быть официантишкой. А ты как есть муфлон, так им и будешь. Сейчас выволоку тебя за твои крашеные патлы и начищу рожу, как медный самовар! Нечего позорить девчонку!

Я стояла ни жива ни мертва, изумленно распахнутыми глазами наблюдая за пока еще словесной баталией. За меня никто никогда не заступался.

Надо бы быстренько постараться убрать следы преступления, а я не могу сдвинуться с места.

Наконец, мажор с недовольной физиономией удалил позорящие кадры, и спаситель вернулся ко мне, выводя из ступора.

– У меня сегодня день плохой, – с извиняющейся улыбкой я попыталась оправдать свою слоновью неуклюжесть.

– Он только начался, а ты уже ставишь на нем крест, – улыбнулся парень.

– Сейчас выскочит менеджер и поставит крест на мне, – обреченно вздохнула я. К тому же мажор еще может масла подлить. А кому нужен сотрудник, вокруг которого с первого дня клубится облако проблем?

– Я скажу, что случайно тебя толкнул. А убыток поделим пополам, – предложил вдруг он. – Давай убирать.

Он присел на корточки, подавая пример, и начал собирать на поднос осколки.

– Ну нет! Помог – спасибо большое. Я не представляю, что было бы, если б по интернету начал гулять мой торчащий кверху зад. Но деньги –нет, – я решительно замотала головой.

– Странно, обычно девушки не отказываются от денег, – провокационно улыбнулся мой нежданный помощник.

– Я необычная девушка, – перебираясь от черепка к черепку, вполголоса заявила я. А потом вдруг сообразила, что мы два идиота, и поспешила поделиться этой новостью с ним.

– Слушай, а почему мы руками собираем? Можно же на совок смести это все?

– Можно. Но так интересней. И мы пообщались немного. А вообще я ждал, когда ж ты сообразишь, – он опять усмехнулся, а у меня в животе вдруг зашевелились бабочки. Было в этом парне что-то такое, что заставляло сердце быстрей биться. Нет, конечно, в первую очередь это от стресса… Но голубые глаза, в которых не было, как я называю, голодного блеска, не было угодливости и обиды на судьбу из-за своего незавидного положения. Только спокойная уверенность и ироничность.

– Я сейчас принесу совок и щетку, – смутившись от собственных мыслей, боясь, что они могут у меня отпечататься на лице, я резвым кабанчиком метнулась в подсобку.

Убирать остатки погрома мне пришлось уже в одиночку и в одиночку огребать. Лариса, менеджер, уже стояла на месте моего преступления, и едва не облизывалась плотоядно. Еще с первого взгляда на нее я поняла, что передо мной вампирша. Ей доставляет удовольствие вонзить свое жало (простите, язык) в кого-нибудь и выпустить яд. Стройная, даже суховатая, с черными смоляными волосами, она казалась воплощением ненависти ко всему живому. Хотя чуть позже поняла – шпыняет она только девушек – волосок из прически выбился, бейджик не идеально ровно висит, макияж чуть более яркий – получите выволочку. Сейчас она ждала меня, чтоб раскатать в блинчик, безвольный и безропотный.