Огонь для ее льда
Шрифт:
— Ты оказывается не только за мной приглядываешь. Шахты тоже под твоим чутким руководством.
Она без труда угадала, что попала в цель своим едким замечанием. Соул напрягся и от него буквально хлынуло вселенским холодом, как бы не противоречиво это звучало.
— А кто должен был этим заниматься? Может твой синеглазый молокосос Гэнс?
Кит обернувшись презрительно скривилась, еще больше злясь от того, сногсшибательно выглядел в огнях Сайконга тот, кто неожиданно вторгся в ее жизнь несколько лет назад. Он все перевернул с ног на голову, а уж в последнее время Соул спутал
— Не говори так о нем! Гэнс тебя не касается! Это закрытая для тебя тема.
Черты лица исказились от ярости, Соул вцепившись ей в локоть, дернул Кит на себя и свистяще прошипел.
— Не указывай мне, о ком и как говорить. Я тебе еще раз повторяю, что особого удовольствия не испытываю нянчась с тобой!
— Ах, вот как ты это называешь! Прихватил управление особняком, оказывается еще и шахтами и отчего же ты недоволен?
Он медленно смерил ее взглядом, давая сполна налюбоваться всем своим безграничным высокомерием и самоуверенностью.
— Боюсь, не стоит говорить тебе, чем еще я недоволен.
— Ну, конечно.
Кит упрямо уставилась на него. В оранжевых радужках горели искры — то ли отражение огней за ее спиной, то ли его собственный, тот, что загораясь, заставлял восхищенно вглядываться в это чудо. Ну почему так!
— Мы вернемся в Саддарвил и ты примешь предложение Гэнса, мне все надоело.
— Что ты получишь, после того, как исполнишь свои обязательства перед дядей?
— Это не была обязанность с моей стороны, только услуга, причем, как оказалось, весьма утомительная.
Кит упрямо сжала губы, исподлобья наблюдая, как янтарный взгляд переместился за ее плечо, на Сайконг и теперь в глазах загорелось яркое оранжевое пламя.
— Что взамен, Соул?
Пожав плечами тот равнодушно ответил.
— Северная шахта. На границе с моими землями, большую часть которых я вернул во время войны.
Кит усмехнулась.
— Значит все-таки за плату. Надеюсь, она покроет все твои издержки?
Долгий пристальный взгляд Соула, заставил ее замереть и раздумывать, не перегибает ли она палку, спустив всех собак на него из-за премерзкого настроения? Почему сегодня ее разрывает от желания провоцировать и злить Соула?
— Думаю да. Но самое приятное будет осознавать, с чувством выполненного долга, что племянница Саддара под защитой и я поспособствовал тому, чтобы она жила долго и счастливо со своим горячо любимым голубоглазым мужем.
Соул оскалился в злой улыбке. Он прекрасно понял, как издевательски звучат его слова, а особенно последняя фраза, насквозь пронизанная едким скепсисом. И Кит, опустив взгляд ниже, вспомнила, с какой горячей страстью обжигали ее эти губы. О, боги, какой же дурой она, наверное, выглядела. Да он просто смеялся над ней!
— Поверь, я постараюсь, чтобы так и было, Соул.
Повисла тишина. Идеальные черты лица застыли в хищной, чужой маске и Кит даже отпрянула, остерегаясь внезапного взрыва. Когда Соул становился вот таким, создавалось отчетливое ощущение, на уровне инстинктов, что там внутри в этот момент взрывался вулкан, и по его венам начинала течь горячая красная
Она отвернулась, и, вцепившись до белых пальцев в перила мостика, уже без былого восхищения невидящими глазами уставилась на распростертый во всей красе город. Соул больше и слова не вымолвил, ушел, оставив ее одну.
Что говорить, не трудно было догадаться, хотя бы потому как общался с Соулом дядя Даэтворт — ему тут везде почет и хвала. И не на бескорыстных началах, он взялся за эту авантюру с опекунством. Но Даэтворт Саддар! Кит закусив с досады губы, вынуждена была не без горечи признаться самой себе — нужно оставить все эти ее идеализированные понятия о реальной жизни. Соул непосредственно участвовал в выборе нового посланника богов, императора Сайконга и тот в отместку, конечно, умел быть благодарным. И пусть племянница слегка недовольна, кто она здесь в этом мире мужчин?!
Вспомнился отец. Он был под стать старшему амбициозному брату — спокойный, расчетливый и невозмутимый, да что скрывать, Кит никогда не чувствовала тепла от него, только прилежное, равнодушное исполнение долга родителя. Теперь она даже не была уверенна, что отец женился тогда по велению сердца…Кит поморщившись, покачала головой на свои тоскливые мысли и направилась в свои покои. Как же неприятно было думать, что и появление корхи под фамилией Саддар возможно часть некого плана. Заговорщикам во главе с Датвортом Саддаром позарез необходим был жрец огня, четвертый посредник богов для свержения власти Церона, прежнего императора.
Остановившись на пороге своей спальни, Кит сделала осторожный шаг. Кажется, ближайшая лампа была слева и гореть ей сегодня до самого утра. Кричать по ночам и звать Соула, испугавшись очередного кошмарного гостя в виде жуткой тени…Нет, не здесь во дворце и не после недавнего короткого, но такого неприятного разговора.
Проснувшись, когда розоватый луч восходящего солнца заскользил по лиловому мрамору пола, Кит перевернувшись на спину, уставилась на фрески потолка. Это была спокойная ночь, никаких кошмаров, никаких гостей в виде притаившихся теней, ни Соула, в низко посаженных штанах и с голым торсом, от которого так трудно было оторвать взгляд. Тихо застонав, Кит хлопнула ладонью по лбу — она сходит с ума, испытывая это гадкое, ненормальное сожаление от его отсутствия и это после вчерашней перепалки. Жрец огня устраивает свою жизнь, возвращая родные территории и зарабатывая на их восстановление тем, что «нянчится» с ней — и точка! Кит села в постели и нахмурившись оглянулась. Нужно встретиться с этим знатоком проклятых ведьм и уезжать.
Не так-то просто. Спустя пару часов обнаружилось, что Соула нет и никто не знал, куда он запропастился. Единственное, что удалось выяснить у слуги, что заведовал покоями генерала, так это припозднившийся гость вчера вечером, после того, как они «душевно» поговорили.
— Посетитель? — Кит замолчала, но следующий вопрос так и вертелся на кончике языка и, не сдержавшись, она стараясь не думать, как это может выглядеть, обманчиво равнодушно спросила, — какая-нибудь прехорошенькая женщина?