Чтение онлайн

Чуть пошевелилась, пытаясь снять ощущение онемения в шее и затылке, и что-то пиликнуло по другую сторону от меня. Повернула голову и удивленно обозрела странное оборудование, от которого к моей руке тянулись разноцветные проводки. Испуганно охнув, попыталась их отцепить от себя, как неожиданно кисти моих рук оказались перехвачены, и голос Дамьяна, сонный, хриплый произнес:

— Тише-тише, Огни, милая… не бойся, это всего лишь капельница. Сейчас все уберу. Не надо рвать вены.

Я перевела взгляд на наклонившегося надо мною мужчину,

и зацепилась взором за его губы, которые чуть подрагивали, словно он пытался не улыбаться.

— Рад, что ты, наконец, пришла в себя. Ну и напугала ты нас.

— Кого вас? — просипела я, удивляясь, куда подевался голос.

— Меня, Терри… и джерга, не стану скрывать, что и мой брат волновался.

— А что со мною было?

— Моя вина, Огни, не принял во внимание твое эмоциональное состояние… Не должен был оставлять тебя одну, — Дамьян сел на свое кресло и опустил голову, тяжело вздохнув. — Твой организм не справился со стрессом, а тут еще адаптация… В общем, надо было проводить вторую медитацию в тот же вечер, а я не решился, и зря.

«Ничего не поняла». Закрыла глаза, почти с силой зажмурилась и выдохнула.

— Сколько я без сознания была? — с трудом открыла глаза и посмотрела на мужчину, который следил за мной напряженным взглядом.

— Двое суток.

— Что? — хриплым голосом выразила свое удивление. — Объясните мне… только понятными терминами, что со мною?

— Объясню, но позже. Сейчас тебе нужно отдохнуть и…

— Нет! Сейчас объясните. Я устала быть объектом экспериментов. Устала! Слышите?! Имею право знать, что со мною происходит!!

Сорвалась, да, не скрою. Но, правда, сколько можно?

— Прости, — тихо произнес куратор и поднялся. Встал возле моей койки и вдруг сдвинул меня в сторону и сам улегся рядом.

— Что?.. Что вы делаете? — возмутилась я, предчувствуя страшное.

— Я должен быть к тебе как можно ближе…

— З-зачем? — мои глаза округлились вдвое, так как мужчина вдруг начал развязывать на мне завязки больничного балахона. Я попыталась откинуть его руки от себя, но силы оказались неравными.

— Успокойся. Я не сделаю тебе ничего плохого. Огни!

Окрик, сопровождаемый алым всплеском в черных глазах, вынудил меня замереть испуганным истуканом, а Дамьян быстро оголил мои плечи, грудь и живот, оставив прикрытым все, что было ниже. Я же, красная как свекла, боялась пошевелиться, и даже когда его горячие ладони прошлись по грудной клетке от шеи до пупка, не вздрогнула, только зубы сцепила крепче.

— Огни, посмотри на меня.

Перевела сердитый взгляд и нахмурилась. Чего это мужчина так радостно улыбается, словно малину ему среди зимы предложили?

— Адаптация прошла успешно, милая моя девочка. На тебе мои символы, твой организм подстроился полностью под мой, и вторая медитация прошла тоже успешно. Ты ее не помнишь, или не хочешь помнить, но я должен был ее провести, иначе ты могла бы умереть. Теперь мы с тобой как одно целое… почти.

Я отвернулась,

чувствуя, что слезы потекли по щекам, закрыла глаза и не сдержала дрожь, когда его рука нежно накрыла сначала одну грудь, затем мягко переместилась на другую.

— Ты прекрасна, Огни. Ты просто чудо. И ты — мое чудо. Никому не отдам.

Сквозь зубы, с нарастающей истерикой, прохрипела:

— Не-на-ви-жу!

Руки тут же исчезли, больничную одежду поправили и даже завязки завязали, потом этот, который самый наглый, сжал меня в своих крепких объятиях и, положив мне на плечо подбородок, с грустью в голосе произнес:

— Я готов терпеть твою ненависть. Даже злость и грубость, но подумай вот о чем. Ты осталась совсем одна, у тебя больше нет никого на Земле. Совсем никого. И ты тот лакомый кусочек, который был выставлен твоей Академией на аукцион. Ты могла не знать, я допускаю, но… эксперимент по вживлению в некоторых кадетов гена «огня» — это совместный проект наших правительств, Огни. Мы — инвесторы и заказчики, ваша Академия — исполнители, и если бы не я, то это был бы кто-то другой, возможно землянин… кстати, прибыл тут один, тоже на тебя претендует, так вот…

По мере его слов мне становилось все страшнее, я даже голову боялась повернуть и посмотреть на него, так как действительно страшно… очень страшно осознать, что он может говорить правду.

— Эксперимент… и сколько он длится уже? Сколько групп выпустили? — шепотом, потому что голос пропал почти совсем, уточнила, закрывая глаза.

— Много… для дерадмиинов время не имеет значение, главное был результат.

— Какой результат?

— Ты, — и объятия стали еще крепче, затем меня выпустили из стальной хватки, и Дамьян поднялся почти бесшумно. — Я сейчас отсоединю все датчики, проводки, и отнесу тебя в свою спальню. Там мы сможем спокойно побеседовать, хотя…

Я открыла глаза и глянула настороженно в его сторону. Задумчивый взгляд и чуть сжатые губы говорили о том, что куратор принимает несколько иное решение, чем только что озвучил.

— Да, ко мне не стоит. Отнесу тебя в твой жилой блок.

Конечно, в его-то спальне я могу еще и с Лохом пообщаться. Куратор быстро освободил меня от всяких присосок и трубочек, и подхватил, как пушинку, на руки, я только пискнуть успела, затем шепнул мне: «Нас никто не увидит. Можешь не смущаться, что в таком виде» и вышел со мною на руках из медотсека.

Да плевать мне было на мой вид, я чувствовала, что злюсь и довольно сильно. Не меланхолия, не грусть мучила меня, а какая-то здоровая злость.

«Аукцион, значит?! Заказчики-инвесторы, да?! А Академия — исполнитель, фабрика по производству «генномодифицированного пушечного мяса» для инопланетян?! Так Лим прав был. Ой, я же пропустила два дня…».

Вмиг в голове родилось столько вопросов, что даже пыхтеть от злости немного перестала, посмотрела на Дамьяна, который снова оказался в темной обсидиановой маске, и вздохнула.